Расколы и припевы - Девни Перри

Это был второй самый продаваемый хит с нашего нового альбома.

Первой была песня, которую Никсон и Джонас написали после того, как Никс вышел из реабилитационного центра. Они провели месяц вместе в доме Джонаса в штате Мэн, сочиняя ее. «Безумное алиби» вот-вот должна была стать нашим самым большим хитом на сегодняшний день.

Это была офигенная песня с офигенным ритмом, и когда я начну исполнять ее сегодня вечером, ударив по бас-барабану, толпа взорвется.

— Удачи, Куинн! — Минди помахала рукой, когда появился Итан, чтобы проводить всех в VIP-зону.

Я наклонилась, чтобы поцеловать Колина в щеку, прежде чем он начал трясти головой, высунув язык. Ему понадобится целая вечность, чтобы успокоиться и уснуть сегодня вечером. Это будет проблемой моих родителей, так как он будет спать с ними. Мама и папа обожали, когда все их внуки были рядом, поэтому сегодня вечером они собирались устроить посиделки в своем гостиничном номере.

Итан распорядился, чтобы после концерта их ждали палатки и спальные мешки для детей.

Мы с мужем собирались провести ночь вдвоем.

На следующее утро после того, как Грэм сделал мне предложение, мы рассказали Колину эту новость за завтраком у костра и спросили, хотел бы он, чтобы я стала его матерью по закону. Он без колебаний ответил согласием и обнял меня за шею.

Так что, мы с Грэмом поженились на следующих же выходных. Мы не хотели затягивать процесс усыновления, опасаясь, что с системой семейного правосудия может быть будет трудно справиться. Мы обменялись клятвами на заднем дворе дома моих родителей. Я надела простое белое платье без бретелек и ходила босиком. Грэм был в джинсах и белой рубашке на пуговицах.

Мой отец был священником, и в присутствии нашей семьи и друзей мы создали новую ячейку общества без фанфар и суеты. Фотография Грэма, заключающего меня в объятия для поцелуя, стояла в рамке на каминной полке нашего дома.

— Последнее выступление тура. — Грэм взял мое лицо в ладони, прижавшись своим лбом к моему. — Наслаждайся этим, детка. Ты этого заслуживаешь.

Каждое нервное окончание в моем теле было живым, искрилось волнением и адреналином. Каждое шоу было веселым, но некоторые были не от мира сего.

— Это будет хороший день. Я чувствую это. Потом мы возьмем отпуск на год. Как минимум.

— На год? Как насчет следующего лета?

Я откинулась назад, чтобы видеть выражение его лица.

— Я не собираюсь брать с собой в дорогу новорожденного ребенка.

— Ребенка. — Он с трудом сглотнул. — Ты беременна?

— Я сделала тест этим утром.

Грэм прижал меня к себе, зарывшись лицом в мои волосы, и крепко обнял.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. — Я вдохнула запах его рубашки и растаяла у него на груди.

Спасибо, Нэн. Я вознесла свою благодарность небесам, надеясь, что сегодня вечером она была достаточно близко, чтобы услышать. Она свела нас с Грэмом вместе. Она вернула меня к моей семье. С этого момента и до тех пор, пока я не увижу ее снова, я буду продолжать выражать ей свою благодарность.

— Если это будет девочка…

— Мы назовем ее Нэн. — Грэм не отпускал меня, пока рабочий не прокашлялся у нас за спиной, давая понять, что пора.

— Иди. — Подмигнул мой муж. — Наслаждайся волшебным часом. А потом мы сами немного поколдуем.

Я прижалась губами к его губам, задержавшись на них на долгое мгновение, прежде чем отстраниться.

— Убедись, что я смогу увидеть тебя в толпе сегодня вечером. — Я хотела видеть его, пока буду петь.

— Я так и сделаю. — Он кивнул и исчез в коридоре, следуя за Кирой и детьми.

Еще одно выступление.

После этого концерта в Сиэтле «Хаш Нот» официально уходят в отпуск.

У нас было напряженное лето, мы путешествовали и выступали. Грэм и Колин присоединялись ко мне, когда могли, но мы слишком часто проводили ночи порознь. Грэм неустанно работал вместе с Уокером, чтобы закончить ремонт в нашем доме. Завтра утром, когда мы вернемся в Бозмен, мы переедем в наш дом.

Я была готова к этому перерыву. У Колина начинался новый учебный год, и я хотела быть его шофером этой осенью. Я хотела какое-то время просто побыть мамой и вжиться в эту роль.

И мои палочки будут совсем рядом.

У нас с ребятами появилось несколько новых идей для следующего альбома. Мы уже сообщили Харви, что не будем работать над этим альбомом в сжатые сроки. Наш план состоял в том, чтобы писать с помощью видеочатов и случайных встреч. Мы переосмысливали наш процесс, чтобы соответствовать нашему меняющемуся стилю жизни. Чтобы соответствовать требованиям наших семей.

Без всякого давления мы уже доработали две песни. Если бы мы продолжим в том же духе, то закончим альбом еще до рождения ребенка.

— Готова? — спросил Джонас, стоя рядом с Никсоном.

— Да. — Я подошла и взяла его протянутую руку, затем руку Никсона.

Мы взялись за руки и сомкнули наш круг. Я закрыла глаза, и шум толпы снаружи на мгновение стих.

Это был наш десятый год вместе. За это время мы сильно изменились. Как личности. Как группа. Но мы боролись за эту жизнь. Мы боролись друг за друга. Мы боролись за музыку, которая шла из наших душ.

Я не знала, что ждет «Хаш Нот» в будущем. Но мы проложим путь вместе. Мы изменим привычный образ жизни рок-звезды и получим все что хотим.

Джонас сжал мою руку, прежде чем отпустить ее, и я встретила его улыбку своей собственной.

Поехали.

Я была первой, кто вышел на сцену. Я села на свой табурет и оглядела толпу, отыскивая глазами Грэма.

Это было волшебство. Не слава или богатство, а то, что я нашла его лицо в многотысячной толпе и позволил остальному миру исчезнуть.

Возможно, наша мелодия далась нам нелегко. Бывали моменты, когда мы сбивались с ритма. Но все это не имело значения.

Потому что наша красота была в припеве.

Конец