Развод и две свадьбы - Мария Геррер
Она поспешила сменить тему разговора. И сделала это снова не лучшим образом:
— Я тебе вчера не говорила, что все мужики козлы, падкие на яркую внешность? — выдала она.
— Нет, не говорила, — Стас пытливо смотрел на нее. И его взгляд ей очень нравился.
— Значит, просто не успела, — Ксения потупилась и, наконец, пригубила кофе. И тут же сморщилась: — А где сахар и молоко? Он же горький и черный, как моя жизнь.
— Сейчас не надо тебе ни сахара, ни молока. Черный кофе — лучшее из того, что может привести тебя в чувства.
— Я уже пришла в себя. Ты правда на меня не обижаешься?
— За что? — искренне удивился Стас.
— Ну, может у тебя платны были, а я их порушила…
— Хватит извиняться.
Положа руку на сердце, Ксении было очень приятно, что Стас так с ней носится. Ей хотелось, чтобы он снова и снова убеждал ее — ничего такого не произошло, все нормально. И вообще, она такая милая и наивная девушка, ее надо опекать и сдувать с нее пылинки.
— Ты есть хочешь? Могу яичницу сделать. Или картошку пожарить, — предложил Стас. — Только с картошкой возиться долго. Но мы никуда не спешим. Можем роллы заказать. Или пиццу лучше?
— Нет, есть я не хочу, — отрицательно замотала головой Ксения. Ей кусок не лез в горло. Видимо, этот «энергетик» еще и отбивал аппетит.
— Тогда как допьешь кофе, поедем искать твою сумочку. Если повезет — найдет. Не повезет, значит скажешь ей прощай и помашешь лапкой. Но расстраиваться не будешь. Хорошо?
— Не буду. На карточке денег немного. Ключи, правда, были. Придется замок поменять.
— Сделаю, не проблема. Не замок, а личинку заменю. Твой замок можно ногтем открыть, видел я его.
— У меня воровать нечего, если только телек старый, да ноутбук. Все, больше ничего ценного. Хотя нет, я ценная. Очень, — Ксения залпом допила кофе и снова поморщилась. — Ненавижу черный. Но бодрит знатно! — передернула она плечами.
Стас протянул ей печенье:
— Зажуй, раз горько.
Песочное печенье с капелькой джема посредине напомнило Ксении детство. Тогда Филипп обкусывал печенье по кругу, а середку с джемом отдавал младшей сестре — именно это больше всего ей нравилось в печенье.
— Мое любимое. Когда была маленькой для нас с Филиппом это было лучшее лакомство. Мама не могла позволить себе лишние траты. Но пыталась нас баловать. И покупала это печенье на вес чуть ли не поштучно.
— Наши вкусы совпадают. Только мне в детстве нравилось мочить его в чае или в молоке, — Стас опустил печенье в кофе и отправил его в рот. — Вкуснота, любимая с детства.
— У тебя тут все очень современно, — Ксения окинула взглядом кухню. Все продумано до мелочей, функционально, удобно. Немного непривычно, что панели серо-синие, а стены и потолок вообще черные. Латунные ручки матово поблескивают, выделяясь на темном фоне. Но смотрится интересно. — Красиво.
— Авторский дизайн, — гордо произнес Стас.
— Очень неплохо. Чисто холостяцкая квартира. Спальня тоже стильная. Видно, что живет мужчина. Ничего лишнего.
— Я делал ее под себя. Как мне нравится. Мама сказала, что похоже на офис графа Дракулы. Слишком темно и мрачно на ее взгляд. Отец одобрил. Он не любит излишеств.
— Анне понравилось? — зачем-то спросила Ксения.
— Анна оценила, когда узнала стоимость, — рассмеялся Стас и дожевал печенье. — Точно ничего больше не хочешь?
— Нет, спасибо, — Ксения отодвинула пустую чашку.
— Тогда поехали искать твою сумочку, — поднялся Стас. Ксения тоже встала на ноги и едва не потеряла равновесие. Стас подхватил ее за талию. — Осторожнее. Думаю, тебе надо врачу показаться. И узнать, что тебе там твой одноклассник подмешал. Со здоровьем шутить нельзя.
Глава 36
— Не надо, — отмахнулась Ксения. — Все уже в норме. Не думаю, что там что-то серьезное. Марк не стал бы рисковать и связываться с тяжелой наркотой. У него все слишком хорошо складывается в жизни. И вообще он в школе был очень осторожный, все десять раз взвешивал, продумывал. Занудой был, причем занудой трусоватым.
Около машины Ксения снова споткнулась и едва не упала. Хорошо, что Стас крепко держал ее за руку.
Стас помог Ксении разместиться на переднем сиденье.
— Подождет твоя сумочка. Едим в поликлинику, — безапелляционно заявил он. — Узнаем, почему тебя так штормит.
Из районной поликлиники Ксению сразу же отправили сдавать анализы в городскую больницу. Там она провела полдня. Женщина-регистратор передала ее в руки пожилого врача. Худого и высокого, с пышной седой шевелюрой.
Он сначала внимательно выслушал ее, задал несколько вопросом, потом велел медсестре проводить Ксению в лабораторию и сдать экспресс-анализы. Ксении показалось, что из нее выкачали не меньше литра крови. Пообещали, что результат будет через три часа.
И еще сделали два укола, чтобы нейтрализовать последствия отравления. Слово «отравление» напугало Ксению не на шутку. Но медсестра заверила — это обычное дело при снятии похмелья, чем добила Ксению окончательно. Неужели ее принимают за беспробудную пьяницу?
Потом Ксению осматривало еще несколько врачей, включая невропатолога, психиатра и нарколога. Те снова задавали вопросы и слушали Ксению с профессиональным интересом. На все это ушла уйма времени.
Наконец, ей позволили вернуться к первому доктору, и тот, посмотрев результаты анализов вынес резюме — ничего серьезного. Марк подмешал в алкоголь сильнодействующее успокоительное. Если знать дозу, можно получить интересный эффект, как выразился врач. И почему-то криво усмехнулся.
В дверь кабинета раздался стук. И не дожидаясь ответа ввалилась толпа студентов и еще несколько молодых докторов. Возглавлял их главврач. Он привел своих подопечных на экскурсию для ознакомления с интересным и поучительным случаем.
— Вы не возражаете? — с надеждой спросил главврач у Ксении. — С такими симптомами к нам обращаются не часто. Вы попробовали подобный препарат впервые?
— Я не наркоманка! — взвилась Ксения. — Я ничего не пробовала, мне его подмешали. Иначе зачем бы я сюда пришла?
— Разумеется, мы это уже поняли. И вызвали полицию. Чтобы сэкономить вам время и лишний раз не
