Головная боль майора Стрельцова - Эллин Ти
С ней ни черта не работает. Ни тренировки и массаж, что от агрессии спасают, ни выдержка военная, ни умение себя контролировать, ни черта. Внешне — спокоен, как скала. Внутри психую, что не могу ее себе забрать.
Она и раньше-то особо в мои руки не шла (хотя я не то чтобы настаивал, конечно), но теперь я и рук не тяну.
Сложно все, короче. И бесит меня тоже все подряд.
— Не бывает одному хорошо, — учит он меня.
— А че ж ты один тогда? Степаныч, десять лет почти прошло, а ты все один, — нельзя так, наверное, но я опять психую просто. Пора на пробежку. У него жена умерла десять лет назад, он с тех пор один. Мы давно знакомы, много знаю.
— Не екает, — жмет он плечами. — А екнет — я бы сразу действовать начал.
— А если екает в ту сторону, куда нельзя екать? — спрашиваю у него.
— На мужика, что ли? — шепчет он ошарашенно.
— Степаныч, ты придурок? Если дама окольцована, делать то че? Брак рушить я не буду, это мимо моих принципов.
— Вечно все с тобой не слава богу, Стрельцов, — закатывает он глаза. — Сходи к Ирине, пусть она тебе витаминки какие пропишет, может, серое вещество заработает у тебя.
Ирина — наш новый мед работник. Три дня как трудится, я пока не заходил, не было надобности.
— Вот ты возьми и сходи, — хлопаю его по плечу, — вдруг у тебя там екнет? Я поехал, Степаныч, до понедельника, — жму ему руку и ухожу, наконец-то, потому что у меня снова растет желание кому-нибудь врезать.
Сука. Ну как так-то?! Три из четырех указаний выполняю, и все равно психую время от времени. Делать-то че? Надо бы потрахаться…
Было бы, бля, с кем.
Глава 17. Катя
Мне грустно. И одиноко. И грустно. Я уже говорила? Да. Потому что мне очень-очень грустно!
Вздыхаю и ковыряюсь ложкой в тарелке. Кашу сама себе сегодня сделала невкусную, сама на себя злюсь.
Что происходит?
А происходит что-то… ну, странное, как мне кажется!
Майор мой… ну, мой пациент, в смысле, стал какой-то другой. Холодный, необщительный. Ни шуточек его дурацких, ничего. Словно даже не смотрит!
И я это чисто профессионально переживаю, конечно же! Потому что раньше у него с агрессией были проблемы, но он весь другой был. Живой, энергичный. А всю эту неделю уже агрессии нет почти, он справляется, зато сам по себе словно потух! Меня беспокоит. Вдруг у него что-то другое в душе надломилось, а он молчит? Вдруг то, что люди, которые его предали, собрались пожениться на него повлияло гораздо больше, чем кажется?
Ох, черт…
Этот невыносимый майор занимает все мои мысли!
А еще его выходка, которая была в понедельник… Я крайне благодарна ему за то, что он отвадил от меня Алекса, если честно, потому что я так была обижена в тот момент, что готова была растерзать его в клочья, а это совершенно противоречит политике моей работы! И я правда очень благодарна, что Михаил меня оттуда увел.
Или, точнее сказать, унес…
Он в прямом смысле схватил меня на руки, сказал, что перенести через лужу, чтобы я не намочила туфельки. А я оцепенела! Во-первых от того, как легко он меня подхватил, словно я весила не больше пушинки. Во-вторых от того, как хорошо его мускулы ощущались под моими пальцами, и…
И в-третьих от того, насколько он на самом деле настоящий мужчина.
Вот просто мужик. Он буквально богатырь! Вот Добрыня Никитич, Илья Муромец, Алеша Попович и Миша Стрельцов. Он бы отлично вписался в их компанию, честное слово.
Вздыхаю. Откладываю ложку обратно в кашу, закрываю глаза. О чем я вообще думаю? И, самое главное, почему не могу перестать об этом думать, а?
Мне нужно собираться. Алекс объявился вчера снова, договорились с ним встретиться, он слезно обещал все объяснить. Не знаю, что он хочет снова мне сказать, но лапшу с ушей я давно сняла, не верю ни единому слову. Но встречусь. Чтобы проехаться хоть куда-то из своих четырех стен, а еще чтобы все-таки уговорить его на развод. Хочу по-человечески просто, потому что так быстрее, у меня нет лишнего времени скакать по судам из-за моего недо-муженька.
Через два часа я уже вся красивая выхожу из дома, чтобы ехать в город. По моим подсчетам я должна приехать ровно ко времени встречи, а если и опоздаю, то пусть ждет, в конце концов это из-за него у нас такие вот непонятки.
Иду по двору, вызываю такси, шагаю по дорожке не глядя под ноги, потому что прямо на ходу пытаюсь поставить в приложении правильную точку, куда должен приехать водитель. Шаг, второй, и…
— Простите! — говорю сразу, когда врезаюсь в какую-то девушку. Она не отлетает на метр и даже не роняет сумочку, но моя вина, что я не смотрела под ноги, поэтому извиниться мне ничего не стоит, это простая вежливость, а я человек воспитанный.
— Боже, она еще и слепая, — отвечает мне эта дамочка и я тут же поднимаю на нее глаза, пытаясь понять, это шутка такая, или она серьезно?
И как только смотрю на нее, понимаю, что это та самая. Имени не помню, но мне гораздо приятнее не думать о ее имени и о ней в целом.
Это та дамочка, что изменила Михаилу с Хпритоновым и теперь собирается за него замуж.
А я видела и одного мужчину и второго, поэтому мне ничего не стоит ухмыльнуться и негромко сказать ей:
— Судя по всему, слепая из нас двоих точно не я.
И ухожу!
В спину летит пару вопросов, что я имею в виду или что-то такое, но я ее игнорирую, выпрямляя спину и продолжая цокать каблуками по дорожке.
Насколько же неприятная! Я почти уверена, что врезалась она в меня специально, когда увидела, что я не особо слежу за тем, куда наступаю. Это был какой-то протест? Если да, то он не удался, мы давно не в первом классе, чтобы играть в такие дурацкие игры.
Что может двигать этой девушкой, когда она делает подобное и пишет Михаилу о том, что выходит замуж? Все очень банально. Ревность и понимание того, что совершила ошибку. И наверняка с Харитоновым у нее не так все хорошо, как могло бы быть, и
