Славяне: происхождение и расселение на территории Беларуси - Эдуард Михайлович Загорульский
Как бы там ни было, утвердившись в земле полян, Олег быстро подчиняет себе ряд земель, как славянских, так и неславянских. Летопись последовательно перечисляет походы Олега в земли древлян (883 г.), северян (884 г.), радимичей (885 г.). Он подчиняет их и облагает данью. Причем выясняется, что до этого северяне и радимичи платили дань хазарам. Олег требует от них, чтобы они не делали этого, а платили ему, объявив: «Я враг их (хазар. — Э. 3.) и вам им платить незачем».
Интересно отметить, что северяне (а также вятичи) платили дань хазарам, сообщает и хазарский источник IX в.
«И властвовал Олег над полянами, и древлянами, и северянами, и радимичами, а с уличами и тиверцами воевал», — заключает русский летописец.
Как видим, здесь перечислены только часть восточных славян — полян и их ближайшие соседи. Следовательно, на этом этапе, если верить летописи и надеяться, что здесь дается не выборочный перечень подчиненных Олегу земель, он утвердил свою власть пока только над частью восточнославянских группировок. И это, наверное, похоже на правду. Может показаться странным, что здесь не названы ни кривичи, ни ильменские славяне, с которыми он вроде бы начинал свой поход на Киев.
Однако контроль над северной частью государства был установлен раньше, еще при Рюрике, и в данном случае летописца больше интересовал вопрос объединения под властью Олега славянских областей. Усилия по расширению и упрочению власти над обширной территорией, заселенной разноязычными группировками, продолжались, и не без успеха. Об этом можно судить на основании летописной записи под 907 г., которая рассказывает о походе Олега на Царьград. В поход он взял с собой «множество варягов, и славян, и чуди, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев».
Использованный в списке участников похода этноним «славяне» не мог означать славян вообще, это не был общеславянский этноним. Если бы это было так, то не было бы необходимости, наряду с ним, называть полян, древлян и других славян. Достаточно было ограничиться одним именем «славяне». Следовательно, под именем «славяне» здесь обозначена одна из конкретных группировок. Для летописца, не знавшего этнической истории славян, этим этнонимом именовалась новгородская группировка славян. Но такое будет позже, когда сюда придут и расселятся славяне. Во времена же описанных событий славян в этом регионе еще не было, и об этом убедительно говорят археологические материалы. Под именем «славян» здесь следует понимать носителей культуры новгородских сопок, которые относились к финно-уграм. Подобным образом, под определением кривичей и радимичей следует подразумевать представителей местного балтского населения, соответственно носителей культуры длинных курганов и колочинской. К балтам следует причислить и «вятичей» на Оке. Несколько неожиданным представляется упоминание дулебов. Это старый этноним, который позже был заменен на бужан или волынян. Обращает на себя внимание строгий порядок, в котором перечисляются участники похода. Создается впечатление, что автор держит перед собой карту и называет народы в том порядке, в каком они расположены на карте. Сначала он называет группы, занимавшие северные области державы (варяги, славяне, чудь, кривичи, меря), затем — более южные группы (древляне, радимичи, поляне, северяне, вятичи) и, наконец, — занимавшие еще более южные области (хорваты, дулебы, тиверцы). Заметим, что «славяне» названы вместе с варягами, которые, по словам летописца, были первыми «насельниками» Новгорода. Это как бы косвенно подтверждает наше предположение, что «славянами» здесь названы племена, жившие в районе оз. Ильмень и р. Волхов (носители культуры курганов-сопок).
Древнерусское государство с самого начала было полиэтничным. Разноязычное войско Олега условно состояло из 13 отрядов: один был варяжский, шесть — славянских (поляне, древляне, северяне, дулебы, хорваты, тиверцы), три — балтских («кривичи», «радимичи», «вятичи») и три — финно-угорских (чудь, меря, «ильменьские славяне»), В перечне не названы уличи, дреговичи, водь, весь. Столь обширный список участников похода 907 г. позволяет заключить, что в войске Олега варяги уже не могли составлять большинства. На первый план, несомненно, вышел славянский элемент. В земле славян находилась столица государства, и князь должен был опираться на местное славянское население. Материалы раскопок дружинных курганов X в. убедительно свидетельствуют о том, что в составе княжеского войска свыше 90% составляли восточные славяне.
Утвердившись в Киеве, Олег крепко держал власть и над северной частью страны, привлекая местную неславянскую знать к военным походам. Это обстоятельство позволяло вовлечь родовую знать в сферу общих экономических и политических интересов, поскольку военные походы, как правило, сопровождались либо откровенными грабежами, либо выкупом, либо тем и другим. Часть военных трофеев перепадала всем участникам таких походов. Такая форма обогащения была невозможна для маломощных племенных группировок, отсюда — прямая заинтересованность формирующегося класса феодалов (племенная знать, родовая дружина) в существовании большого и сильного государства.
Совместные военные походы, лагерная жизнь сближали разноэтничную знать, заставляли находить и использовать общий язык межэтнического общения. Таким общим языком становился восточнославянский (древнерусский) язык. Это облегчало распространение славянского языка среди неславянских племен в составе Древнерусского государства, прежде всего среди знати, способствовало ее славянизации. В скором будущем это будет содействовать постепенному расселению и закреплению славян на всей остальной территории государства.
Если верить летописи, византийский поход 907 г. оказался удачным, и Олег получил дань, в том числе и отдельно на ряд городов, из которых названы Киев, Чернигов, Переяславль, Полоцк, Ростов и Любеч, «ибо по этим городам сидят великие князья, подвластные Олегу».
Кажется несколько странным, что среди них отсутствуют такие города, как Новгород и Смоленск. Ведь представительство отдельных земель Руси в войске было намного шире. Странным и нелогичным видится также и то, что в числе городов, в которых сидят подвластные Олегу князья, назван Киев — столица государства и резиденция самого Олега. Это или небрежность автора, который неточно передал содержание документа, или — позднейшая вставка в текст летописи.
Киевские князья столкнулись
