Плохой слон - Л. Дж. Шэн
Я бросила на него укоризненный взгляд.
— Ты врешь.
Его каменное лицо оставалось невозмутимым.
— Почему, по-твоему, он предпочитает ножи?
— Ты завидуешь, потому что он хорошо обращается с руками.
— А я нет?
— Я не знаю. Ты меня почти не трогал.
Его ухмылка была насмешливой, веселой.
— Ты со мной флиртуешь, женушка?
Я толкнула его в грудь, чувствуя невыносимую жару на лице.
— Вряд ли.
— Мне кажется, что да. — Он приподнял бровь. — Не волнуйся. Это срабатывает.
— Может, оружие не для меня.
— Оружие для всех. — Он бросил на меня недоверчивый взгляд. — Особенно для жены человека, который только что убил русского пахана.
— Поэтому у меня так много телохранителей? — спросила я. — Из-за убитого пахана?
— А из-за чего еще, черт возьми?
— Из-за того, что со мной случилось.
— Это больше никогда не повторится. Теперь ты моя, Лила.
— Но русские все еще могут мне навредить, — заметила я. — Может, решение в том, чтобы больше не быть замужем.
Я повернулась к нему спиной и вышла из кабинки. Я хотела избавиться от этого чувства. От этой неотложной потребности. Потребности прикоснуться к нему. Покорить что-то внутри него, существование чего я даже не была уверена.
Тирнан схватил меня за запястье и резко потянул к себе. Мое тело ударилось о его, мои полные нежные груди столкнулись с его прессованными мышцами. Он угрожающе посмотрел на меня, и на его губах появилась тень отвращения.
— Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал. — Он смотрел на меня с отвращением, как будто я была невменяема.
Я громко рассмеялась и вырвала свои запястья, чтобы ответить.
— Ты бредишь.
— Ты еще более ненормальная, чем я думал.
Как он мог так хорошо меня понимать? Это сводило меня с ума.
— Я могу тебя убить, — предупредила я.
— Я могу тебе это позволить, — безразлично ответил он. — Почему?
— Почему что?
— Почему ты хочешь, чтобы мы поцеловались?
— Потому что... — я вплеснула руками, умирая от смущения. — Ну, забудь об этом!
Я снова отвернулась, но он притянул меня к себе, схватил за подбородок и поднял мою голову.
— Я могу быть не очень хорош в этом.
Я фыркнула, желая задушить его. Этот абсолютный идиот.
— Думаю, мы справимся с одним неудачным поцелуем. — Мои руки двигались неуклюже. — Мы оба пережили гораздо худшее.
— Виски в чайной чашке, — пробормотал он про себя, завороженно глядя на меня. — Непритязательный на первый взгляд. Но такой острый. И, о, этот привкус.
У меня не было времени спросить его, что он имел в виду.
Его губы прижались к моим.
Мы оба замерли, затаив дыхание. Тирнан первым положил руку мне на лицо, а другой обхватил мою талию, притягивая меня к себе.
Это было осторожно и исследовательно. Как вступление в незнакомую воду. Сначала это было так мягко, что я усомнилась в его существовании. Неуверенное прикосновение губ. Дыхание, прошедшее между нами, и я не могла понять, кто вдохнул, а кто выдохнул.
Но потом он прижал мои губы сильнее, и все правила приличия и элегантности, которым меня научила мать, вылетели из головы, когда я прижалась ко всему его телу, открыла рот и пробежала языком по его нижней губе.
Она была пухлой и теплой. Мои пальцы на ногах скрутились в туфлях.
Его глубокий стон эхом отозвался в моем теле. Его рот открылся над моим, его рука скользнула в мои волосы. Он потянул за резинку, удерживающую мои волосы в хвосте, позволяя бледным локонам упасть на мое лицо, углубляя наш поцелуй.
Это было похоже на медленное погружение в сладкий сон, как будто я была слегка пьяна от лучшего вина. Наши языки соприкоснулись впервые, и в моем животе взорвался фейерверк. Вся моя кровь прилила к ногам. Я вцепилась в его грудь, поднявшись на цыпочки, требуя большего.
Его рот стал неистовым, жадным, он кусал, целовал и ласкал языком. Мы целовались несколько минут, прежде чем он оторвал свой рот от моего, горячо глядя на меня, с ошеломленным блеском в глазах. Мы оба тяжело дышали.
— Черт. — Он вытер рот тыльной стороной руки. — Блядь.
Мое сердце упало. Я сделала что-то не так?
Но потом он грубо схватил меня за лицо и поцеловал снова, еще более дико. Я обхватила его шею руками и застонала ему в рот. Он поднял меня, чтобы обхватить мои ноги вокруг своей талии, прижимая меня к стене кабинки. Я чувствовала, как каждый выстрел на стрельбище отзывался глухим стуком в моей спине, и вибрация, казалось, гудела в маленьком, тайном местечке в моем сердце. Дикая и быстрая, как биение моего сердца. Мой муж был так хорош на вкус. Как кофе, мята и отпущение грехов. Его член уютно устроился в моем отверстии через одежду, пульсируя против него.
Я отстранилась от его губ, быстро вздохнув, и отпустила руки с его шеи, чтобы спросить:
— Ты думаешь, мы делаем это правильно?
— Мне похуй. — Его зубы зацепили мою нижнюю губу, втягивая ее в его рот. — Я хочу большего.
Мы снова поцеловались. На этот раз наши языки затанцевали вместе, и я ответила ему так же хорошо, как он мне. Я была как пластилин в его руках. Руках, которые знали, как поразить одну и ту же цель с точностью до миллиметра. Руках, которые убивали, мучили и уничтожали многие жизни.
Руках, которые, я знала, никогда не причинят мне вреда.
Мой муж. Мой защитник. Моя мрачная фантазия.
Потирая грудью его торс, наслаждаясь трением о соски, я провела кончиком языка по его губам, а затем поцеловала его еще глубже. Он застонал, прижавшись ко мне, страстно всасывая мой язык.
Ткань моей рубашки дразнила мою кожу, прося, чтобы ее разорвали.
Мне потребовалось все мое усилие, чтобы оторвать губы от его губ, и я сделала это только потому, что почувствовала, что становлюсь влажной. Мое нижнее белье было мокрым, хотя я не чувствовала, что хочу в туалет.
Я прижала ладони к его груди, и он сразу же опустил меня, освободив из своих объятий. Но в то время как я задыхалась, как бешеное животное,
