Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

На сумеречном небе небе — размазанное темное облако грязной кляксой. Дым. Не к добру, хотел бы я сказать своему господину, и коль была б моя воля, не пустил бы его. Но власти у меня не было, голоса в этом деле тоже.

— Надо б посмотреть, — Вилей с беспокойством оглянулся на купца. Тот кивнул. Там, в Ардени, всё же держались друг за друга и по возможности старались помочь. Ибо кто, если не добрый сосед поможет оборониться от набегов с южной границы? Всем гуртом свернули с тракта к леску. Чем ближе подъезжали, тем ярче становилась вонь от пожарища. Вилей с Ариской медленно стали объезжать заболоченный берег. Уже было видно, что дымят все пять домов, кое-где еще прорывались языки пламени, освещая пустые дворы, но тишина опустилась на хутор. Не гомонит птица, не кричат ребятишки, не голосят женщины. Предчувствие беды каждому сжало горло. А мне так и всё нутро, ибо почуял я, как демон снова подступился, да так, что уже даже не сулил силу или богатство, а просто был готов смести меня напрочь.

Подъехали еще ближе. Ветер взметнул в воздух тучи пуха и перьев. Тишина. На земле черным пеплом какие-то каракули отсыпаны. А у горящих изб, по кругу окровавленные головы на шестах. Разум отказывался принимать увиденное. Морхей подъехал ближе. Человечьи головы, так и есть. Распорядитель истово начал творить святое перекрестие, молиться их духам.

— Господь Многоликий, что же это? — Ахнул купец. Не видал ты такого, наивный арденский торгаш. Все тебя потчует земля твоя радостью да благодатью. А если и бывал ты в битвах, то там всё было по-честному. Люди против людей. Тут же воля другая. И сил наших точно не достанет, если заклятье сработает.

— Уходить надо, — сказал я, подходя ближе. Что смотреть. Искажённые мукой лица, кровавые пятна на земле. И демон заполнил моё существо своей радостью. Равес вскинул голову, оторвавшись от окровавленных останков.

— Видел такое раньше? — спросил купец. А я не смог совладать с лицом. Видел. Возможно, не единожды.

— Видел, — сказал нехотя. Вилей с Ариской между тем объехали хутор, заглянули в каждую щель.

— Ничего, Морхей. И никого. Всю птицу вырезали. Птичники в крови утонули. Другой скотины не видать. Может, увели разбойники. Улья за домами тоже пожгли, — хмель слетел с Вилея в два счета. Ариска тоже перестал клевать носом. В нем пробудился охотник и надумал, наивная душа, что сможем мы с супостатами поквитаться. Словно последнего испытания ему не хватило.

— Часа три, как ушли. На восток отправились. Человек десять их было. Все конные.

— Что ж пятеро мужиков не справились с ними? — Зло спросил Равес. Вилей пожал плечами, словно оказался виноват. — Прочие где?

Кипел купец, праведным гневом кипел, и брызгала из него ядом такая ярость, что грозила обжечь всех.

— В избах, — глухо ответил я за Вилея. — Сожгли их. И скотину тоже.

Неужто не ясно?

*****

— Неужели всё так и было? — с недоверием переспросил гость.

— Времена были тёмные, благородный асатр дома Лир, — хозяин пожал плечами. — Там или ты или тебя. Да к тому метались люди от властителя к властителю, не знали, от кого защищаться. Вот и гибли по одиночке. А зараза эта демонитская коль пробудилась, назад не затолкать. Били мы их и в Империи. Только тихо делали, без шума. А здесь некому… Воинство Девово к тому моменту в Ардени только прибыло да развернуться не успело, а Юстиниат Гордарский силы здесь не имел. Вот и вышло… что вышло.

*****

— Знаешь, кто это? — Морхей, словно гончая, повернулся ко мне. Таким я его ещё не видал. — Скажи, бесов сын, хватит отмалчиваться. Что за нелюди здесь куражились? Зачем над детьми надругались? — Морхей в сердцах ухватил меня за ворот рубашки, притянул к себе. — Много знаешь, бес, но молчишь, говори.

Я без усилий разжал Морхеевы пальцы, оторвал от себя. Мне ли не знать. Знаки эти теперь стучали в такт моего сердца, били по сознанию, а с другой стороны бился демон, ждал моей слабости. Теперь нельзя было мне оступиться.

— Остынь. У рыцаря своего спросить можешь, что это. Ритуал демонитский. Вызывали демона. Вон, — я кивнул на каракули за спиной, отсыпанные пеплом. — Письмена иллийские.

— Откуда знаешь? — Не отступался Морхей. Остальные в нерешительности топтались рядом, не зная, что делать дальше. Особенно Вилей с Ариской. Бить команды не было, хотя милость господина я терял с каждым словом.

— Может, похороним? По-человечески, — нерешительно встрял в разговор Кромша. Морхей метнул на него быстрый взгляд.

— Стой пока, — снова повернулся ко мне. Время было охолонуться всем. И найти слова, чтоб погасить морхееву ярость.

— Темнеет. Не кипи, Морхей. Все уже случилось. Ехать бы надо. — вдруг глас разума возобладает, и меня заодно избавит от выматывающего соседства.

— Дома поговорим, — буркнул купец. — Головы снимите, похороним по чести. Если больше тел нет.

— Нет, — печально сказал Вилей. — Все осмотрели. Стерша, похоже, верно говорит. В избах пожгли.

Кромша со Скалкой пошли снимать с кольев головы. Я, к стыду моему, не стремился им помочь. Посчитал, что-то ухудшит моё положение. Морхей спешно поймал меня за руку.

— Может, еще чего знаешь? Так сейчас скажи. Про демонитов, — по всему растерял я доверие Морхеево, как воду сквозь пальцы упустил. И коль мог с лёгкостью солгать о происхождении, с той же лёгкостью утаить важное. Таким он сейчас меня видел. И был, возможно прав. Я и сам глядел на себя со стороны и испытывал чувство схожее с мерзостью Может, то его, Морхея взгляд, подумалось мне тогда. Но, забегая вперёд, скажу, что эта игра была снова затеяна демоном. Он с лёгкостью вытащил из меня все страхи и чаяния, кое-где подыграл, и вот я видел перед собой до омерзения тучного, потного купчину, что смеет мне сейчас указывать, да гнать от себя, словно собаку.

— Ты… — прошипел я, подбирая его за полу кафтана на груди.

— Руки! — Морхей стряхнул с себя мои руки. — Забываешься, пёс.

Подошел Вилей, оставив Кромшу одного за скорбным занятием.