Гейм-чейнджер - Рейчел Рид
И, может, однажды он проснётся в своей комнате в родительском доме, потащится на свою паршивую работу и с теплом вспомнит то недолгое время, когда жил фантазией, будучи парнем Скотта Хантера.
Глава 23
— Добрый вечер, Илья.
Скотт стоял напротив Розанова в круге вбрасывания, готовясь к стартовому броску.
— Не волнуйся, старик, — ухмыльнулся Розанов. — Знаю, ты устал. Я позабочусь, чтобы ты проиграл и мог пораньше начать летний отпуск.
— Мой единственный план на лето — чемпионский парад с Кубком Стэнли.
Они наклонились для вбрасывания, и Скотт подмигнул ему.
И выиграл вбрасывание.
У него было две веские причины победить в этой игре. Во-первых, он хотел выиграть серию и пройти в следующий раунд плей-офф. Во-вторых, победа сегодня дала бы пару свободных дней в Нью-Йорке. И он хотел использовать это время, чтобы разобраться, какого чёрта происходило между ним и Кипом.
Он видел Кипа на привычном месте. Это успокаивало. Скотт даже не знал, что бы с ним было, если бы это место оказалось пустым. Ему и так с большим трудом удавалось сохранять концентрацию.
Он победит в этом матче. Поговорит с Кипом. Пройдёт в следующий раунд с ясной головой. Победит и там, затем ещё раз, и наконец-то, наконец-то поднимет этот кубок над головой.
***
Когда Скотт вернулся домой после игры, Кипа там не было. Уже вторую ночь подряд. Что-то однозначно было не так.
Он написал Кипу: «Увижу тебя сегодня?»
Ответ пришёл через пару минут: «Нет. Прости. Просто очень устал.»
Блядь.
«Мне кажется, ты на меня злишься» — написал Скотт.
Три точки мигали на экране целую вечность. Затем: «Мы можем поговорить? Завтра?»
«Да. Приходи ко мне как можно скорее завтра. Ок?»
«Ок.»
Скотт тяжело опустился на кровать. Он чувствовал себя хреново. И немного злился. Что, чёрт возьми, он сделал, чтобы заслужить такое холодное отношение?
Похоже, он узнает завтра.
* * *
Кип глубоко вдохнул и открыл дверь квартиры Скотта.
— Эй? — позвал он.
Скотт появился сразу. На нём были уютные спортивные штаны. Борода стала совсем густой, придавая ему суровый, но чертовски привлекательный вид. Кип поставил на пол рюкзак, который оптимистично прихватил с собой.
— Привет, — робко поздоровался Скотт.
— Привет. Поздравляю. Отличная игра, — Кип говорил так же неловко, как себя чувствовал.
— Спасибо. Рад, что ты был там.
Кип кивнул, не зная, что сказать или сделать. Скотт шагнул ближе.
— Можно тебя поцеловать? — спросил он. — Чувствую, что теперь должен спрашивать, и не знаю, почему, но… можно?
Кип выдохнул, пытаясь успокоить нервы.
— Да. Конечно.
Скотт улыбнулся и сократил расстояние между ними. Он на миг задержал ладони на лице Кипа, глядя на него с грустью в глазах, а затем коснулся его губ своими. Борода пощекотала лицо Кипа, и он, вздохнув, углубил поцелуй. Это было так приятно.
Когда они закончили целоваться, Скотт сказал:
— Пора поговорить, наверное.
— Да. Думаю, да.
Они сели на диван, и Кип уставился на свои сложенные руки.
— Мне кажется, я что-то сделал не так, — начал Скотт. — Быть с кем-то для меня в новинку, и я почти уверен, что всё порчу. Но я не могу понять, что именно натворил, поэтому надеялся, что ты объяснишь.
Кип резко повернулся к нему.
— Ты ничего не сделал, — честно сказал он. — Я даже не могу точно сказать, почему я так… расстроен. Просто…
— Пожалуйста, — сказал Скотт. — Дай хоть какой-то намек.
— Хорошо… — медленно начал Кип. — Мне не нравится врать друзьям и семье, скрывать наши отношения. Это… — Он показал на пространство между ними. — Мы. Это самое важное в моей жизни. Это… лучшее, что со мной случалось. И я вынужден держать это в тайне.
— Я знаю. И я говорил тебе…
Кип поднял руку, и Скотт замолчал.
— Отношения так не работают. Так работают… интрижки. Грязные секреты. Мне не стыдно за тебя. Совсем. И не стыдно за себя. Я никогда себя не стыдился, я открыто заявил о себе ещё в восемнадцать.
Скотт прикусил губу.
— Я был с тобой честен с самого начала. Хотел, чтобы ты понимал, во что ввязываешься.
— Я понимал. Понимаю. Но я также знаю, что не хочу, чтобы наши отношения были такими. Не хочу быть твоим секретом. Но… я боюсь, что, если начну давить — требовать, чтобы ты открылся, рассказал о нас или хотя бы о себе, — ты решишь, что я не стою таких трудностей.
Скотт выглядел так, словно Кип ударил его под дых.
— Боже, — тихо сказал он. — Нет, Кип. Нет, я никогда так не подумаю!
— Быть с тобой потрясающе, но это… ещё и одиноко. И… — Кип сглотнул. Ему нужно было выговориться. — Я не знаю, сколько ещё смогу так продолжать.
Скотт посмотрел на него умоляюще.
— Я знаю, что эгоистично просить тебя хранить это в тайне. Мне так жаль. Но я также защищаю тебя. Не думаю, что ты понимаешь, как сильно изменится твоя жизнь, если о нас станет известно.
— Моя жизнь уже изменилась. И не только в лучшую сторону, Скотт. Я
