Измена. Подари мне мечту - Татьяна Тэя

– У нас тут орда детей, – предупреждает Мила.

– Прекрасно.

– И орда взрослых.

– Ещё лучше. С чем-то помочь?

– Отдыхай.

– Ну хочется быть полезной.

Света хватает меня за руку, легонько встряхивает.

– Пойдём закуски на тарелки разложим и пиццы с наггетсами на детском столе обновим. Мне помощь нужна. Маленькие монстры уже всё съели, несмотря на активную анимацию. Пробегая мимо еды, так и норовят по кусочку унести.

В Милу врезается девчонка лет семи, я так понимаю, что это и есть Саша.

– Моя доченька. Александра, – гладит её по голове.

Я говорю привет, и отмечаю, как сильно Саша похожа на маму.

Мне немного грустно, так всегда происходит, стоит оказаться в компании с детьми, но я привыкла успешно справляться с эмоциями.

Мы доходим до большого дома, стоящего по центру участка. Он довольно большой, двухэтажный.

На кухне на удивление спокойно, Света уходит с подносом в сад, а я методично перекладываю канапе из контейнера на красивые тарелки.

Через приоткрытое окно в дом влетают детский визг, взрослые голоса, чужой смех, оборвавшаяся на середине «I like to move it, move it» мелодия. Усмехаюсь, думая, что я впервые в этом доме, но здесь всё как-то привычно, по-домашнему, что уже чувствую себя своей.

Слышу, как открывается боковая дверь, и в дом кто-то заходит.

– Глеб?! – зовёт знакомый голос.

Рука с канапе замирает. Кладу его обратно в контейнер и резко оборачиваюсь, потому что шаги двигаются по направлению к кухне. Она тут почти не отделена от гостиной, так небольшой закуток.

Владелец насыщенного бархатного баритона предстаёт передо мной.

Смотрю на него.

Он смотрит на меня.

Удивление. Шок. Настороженность.

Надо же, вот оно, оказывается, как бывает. Можно столкнуться с человеком в совершенно неожиданном месте. Выходит, теория шести рукопожатий работает. В нашем случае хватило одного.

– Что ты тут делаешь? – говорим оба практически синхронно. – То есть, как ты тут оказа… – замолкаем.

Он усмехается: иронично, уголком губ, как может усмехаться только он.

– Руза, я ж говорил: мы идеально друг другу подходим. Вот даже предложения начинаем одинаково, не сговариваясь.

– Нет… – мотаю головой, посмеиваясь. – Нет…

Хочется погрозить ему пальцем, чтобы не выдумывал. Но я знаю, этот наглец мега-настойчивый. И мега-сексуальный.

И просто так не отстанет. Особенно если ему что-то в голову втемяшится.

Смотрит он на меня с интересом и даже каким-то теплом, хотя последний раз расстались мы на не совсем приятной ноте. И больше никаких с добрым утром и приятных снов я от него не получала.

Матвей начинает оглядываться, затем наклоняется, смотрит под стол.

– Ты что-то потерял? – коротко спрашиваю.

– Смотрю, куда это твой Ярослав закатился.

У меня вырывается нервный смешок.

– Я без него.

– Серьёзно?

– Угу.

– Забирает тебя после праздника?

– Нет.

– К нему поедешь потом?

– Тоже нет.

– Интересно.

Матвей делает шаг ко мне.

– Не понимаю, чего интересного ты нашёл в этом. А вот как ты тут оказался… вот это интересно.

– А я крёстный Сани. А ты чья подруга? Ну точно не Глеба. Тогда бы я знал. Неужели Милы? Или с кем-то ещё приехала? Нет, раз тебя допустили до кухни, значит ты в ближнем круге, – размышляет Матвей. – Кхм… как тесен мир, да, Руза?

– Да уж. Тесен. Теснее некуда.

Кончиками пальцев он упирается в поверхность стола.

– А что с Ярославом-то? Расклеилось? Как… неожиданно.

Не знаю почему, но ему весело. А я злюсь немного.

– Это тебя не касается, – говорю строго.

Матвей кивает, затем лезет в карман за сотовым. Что-то ищет в нём, потом разворачивает экраном ко мне.

– Посмотри вот.

– Что это? – прищурившись, наклоняюсь.

– Да ты в руки возьми, почитай.

Утыкаюсь во врачебное заключение, пытаюсь понять, что там написано и зачем мне это читать.

– Тут указано, что беременности не было, – озвучивает Матвей. – Она всё придумала.

Без понятия, кто это – она. Видимо, та барышня с тестом. Имён он не называл.

– Не в ней дело, – со вздохом повторяю, – а в твоём отношении к ситуации.

– Ну так я последовал твоему совету, хотел проявить серьёзность, отвёл её к врачу, чтоб оплатить ведение беременности и прочее-прочее, даже если бы ребёнок был не от меня, я б всё равно это сделал. Но его и не было. Дешёвый развод.

– Матвей.

– Руза. – Смотрит примиряюще. – Вот видишь, я исправляюсь. Твоими чаяниями. Отношусь к ситуации серьёзно, – подчёркивает строго. – А ты замуж собралась, пока я над собой работал.

– Да не собралась я. Это Ярик выдумал.

– Парень с фантазией.

– Можно итак сказать.

Матвей забирает у меня свой телефон, но внезапно берёт за запястье и тянет на себя. Приходится перегнуться через стол. Странно, почему не вырываюсь, почему поддаюсь.

Не могу сказать, что его слова растопили лёд в моей душе окончательно и бесповоротно. Видимо, это шок от внезапной встречи ещё не прошёл.

– Так ведь невольно в судьбу поверишь.

– Ты это всё подстроил? – с подозрением уточняю. – Как с Кипром? Хоп, и мы на одном семейном празднике… Внезапно так.

– Нет, ну я не настолько всемогущ. Откуда мне было знать, что ты подруга Милы. Говорю же, судьба! Одними дорогами ходим.

Последнее он уже шепчет напротив моих губ, но в этот момент кто-то заходит в дом, и мы отлетаем на добрых пару метров друг от друга. Словно подростки, которых застукали за чем-то неприличным.

– Ладно, пойду крестницу поймаю, – подмигиваю Матвей.

– Д-давай, – шепчу пересохшими губами.

Проходя мимо, Матвей указательным пальцем проводит вдоль моего позвоночника. Я покрываюсь мурашками, и ничего поделать не могу с этой приятной дрожью.

Мало того, Матвей продолжает весь праздник ненароком касаться меня, оказывается рядом, шутит много, вовлекает в беседу, а в какой-то момент и вовсе зажимает в углу дома, срывая, если можно так выразиться, поцелуй.

Не знаю, почему уступаю ему. Может, из-за неформальной обстановки. Увидела немного другого Матвея в кругу его друзей и растаяла.

Моя решимость отвергать его и возможное счастье тает.

Видимо, в какой-то момент я ловлю его слова с открытым ртом, потому что это вызывает подозрения у Милы.

– Вы что, знакомы? – спрашивает, когда остаёмся наедине.

– Ну… сталкивались, – с неопределённой жестикуляцией подтверждаю.

– Я бы сказала, будь с ним аккуратнее, но ты, раз сталкивалась, наверное, и сама это знаешь. Я Матвея очень люблю, но он одиночка. Хотя… всем свойственно меняться.

– Да ладно? Кто-то говорит: люди не меняются. Ты говоришь: всем свойственно. Где правда?

Мила стаскивает кусочек сыра со шпажки зубами.

– Где-то посередине, – усмехается. – Ладно, не слушай меня. Это гормоны во мне разговаривают. Если хочешь Матвея, бери. Мне кажется, из