Беспощадные наследники - Ана Уэст
Данте обнимал меня. Я чувствовала его силу за своей спиной. Он был единственным, кто помогал мне оставаться в здравом уме прямо сейчас.
— Ты сильная, Сиена. Ты сможешь пройти через это. Ты одна из самых сильных женщин, которых я знаю. Если кто–то и может встретиться лицом к лицу со своими демонами, так это ты.
— Как? — Прошептала я. — Как я могу это сделать, когда я чувствую себя такой... — Я даже не могла начать объяснять, что я чувствовала. Но он знал. Он понимал.
— Если тебе нужно выместить это на мне, — прошептал он.
Я почувствовала, как его губы коснулись моего плеча, убирая волосы с моего лица. Его губы были горячими на моей коже. Обжигая меня.
— Выпусти монстра, Сиена, — пробормотал он, и его голос эхом прокатился по его груди. Я почувствовала это всем телом. — Позволь мне сделать так, чтобы всё это исчезло.
Я хотела этого. Я так сильно этого хотела, что не могла думать ни о чём другом. Развернувшись, я позволила ему прижать меня к своей груди и притянула свои бёдра к его. Я уже чувствовала, как он увеличивается между нами. В его глазах не было ничего, кроме понимания, как бы я ни вглядывалась. В них не было осуждения. Он не осуждал меня за то, что мне пришлось сделать. Он знал причину лучше, чем кто-либо другой.
Данте так долго боролся со своим монстром, что знал, каково мне. Он понимал. И я так сильно нуждалась в том, чтобы он показал мне, как это контролировать, показал мне, как укротить это чувство, пока оно не поглотило меня, пока оно не разъело мою душу, как это было у Дэвида. Как у Матео. Джеммы. Я не хотела чувствовать это вечно.
Я знала, что это ненадолго. Раны превращались в шрамы, а шрамы заживали, пока не становились совсем незаметными. Но они оставались навсегда. Я знала, что это будет то, от чего я никогда не смогу убежать, то, что я никогда не смогу забыть. Но это не означало, что я должна была утонуть в этом. Что это не поглотит меня целиком, пока от меня не останется ничего, кроме ненависти, ярости и жажды мести.
Он мог бы залечить мои раны. Он мог бы показать мне, как нести бремя прошлого и при этом двигаться вперёд. Я хотела, чтобы он разрушил меня до основания. Чтобы я освободилась от этой боли.
Он увидел решение в моих глазах в ту долю секунды, когда эта мысль пронеслась у меня в голове. Его губы прижались к моим, захватывая меня, заявляя на меня свои права. Наши языки переплелись, его вкус вытеснил из моей головы все разумные мысли. Мои ногти впились в его обнажённую грудь, царапая кожу до крови, пока дыхание с шипением не сорвалось с его зубов.
— Заставь меня забыть, Данте, — прошептала я ему в губы. — Уничтожь мою боль, чтобы от неё ничего не осталось.
ГЛАВА 38
ДАНТЕ
Я чувствовал её боль, когда целовал её. Прижав её к себе, я чувствовал, как её губы двигаются в такт моим. Она обвила руками мою шею, её губы приоткрылись от желания. От желания забыть всё к чёртовой матери. Подняв её, я обхватил её ногами свои бёдра, прижав её к своему твёрдому члену.
Каждое прикосновение разжигало огонь, пылающий внутри нас обоих. Я прижал её к себе, сильные руки обвились вокруг её бёдер, талии, мои губы покрывали её голодными, отчаянными поцелуями. Зверь внутри меня поднял голову, встречая её взгляд со смертельной готовностью уничтожить её боль. Всё, что я мог чувствовать, это она, поглощающая всё моё существо. Мой желудок скрутило от голода. Она втянула воздух, крепче прижимая меня к себе, пока я прокладывал дорожку поцелуев от её уха к ключице. Мой язык скользнул к её губам, чтобы попробовать её на вкус.
Больше. Мне нужно было больше.
Её руки скользили вверх и вниз по моей спине, царапая ногтями обнажённую кожу, пока я двигал бёдрами, прижимаясь к ней членом, чтобы почувствовать её тяжесть. Я не мог дождаться, когда мы вернёмся в спальню. Мне нужно было взять её прямо здесь. Прямо сейчас.
Но сначала мне нужно было унять боль, прежде чем я заполню её целиком.
Я усадил её на кухонный стол и просунул пальцы под пояс её спортивных штанов. Я стянул их одним движением, не отрываясь от её идеальных губ. Бросив их на пол, я отстранился и уткнулся носом ей в шею, а затем раздвинул её бёдра и поставил её ноги на край кухонных стульев, так что она оказалась полностью открыта передо мной.
Я лишь на мгновение оторвался, чтобы полюбоваться тем, как идеально она выглядит, открытая только для меня. Её лоно уже блестело от выделений, ожидая, когда я их слижу. Я опустился перед ней на колени, и моё лицо оказалось прямо напротив её жаждущей киски. Она смотрела на меня из-под полуопущенных век, слегка приоткрыв рот.
Чёрт. Именно такой я всегда хотел её видеть: ноги раздвинуты, киска блестит и готова принять мой член. Если бы я мог приковать её и держать вот так каждую секунду этого чёртова дня, я бы так и сделал. Она откинулась на локти, выпятив грудь, и я жадно впился в неё взглядом.
Боль всё ещё была здесь, такая явная для меня. Но только потому, что я знал, каково это, знал, как это выглядит, каждый раз, когда я смотрел на своё отражение в зеркале. Она хотела, чтобы я уничтожил её. Это был единственный способ справиться с чудовищем – уничтожить его настолько, чтобы оно не могло снова поднять свою уродливую голову. Мне нужно было сломить её, заставить развалиться на части, пока от неё ничего не останется. Пока она не будет разорвана надвое так, что надежды на возрождение не будет.
— Я не остановлюсь, — предупредил я её, — пока ты не будешь чувствовать ничего, кроме меня.
Я уткнулся лицом ей между бёдер, и влажный след моего языка стал подожжённым фитилём на динамитной шашке. Её тело содрогнулось, когда я провёл языком от нижней части её щели до клитора, лаская
