Развращенные истины - Эмми Уэйд
Джон подходит, касается моего плеча и мягко спрашивает: — Тесса, ты в порядке? Тяжело, когда мы не можем кого-то спасти.
Я закатываю глаза, затем смотрю на него с вымученным, опустошенным выражением лица.
Пытаясь проявить эмоции, я легко вспоминаю о своей бывшей пациентке, добросердечной женщине, которая часто приходила в отделение неотложной помощи из-за осложнений рака. Женщина, которую я отчаянно пыталась спасти. Слезы наворачиваются на мои глаза, когда я смотрю на него.
— Я в порядке. Это часть работы, но легче не становится, — это не совсем ложь. Злодеи — единственные, кто облегчает ее. Гибель невинных людей почти невыносима, особенно когда это можно было предотвратить.
Я вешаю сумку на плечо, желаю спокойной ночи и направляюсь домой. Широкая улыбка расплывается на моем лице, когда я въезжаю на подъездную дорожку и паркуюсь рядом с машиной Элая. Это то, к чему я определенно могла бы привыкнуть. Как такому человеку, как я, так повезло? Я потратила так много своей жизни, держа всех на расстоянии, не подпуская никого к своему сердцу или достаточно близко, чтобы причинить мне боль, как это сделали мои родители.
Когда я захожу в дом, воздух наполняется ароматом готовящейся еды. Элай оборачивается, и его глаза загораются. Легкая усмешка появляется на его лице. Волна тепла и уверенности захлестывает меня, и я без сомнения знаю, что безвозвратно влюблена в него. Он притягивает меня ближе, его пальцы запутались в моих волосах, а затем его губы накрыли мои — мягкие и теплые. Мои губы покалывает, когда я углубляю поцелуй, и у нас обоих перехватывает дыхание.
— Черт возьми, детка, целуй меня вот так, и мы не будем ужинать раньше.
Я напрягаюсь, застигнутая врасплох его прозвищем, воспоминание о той решающей ночи еще свежо в моей памяти. И все же его дразнящие, яркие глаза, полные обожания и тоски, возбуждают меня. Полная преданность и голод сосредоточены исключительно на мне.
— Как бы хорошо это ни звучало, я умираю с голоду, — я издаю хриплый смешок и шлепаю его по заднице.
Работая вместе, как будто мы делали это годами, мы накрываем на стол. Он выкладывает курицу Альфредо на горячую тарелку, и как раз в тот момент, когда он достает чесночный хлеб из духовки, у него звонит телефон.
Он ставит сковороду на плиту, хватает сотовый и отвечает: — Привет, чувак. Мы собираемся… что? Подожди, притормози. Расскажи мне, что случилось?
Мои глаза поднимаются на него, когда он поворачивается ко мне лицом. Краска отливает от его лица.
— Элай... - я смотрю на него, и острый приступ паники скручивает мой желудок.
— Это Элли.
ГЛАВА 31
ТЕССА
Выскакивая из машины, когда она подкатывает к остановке перед отделением неотложной помощи, я врываюсь внутрь, не дожидаясь, пока Элай припаркует автомобиль. В тот момент, когда я вхожу в вестибюль, мой взгляд останавливается на Джейсе, который расхаживает взад и вперед с озабоченным выражением лица.
— Джейс?! Что случилось с Элли? — бросаюсь к нему, слова вываливаются с трудом, задыхаясь.
— Тесса, она в плохом состоянии, — говорит он хриплым от горя голосом. — Ее дом всего в нескольких домах от моего. Я работал на своей лодке, когда услышал крики. Несколько секунд спустя я услышал ее крик, — его голос срывается, и он тяжело сглатывает, глаза остекленевшие. — Я подбежал, но дверь была заперта, поэтому я вышиб ее. Нашел ее лежащей там — без сознания, из ее головы текла кровь, — он смотрит вниз, его дыхание прерывистое. — Она выглядела такой бледной. Такой сломленной.
Тяжесть его слов поражает меня, как удар в живот.
— Далтон, — бормочу я сквозь стиснутые зубы, во мне нарастает гнев. Я подавляю его. Сейчас не время. Пока нет.
— Когда я добрался туда, кто-то выходил через заднюю дверь. Я хотел догнать его, но мне нужно было позвать на помощь Элли. Это должен был быть тот ублюдок, — его глаза вспыхивают гневом, затем снова темнеют от беспокойства.
— Ты что-нибудь слышал? Есть новости? — я давлю, отчаянно нуждаясь в любой информации.
— Нет, — Джейс качает головой, на его лице отражается разочарование. — Они мне ничего не скажут, потому что я не член семьи.
Затем в вестибюле появляется Элай, его тяжелые ботинки гулко стучат по кафелю. Я подхожу к сестринскому столу, где сортировочная медсестра выглядит незаинтересованной, ее глаза прикованы к телефону.
— Не могли бы вы, пожалуйста, сообщить последние новости об Элли Уокер? — спрашиваю я резким голосом.
— Вы член семьи? — она отвечает, даже не поднимая глаз, ровным тоном.
— Сара, — говорю я невозмутимо, мои глаза сужаются.
Она поднимает взгляд, и в ее чертах появляется узнавание. Она заикается: — Д-доктор Спаркс, мне так жаль, я не знала, что это вы, — она поспешно нажимает кнопку и пропускает меня. — Я отведу вас обратно к врачу. Я думаю, что она сейчас в радиологии.
Я смотрю на Элая. Он ободряюще кивает мне и мягко подводит Джейса к стулу.
Мчась по коридору, я толкаю дверь в комнату отдыха доктора. Джон сидит за столом, небрежно потягивая кофе, но его мрачное выражение лица меняется, когда он видит меня.
— Тесса. Полагаю, я знаю, почему ты здесь, — говорит он, его голос полон беспокойства.
— Как она? Пожалуйста, скажи мне, в каком она состоянии, — мой голос дрожит, выдавая панику, которую я едва сдерживаю.
Его лицо хмурится еще сильнее, когда он просматривает карту. — Элли сейчас на компьютерной томографии. Она получила ушиб височной доли, и ей понадобилась пара скрепок. Однако больше всего меня беспокоит кровоизлияние или отек мозга. Некоторое время она была без сознания, но сейчас она в сознании. В лучшем случае у нее сотрясение мозга. Скоро мы узнаем больше.
Я киваю, пытаясь переварить информацию, но в голове проносятся наихудшие сценарии.
— Джон, Элли беременна.
Его взгляд смягчается пониманием, и он вздыхает. — Да, она сказала нам, когда приехала сюда. Я должен сообщить тебе, что у нее также были травмы живота. Я заказал анализ крови, и мы сделаем ультразвук, как только убедимся, что ее состояние стабильное.
Именно в этот момент Сара немного застенчиво заглядывает в гостиную. — Док, пациент из четвертой палаты вернулся из рентгенологического отделения.
— Спасибо, Сара, — он смотрит на меня с напряженным выражением лица. — Иди побудь
