Дача для Забавы - Дирижабль с. чудесами
Когда Забава закончила уборку и кормёжку, на улице уже совсем стемнело.
Тася привычно проводила подругу до калитки и обняла на прощание.
— Дойду до дома, закину тебе денег на карту. У тебя же к телефону привязана?
Услышав про оплату Забава повеселела. И в дом вошла, напевая под нос незатейливую мелодию.
Осень уже прочно вступила в свои права и в помещении с нетопленной печью было уже ненамного теплее, чем на улице. Забава покосилась на обогреватель и отругала себя за то, что по привычке выключила его. «Нужно будет с утра затопить. Работа у меня теперь рядом. На пятнадцать минут заскочила, проверила, подбросила и к вечеру можно хоть в шортах и майке ходить».
— А зачем ждать до утра? — вдруг спросила она себя вслух. — Сейчас только семь, за два часа раскочегарится.
Она быстро закинула сухих поленьев в печку, разожгла огонь.
Грязное тело требовало горячего душа. Могла бы напроситься к Тасе. Уверена была, что та впустит. Но беспокоить их вечером было неловко, особенно после того как Таисия и так просидела с ней два часа, пока та занималась своими обязанностями. Поэтому Забава собрала вещи и бегом побежала в баню.
Мыться опять пришлось холодной водой. Ещё и осенний ветер за окном завывал, царапая стену отросшими длинными стеблями. Было жутковато и зябко. Забава торопилась, как могла. Руки после тяжёлого труда не слушались. Подгоняемая стынью и каким-то первобытным страхом, Забава быстро вымылась, обтёрлась и побежала домой.
Конечно, воздух внутри ещё и не начал теплеть. После купания всё тело сотрясало мелкой дрожью. И пусть пустой желудок взывал о милосердии, Забава решила, что сначала согреется под одеялом.
Залезла в кровать и прикрыла глаза.
«Всего на пять минуточек», — подумала она…
* * *
Проснулась от того, что кто-то с неистовой силой дернул за волосы. Она открыла глаза и закричала, цепенея от ужаса. То, что ей привиделось, было не описать словами.
Она вскочила на ноги и, в полутьме комнаты натыкаясь на мебель, выскочила на улицу.
Глава 12. Одна Забава для троих мужчин
Забава стояла посреди двора, мелко дрожа то ли от ночного холода, то ли от ужаса, сковавшего её от пяток до макушки. Босые ноги быстро онемели. Забава, часто дыша, таращилась на дом, не понимая, что произошло. Она так быстро вылетела, что не взглянула на печку. А теперь, заставляя волоски на загривке подняться дыбом, в окне заплясал алый отсвет. Свой маленький обогреватель она не включала, а это могло означать лишь одно…
Мгновенно разум её прояснился. Страх перед тем, что привиделось ей внутри, отступил перед новой, куда более реальной угрозой. Остаться без крова — вот что было по-настоящему страшно. Она рванула обратно в дом.
Едкий запах гари ударил в нос. Она прикрыла его рукавом пижамы. Из приоткрытой топки печки валил густой дым. Прямо под ней занимались пламенем поленья, оставленные там для просушки.
«Божечки, чуть дом не сожгла!» — пронеслось в голове.
Она надела рукавички, схватила щипцы, щурясь от дыма и не дыша, закинула горящие дрова в печь. Захлопнула дверцу, закрыла её как следует, метнулась к окну, распахнула его настежь и, наконец, вдохнула полной грудью, но сразу закашлялась.
Оставаться в доме было нельзя. Забава схватила телефон, накинула куртку, всунула ноги в чуни и снова выскочила на улицу.
Там, отдышавшись, она огляделась вокруг.
Что-то нужно было делать. Только в доме — дымно и какая-то жуткая тварь. В бане — не топлено, да и тоже жутко.
Первой, как спасительная соломинка, в голове промелькнула шальная мысль о новой подруге. Но Забава тут же передумала.
— Нет, — строго сказала она себе, — Таисия, конечно, же не откажет. Но она и так за эти два дня сделала для меня больше, чем все остальные вместе взятые за пять лет. К тому же она наверняка там нежится с мужем. И тут я со своими несчастьями как снег на голову… и за шиворот… и в штаны.
Забава легко представила, как Тася, добрая душа, начнёт её уговаривать: «Да приходи к нам, чего ты!». И ей снова станет невыносимо стыдно за свою беспомощность.
Но и на улице оставаться тоже было нельзя. Пока выветрится дым, она сто раз успеет замерзнуть. И завтра придёт на конюшню без сил. А то и вовсе не встанет с кровати.
Забава в панике перебирала варианты.
Раньше она позвонила бы бывшему мужу. Но только не теперь. Кто оставался? Вася? Мысль о нём вызвала лишь тягостный вздох. Нет, напрашиваться ночью к мужчине — так себе идея. А к мужчине, который тебе не нравится — вообще несусветная глупость.
Миша? Было неловко до мурашек. Но стоять здесь на пронизывающем ветру в пижаме и наскоро наброшенной куртке было уже невыносимо.
«Позвоню, — в отчаянье решила она. — Если откажет… тогда уже к Тасе пойду с чистой совестью».
Пальцы замёрзли, поэтому она не сразу нашла его номер. Зато ответил он после первого гудка.
— Алло? — его голос прозвучал на удивление чётко и бодро, будто он и не спал, а только и ждал этого звонка.
— Миша, это Забава… — голос её осип, и она неловко прокашлялась. — У меня тут с печкой беда. Весь дом в дыму. Я вроде её закрыла, окна открыла, но вернуться туда пока не могу, если не спишь ещё, можно посидеть у тебя час-другой, пока проветрится?
— У тебя пожар?
— Нет, там долгая история…
— Сейчас буду, — отрезал он, без лишних вопросов. — Три минуты. Жди.
Забава посмотрела на экран телефона. Было не очень понятно, чего ей тут ждать, но адреса Миши она всё равно не знала. Вышла за калитку, кутаясь в тонкую куртку, вглядываясь в темноту и считая секунды про себя.
Внезапно ночную тишину совсем рядом прорезал гул двигателя мотоцикла. Яркий фонарь ударил ей по глазам. Забава сделала шаг назад, к забору. Конечно, Миша должен был скоро подойти, но мало ли что успеет произойти, пока его нет. И мало ли что это за лихач рассекает по тихим улицам в ночи.
Рев мотора был уже близко, резкий визг тормозов, и чёрный мотоцикл замер в сантиметрах от того места, где она только что стояла.
Забава с испугу вскрикнула и заскочила за калитку. Сердце колотилось где-то в горле.
— Это я! — раздался знакомый голос. — Не бойся.
Силуэт в шлеме поднял забрало
— Миша! Не знала, что
