Иран и его соседи в XX веке - Алекс Каплан

который шел несколько лет в письменном виде между шерифом Мекки и Верховным комиссаром Египта Артуром Макмагоном. Все британские обещания, данные Хашимитам, уместились в пяти письмах, которые от имени правительства написал господин Макмагон. Однако никаких обещаний в письмах, если читать их внимательно, в действительности не содержится. Очень тонкие намеки, крайне двусмысленные утверждения, совершенно обтекаемые понятия. Все письма Макмагона настолько отдают дипломатической липой, что политически умудренный шериф Мекки не мог этого не заметить. Вероятно, аль-Хашими прагматично решили, что поскольку они сели в лодку с англичанами первыми, а также потому, как за ними Мекка, у Лондона не останется затем иного выбора, кроме хашимитского, на Ближнем Востоке. К тому же и выбор такой среди арабов был совсем невелик. Других заметных лидеров только нарождающегося арабского национализма было совсем в регионе немного, и на их фоне клан Хашимитов выглядел оазисом посреди бесконечной пустыни. Размышляя таким образом, мекканский шериф начал играть с англичанами в их дипломатическую игру, выписывая господину Макмагону в ответ не менее двусмысленные и витиеватые письма, упорно торгуясь за земли, которые он изначально понимал, что Лондон ему никогда не уступит. Шериф даже нарочито театрально возмущался британским вероломством, когда стало известно о соглашении Сайкса-Пико, но ничего ведь конкретного не предпринял. А что он мог предпринять в начале 1918 года, когда было ясно что война вот-вот закончится, не было только ясно, кто в ней победит. Немцы сняли войска с Восточного фронта после подписания Брестского мира с Россией и начали решающее наступление на Париж. Одержи они тогда, весной 1918 года, победу на Западном фронте, Хашимитам пришлось бы бежать с Ближнего Востока, а не делить его с англичанами. Все участники тех событий, даже первые лица на самом верху правительственных и клановых пирамид, были в действительности заложниками стремительного хода военно-политического процесса, повлиять на который они часто были не в состоянии. А потому все заключенные ими договоренности являлись не больше чем заявлениями о намерениях, выполнять которые сильные мира того собирались исключительно в зависимости от сложившихся обстоятельств. Даже самое важное соглашение, поскольку заключенное между двумя главными победителями в войне – Британией и Францией, соглашение Сайкса-Пико было неоднократно переписано и переделано, поскольку с момента его заключения в 1916 году произошло много важных политических изменений. Что уж было говорить о соглашении, состоящем из пяти писем комиссара Макмагона к шерифу аль-Хусейни.

Главным политическим активом Хашимитов являлась Мекка.

Второго октября 1918 года арабские повстанцы освободили Дамаск от османских войск. Во главе повстанческих отрядов первым в город вошел сын мекканского шерифа Фейсал аль-Хашими. Это было событие, имевшее огромное символическое значение для всего Ближнего Востока. Столицу арабского мира освободили арабские войска под командованием арабского лидера. Многим в те дни казалось, что это начало новой арабской эпохи, эпохи свободы и независимости. Мало кто из людей, проживавших тогда на Ближнем Востоке, понимал что-либо в государственном, политическом или экономическом устройстве общества – особенно такого необычного, каким было ближневосточное общество, – однако все арабы хотели одного – своего собственного, единого, независимого государства. В действительности турок из Дамаска выбила австралийская кавалерия, однако Лоуренс Аравийский, обладавший на то время почти неограниченной властью, приказал устроить политическое шоу, и первыми в город пустили Фейсала аль-Хашими на белом коне с отрядом его людей. Первая мировая война подходила к концу, место военных теперь занимали политики, а вместо кровавых сражений на мировой сцене теперь собирались разыгрывать политические интриги. Тридцатого октября 1918 года Константинополь подписал перемирие. Война на Ближнем Востоке закончилась. Хашимитам предстояла теперь дипломатическая схватка со вчерашними союзниками. Если обойти британскую историческую ложь о том, что произошло между двумя сторонами, и посмотреть на получившиеся через три года результаты, то подытожить случившееся можно довольно коротко – англичане цинично использовали Хашимитов в качестве своих ближневосточных пешек, двигая их на политической доске так, как того требовали обстоятельства. Иными словами, никакой дипломатической схватки между кланом Хашимитов и Великобританией в действительности не было. Каким-то способом англичанам (о чем они до сих пор упорно молчат) еще до окончания войны удалось переделать Хашимитов из панарабских независимых политических деятелей в своих агентов. Опыта Лондону в таких вопросах было не занимать, им удалось аналогичным способом договориться не с одним десятком раджей в Индии, многие из которых, кстати, были мусульманами и по сути своей не сильно отличались от Хашимитов. Развязка британско-хашимитского дипломатического противостояния, или скорее политического сотрудничества, произошла во время Каирской конференции весной 1921 года, когда Уинстон Черчилль, министр по делам колоний на то время, поставил в ближневосточном устройстве последнюю британскую точку. По результатам конференции англичане все же создали Арабское Хашимитское королевство. Не совсем такое, как они обещали шерифу Мекки в 1916 году, точнее совсем не такое, но в принципе, если посмотреть на ближневосточную политическую карту, прочерченную господином Черчиллем весной 1921 года, Хашимитское королевство выглядело, по крайней мере территориально, довольно внушительным.

Фейсал аль-Хашими был главным хашимитским военачальником.

Имелось, конечно, немало нюансов, но в общем англичане выдержали, скажем так, дух соглашения с кланом Хашимитов, если не его букву. Единого великого Хашимитского королевства не получилось, их получилось три небольших, но они шли территориально одно за другим, образуя таким образом все же относительно единое и довольное большое целое. Хиджаз, Трансиордания, Ирак. От Мекки до Багдада. Огромные территории с разведанной к тому времени иракской нефтью, двумя важнейшими морскими ходами – Красным морем и Персидским заливом, – плодороднейшими землями между реками Тигр и Евфрат. Большая часть так называемого «Плодородного полумесяца», колыбели человеческой цивилизации, где еще в каменном веке зародилось земледелие и скотоводство, находится в Ираке. Все это досталось мекканскому шерифу и двум его сыновьям – Фейсалу и Абдалле. Летом 1921 году, после окончательного ближневосточного урегулирования, устроенного министром Черчиллем, англичане при помощи своих штыков усадили Фейсала на трон Ирака. Абдалла осенью 1920 года, при помощи собственных 300 сабель, правда, оплачиваемых из английского бюджета, взял трансиорданскую власть крепко в свои руки. Весной 1921 года Лондон узаконил хашимитскую власть в Трансиордании. Абдалла официально стал эмиром нового, почти независимого арабского государства. Шерифа Мекки Хусейна аль-Хашими Великобритания, равно как и другие великие страны, еще в 1917 году признала королем Хиджаза. С одной стороны, положение клана Хашимитов на Ближнем Востоке в 1921 году выглядело довольно крепким, с другой – реальной – стороны, все выглядело не так радужно, как могло показаться извне. Ирак представлял собой бочку с