Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев
Вакансий в ГКИ в конце 1991-го и в начале 1992 года было немало, и Чубайс, продолжая жить в гостинице, стал приглашать на работу в Москву своих многочисленных друзей и знакомых, главным образом из Санкт-Петербурга. Альфред Кох, Петр Мостовой, Сергей Беляев, Сергей и Дмитрий Васильевы, Сергей Игнатьев, Максим Бойко, Александр Казаков, Андрей Илларионов, Петр Филиппов, как и многие менее известные сотрудники ГКИ и других ведомств, составили костяк петербургской команды в Москве. После свердловского землячества, во главе которого стояли Ельцин, Лобов, Илюшин, Бурбулис, Юрий Петров, ленинградское землячество оказалось самым сильным в составе новой власти в Москве.
Мало кто разбирался в те времена в проблемах приватизации. Среди российских экономистов всех поколений и рангов не было специалистов по проблемам приватизации. Упрощая ситуацию, Егор Гайдар заявлял: «К сожалению, в области приватизации пока нет науки. Есть только опыт некоторых стран, который показывает: все идут здесь на ощупь, опираясь на политический опыт и здравый смысл»[508]. Это заявление не соответствовало действительности. Еще в 70—80-е годы в западных странах был накоплен немалый опыт в области приватизации, который удалось обобщить и систематизировать в различного рода руководствах и справочниках. Классическим примером осторожной и разумной приватизации экономисты считают программу приватизации в Великобритании. Известно, что и сам термин «приватизация» вошел в широкое употребление в связи с программой экономических реформ, провозглашенной кабинетом Маргарет Тэтчер. С 1979 года в Англии было приватизировано две трети из имевшегося здесь государственного сектора. Число владельцев акций в стране возросло с 7 до 25 процентов от общей численности самодеятельного населения. Преобразования затронули 46 видов бизнеса, в том числе транспорт, связь, добычу и переработку газа, нефти и угля, электроэнергетику, то есть все отрасли, образующие базу национальной экономики[509]. На приватизацию одного крупного предприятия в Великобритании уходило в среднем шесть лет. Английские экономисты рассматривали приватизацию как целый пакет реформ, в котором смена собственности является завершающим этапом преобразований»[510]. Немалый опыт в области приватизации накопили такие страны, как Франция, Австралия, даже Новая Зеландия. В широких масштабах приватизация проводилась и в развивающихся странах Африки и Латинской Америки, и этот опыт также был обобщен в нескольких солидных руководствах. Общий вывод экономистов, которые участвовали в разработке приватизационных программ, был однозначным: превращение государственной собственности в частную является чрезвычайно сложным и деликатным процессом, которым могут руководить только высококлассные специалисты. Эксперты отмечали, что успех любой стратегии приватизации может обеспечить только комплекс условий, главным из которых назывались разработка плана приватизации, четкая система процедур и подготовка компетентного персонала для реализации этой сложной задачи. В одном из руководств по приватизации выделялись несколько подготовительных этапов, без прохождения которых приватизация обречена на неудачу. Это:
– проведение детальной инвентаризации и на ее основе классификации предприятий;
– оценка реальной стоимости предприятий;
– законодательное или иное юридическое оформление правил и процедур приватизации;
– обеспечение, во избежание коррупции и махинаций, открытости всех элементов приватизации: сделок, торгов, аукционов, правил, процедур, критериев;
– создание «приватизационной» инфраструктуры, включающей систему государственных органов по управлению имуществом всех уровней, независимых организаций по экспертизе и оценке приватизации, приватизационных кредитных организаций и фондов, системы лицензирования и сертификации и другие[511].
Лишь немногие из этих рекомендаций были приняты Чубайсом и его наспех сформированной командой. В первую очередь не было обеспечено никакой открытости в подготовке российской приватизации. И Чубайс и его коллеги решительно отказывались выступать в печати. Отвергнув концепции прежнего руководства ГКИ и приступив к спешной разработке новых концепций и принципов приватизации, Чубайс даже не пытался объяснить эти концепции широкой общественности или обсудить их среди экономистов. Недостаток знаний и опыта в области приватизации Чубайс и Гайдар пытались компенсировать привлечением к работе в ГКИ иностранных специалистов. Многие десятки американских, британских, шведских и других молодых экономистов и менеджеров готовы были принять участие в российских реформах. Некоторые уже поработали с немалой для себя пользой в области приватизации в странах Африки и Латинской Америки. Этих людей не устраивали, однако, скромные оклады российских чиновников. С согласия Ельцина Чубайс подписал постановление ГКИ «Об участии консультационных фирм и индивидуальных консультантов в проведении работ по приватизации государственных и муниципальных предприятий», которое, естественно, не было опубликовано. Это постановление открывало возможность установления очень высоких окладов для иностранных специалистов. При этом их услуги оплачивались за счет займов и помощи, полученных от американских и других западных организаций и Всемирного банка. Доступ к этой помощи получили, впрочем, и многие российские специалисты. Чубайс был, видимо, вполне искренен, когда, защищая А. Коха, огромный гонорар которого за книгу о приватизации привлек внимание не только прессы, но и прокуратуры, сказал: «И эти несчастные сто тысяч долларов».
Иностранные специалисты, число которых только в ГКИ достигло почти двухсот человек, занимали здесь должности не только советников, но и начальников секторов и отделов. Их работа не афишировалась, но их влияние было очень велико. В российской оппозиционной печати на этот счет приводилось немало фактов. Так, например, приказом по Госкомимуществу № 141 А. Чубайс назначил гражданина США Дж. Хея начальником отдела иностранной технической помощи и экспертизы. В другом приказе (№ 188 от 5 октября 1992 года) говорилось о создании экспертной комиссии, которой было поручено среди прочего «в обязательном порядке рассматривать все проекты указов Президента России, постановлений правительства, распоряжений председателя и заместителей председателя Госкомимущества по поводу определения специфики приватизации в отдельных отраслях народного хозяйства, создания холдинговых компаний и передачи управления предприятиями (пакетов акций) в траст». Джонатан Хей стал заместителем председателя этой комиссии, в которой большая часть членов также состояла из иностранных граждан[512]. Позднее Дж. Хей и некоторые другие иностранные сотрудники ГКИ отличились, покупая акции оборонных предприятий России и выкладывая за них десятки миллионов долларов. В специфике этих предприятий они разобрались очень хорошо.
Даже Верховный Совет Российской Федерации был исключен весной и летом 1992 года из процесса обсуждения новой концепции и новых нормативных актов приватизации. Опираясь на полученные Ельциным чрезвычайные полномочия, было решено проводить приватизацию на основе указов, которые не обсуждались, а немедленно принимались к исполнению. По одному из таких указов все средние и крупные предприятия (кроме военных и ресурсодобывающих) должны были преобразоваться в акционерные компании и составить планы приватизации через продажу акций. Эти планы следовало утвердить на собраниях рабочих и служащих и представить в правительство. Сумма полученных на приватизацию каждым человеком средств была определена в 10 тысяч рублей. Откуда взялась именно эта сумма?
План «народной приватизации» в России исходил из того, что весь производственный потенциал страны является общенародной собственностью. Поэтому каждый гражданин должен получить равные стартовые возможности в виде «своей доли» в этой общей собственности.
