Гулящий. Отдана брату мужа - Иман Кальби
— Скажи… Батыру… Передай ему… Он должен знать, пока… Обещаешь? — сжимает мою руку, — мне важно, чтобы ты это сделала, Диана!
Когда она называет меня «не своим именем», все недоуменно смотрят на меня. Только Иван понимает, в чем дело. Хмурится.
— Бредит, наверное, — произносит под нос старшая медсестра, ловко орудует капельницами…
В мониторе ровно стучит маленькое сердце. Жизнь еще держится за нас двоих. Но угроза не ушла — схватки то усиливаются, то стихают. Я знаю: до приезда акушеров все может измениться.
Я остаюсь рядом. Держу ее руку. И каждый удар ее сердца и сердца ребенка отдается во мне болью и странным, жестоким ощущением. Ощущением неизбежности…
Она засыпает, а я все сижу — сижу… Совсем скоро должны быть акушеры. Дороги расчистят, а я все сижу…
Иван заходит в палату. Я чувствую спиной, не оборачиваюсь.
— Это кто-то из твоей прошлой жизни, Ди?
— Да, Иван… — отвечаю после того, как несколько раз вдыхаю и выдыхаю, чтобы прийти в себя, — и у меня к тебе будет одна просьба… Позвони кое-кому…
Глава 25
Батыр
Мое нутро не на месте. Я чую, что эта поездка не случайна. И дело даже не в том, что в произошедшем с Джаннет явно след пакостей Бахи и его банды. Дело в чем-то еще…
Маленький захолустный городок к северу от Москвы. Идеальное место, чтобы спрятать навязчивую идиотку, которая уже успела попортить мне крови.
Если бы только она не высовывалась и молча сидела и ждала моих решений, но нет же…
В ситуации с Бахой вышло через край. Но как без этого? Я был в ярости. Никто никогда не играл ни с моей репутацией, ни с мужским духом. А он грешным делом решит, что прогнет…
Предатели получают по заслугам, а предатели, которые еще и крысят — мучительный конец.
Все произошло шумно, жестко, по беспределу. Можно бы было, наверное, и аккуратнее, но осторожничать не хотелось. Для кого? Моей Ди рядом не было… Мне не для кого себя беречь.
Для ребенка Джаннет?
Черт… Разум не может пока свыкнуться с этой мыслью, пусть инстинкты и говорят обратное.
Пусть ты не готов морально, но у тебя долг, кровь…
Как только я забрал ее из дома этого утырка, сейчас собирающего свои зубы с пола в СИЗО вместе с подлым китайцем — подляншиком Линем, который тоже решил, что умнее и может меня обскакать, сказал, что ей надо заныкаться.
— Я поеду к сестре двоюродной, — был ответ кроткой и покорной женщины. В маске, конечно. Какая Джаннет покорная. Как же жалею, что связался с ней…
— Она живет в провинции как раз. Там тихо и поможет мне… Ты же меня потом заберешь?
— Потом сделаем ДНК-тестирование… — я говорил с ней и не смотрел в глаза.
Тест я хотел сделать раньше, но доктор отговорил — эта процедура инвазивная, то есть пришлось бы колоть ей живот, а колоть было опасно — у нее и так что-то там с вынашиванием, не знаю всех этих терминов.
Вот так она и оказалась в Тверской области.
Но какого черта и куда поперлась⁈ Почему дома не сиделось в такой снегопад⁈
Ярость бушевала в крови.
И не приехал бы я к ней, вот так я урод, но там все-таки мой ребенок, на которого пока, к сожалению, сердце не отзывается.
А еще какая-то странная другая сила меня потянула в это захолустье. И объяснить ее природу я себе не мог…
Захожу в медцентр. Неплохо так. Молодцы.
Тут уже работает федеральная подмога. Авария крупная, есть еще жертвы в пассажирском автобусе и второй тачке. Причинно-следственную связь еще будем разбирать — я не уверен, что все так просто. Может опять против меня. На всякий случай приставлю к ее палате охрану.
Этот доктор Иван Вячеславович вроде бы адекват. По крайней мере, фишку по-мужски рубит. И в ситуацию вошел сразу — и в вопросах того, кто мне девица с брюхом, и по поводу охраны.
Я прошу документы. Надо точно убедиться, что ребенку ничего не угрожает. Отправлю без обид своим врачам в Москву. Мало ли, может помощь дополнительная нужна…
А спустя полчаса на телефон падает смс от Артура, моего кента — доктора, которая переворачивает все сознание…
— Батыр, только ты не кипяшуй, но… судя по НИПТ, ребенок не твой. У вас у обоих отрицательный резус, у него положительный…
Я снова и снова читаю эти слова. В глазах рябит. Черт. А я ведь думал, что я облегчение почувствую, ан нет… Мне больно даже. И грустно как-то. Я уже внутренне свыкся, оказывается, что это мой ребенок, что он у меня будет, что это моя данность…
Проходит несколько минут прежде, чем я отмираю.
Внутри нарастает то ярость, то снова гаснет до апатии.
Пойти к ней и сказать, что она сука.
Так она и сама знает.
Это ж надо, сколько она собиралась меня водить за нос? А главное — для чего⁈ Я ведь все равно бы узнал!
Гадина… Шкура…
Слышу странную суету в коридоре, пока стою в комнате ожидания и пытаюсь совладать с эмоциями.
Перевожу глаза на телефон снова — он разрывается.
Мои пацаны. Что такое?
— Слушаю!
— Шеф! ЧП! В комнату к Джаннет под видом санитара проскочила крыса… Она…
Не дослушиваю.
Быстро несусь в направлении этого чертового кабинета.
Ведь правда не все просто! Не просто так она оказалась на дороге в той аварии! Кто-то бил ее и не добил!
Вокруг суета. Куча докторов, санитарок, людей, охрана. Они повязали девицы, мои люди уже ее допрашивают.
Я смотрю на бледное лицо Джаннет.
Кровь…
В районе живота у нее кровь…
Рана…
— Кто разрешил сюда заходить постороннему⁈ — слышится голос Ивана Вячеславовича, — он напряжен до предела, — стабилизируем ее! Зовите Лидию! — кричит он.
Суета усиливается.
Я отступаю нерешительно в сторону.
Гул в голове усиливается.
Я смотрю на девку, лежащую на полу, прижатую и обездвиженную.
Ее лицо мне отдаленно знакомо…
Только сейчас понимаю, где ее видел. Телка Бахи! Конечно же!
Это его ребенок⁈ Вот из-за чего весь сыр-бор⁈ Избавиься хочет или наоборот⁈
В этот момент на инстинктах поворачиваю голову в сторону коридора.
Навстречу несется высокая девушка, полностью закрытая медформой. На ее лице маска, на голове дурацкая шапка и свободный синий халат, словно бы больше на пару размеров.
Мое сердце почему-то ухает в пол. Смотрю на нее. Жадно, с желанием схватить за руку и сдернуть маску…
