Куплю тебя. Навсегда - Галина Валентиновна Чередий
И только когда Волков ушел все так же мрачно-молча наверх в свой кабинет, я смогла просочиться к Надежде на кухню и узнала о пожаре на каком-то там терминале.
— Славатехосподи, шо в этот раз людины не погибли. — сокрушалась домоправительница. — Но онож надо, шоб от тока паскуда вредоносная завелась, а! Бедный Матвей Сергеяч, така бяда на его голову. Вот и ходит туча-тучей.
Мне захотелось сказать, что он по жизни сплошное грозовое облако, блин, но все же вынуждена была честно признать, что причины злиться у Матвея есть. По крайней мере сейчас.
От моей помощи сегодня Надежда отказалась, мотивировав это туманным “та ну его, Лиль, от греха подальше, сама я”. При этом глянула на те самые мои новые когти со стразами. Пришлось поболтаться без дела по дому и двору, пока не приехала девушка стилист, которую для меня, оказывается, вызвали.
— У вас полтора часа. Потом выезжаем. И ничего лишнего!— сказал Волков, появившись на вершине лестницы, указал на свои брови, потом повернул кисть и пошевелил пальцами, похоже, изобразив огромные ресницы, глянул строго и сразу же ушел обратно.
Девушка Ира сделала мне макияж, поглядывая как-то слегка испуганно то на дверь, то на меня, и то и дело спрашивая “так не лишнее? ”. Будто я знаю! Умеет же этот деспот Волков людей парой фраз сходу запугать.
— Я думаю сложную прическу господин Волков не одобрит? — спросила Ира, с надеждой заглянув мне в лицо. С надеждой поскорей смыться отсюда, похоже. — Я только шею тебе открою, она у тебя очень красивая.
Она закончила с волосами и как раз помогала мне платье надеть аккуратно, когда без стука вошел Матвей. Постоял, наблюдая с минуту, обшарил взглядом с головы до ног, буркнул “выезжаем” и ушел. Ирина шумно выдохнула рядом, я покосилась на нее. И мои брови поползли вверх сами собой. Девушка таращилась вслед Волкову с завороженным видом влюбленной глазастой коровы. Мне аж подзатыльник отвесить ей внезапно рука зачесалась.
— Я это не выбирал. — буркнул Волков, открывая мне дверь в машине и имея в виду очевидно платье.
— Я выбрала. — сказала усевшись и глянув снизу вверх ему в лицо.
Волков прищурился и несколько минут мне казалось, что сейчас его злобнейшество велит мне пойти и сменить платье на что-то из выбранной им спецодежды для борделя. Но нет, он только хмыкнул, обошел машину и уселся рядом. Кирилл даже не обернулся, чтобы поздороваться, видимо, как и Надежда, опасался сейчас лишний раз отсвечивать.
Осточертевший телефон опять затрезвонил и на этот раз Матвей все же ответил.
— Ну?… Тань, хорош… Нет… Нет, я сказал! — он хоть кому-то когда то “да” говорит? — Нет, я не буду этого делать. Нет… Денег не дам, договариваться и связи подключать не стану и вообще больше на эту тему говорить не собираюсь. Пусть идет в Армию… — смутный женский голос в трубке явно сорвался чуть ли не на визг. — Ну и чудесно, что сам собрался. Хоть капля мозгов есть значит. Нет, не буду я его отговаривать. Пусть идет, Армия может из него человека нормального и мужика сделает.
Сказав это, Волков звонок оборвал и зло стал тыкать в экран, а я совершенно бездумно хмыкнула.
— Что? — резко он вскинул голову и чуть ли не оскалился. — Есть что сказать?
Я молча отвела глаза на всякий, не желая нарываться, но не тут-то было. Волков сцапал меня за подбородок и почти грубо повернул опять к себе, вынудив смотреть в глаза.
— Я. Спросил. — отчеканил он.
— Есть. — ответила, понимая уже, что все едино — нарвалась. Молчать буду — типа нарушение правил, скажу, что думаю — сто процентов взбесится, так чего уж. Двух смертей не бывать… или как там? — Нормального человека семья и близкие должны делать, а не школа, Армия или чужие люди.
— А у тебя, Лиля, наверное до хрена уже детей нормально сделанных, раз ты на такие темы умничать решила? — язвительно спросил Волков, на удивление не взорвавшись. — И вся-то ты такая умная и про все-то знаешь как правильно. Самой не тошно? Семья должна?! Да я ему давал столько, что тебе в вашем жалком нищебродстве и не приснилось бы.
Жалком нищебродстве?!
— А что из того, что ты давал сыну не выражалось просто в некоем количестве денежных единиц? Игрушки и шмотки купил самые дорогие? Машину купил , на которой он черте что на дорогах пьяный вытворял и спасибо никого не успел угробить? Квартиру купил от себя подальше, где он пол района своими загулами кошмарил? Купил-купил-купил! Денег давал, чтобы перед глазами не мельтешил? Заплатил и знать не знаешь его, пока опять не появится? Хотя, думаю ты даже не сам этим занимался, да? Через мать давал или вообще у тебя для этого есть специально нанятые люди, которые решают эти вопросы… как ты там обычно говоришь? За весьма щедрую оплату.
Мне почудилось — Матвей меня сейчас ударит. Даже прищурилась, внутренне сжимаясь в ожидании этого. А еще пришло мгновенное осознание, что права говорить все это у меня нет никакого. Это пипец как бестактно и безобразно с моей стороны, так что если и врежет — то поделом мне. В семью лезть нельзя, никому. Но Волков просто отвернулся к окну и я почти выдохнула и даже извиниться собралась, но тут он сказал.
— Бедная обиженная на плохого папашу девочка Лиля. Если ты такая душно-правильная в свою мамашу, то я понимаю почему отец свалил от вас и спился на хрен.
Вот ведь сволочь!
Глава 27
Матвей
Вот же соплячка оборзевшая! Поучать она меня еще будет, как сына собственного воспитывать. Привыкли сейчас всякие сопли психологические разводить, причины
