Свяжи меня - Бьянка Коул
Мои мышцы напрягаются, когда мимо моего кабинета проходит еще один охранник — четвертый за десять минут. Удвоенная охрана Николая означает удвоенное внимание к ней. Вдвое больше мужчин, которые могли бы...
Ручка в моей руке ломается, чернила растекаются по ладони. Я стираю их резкими, сердитыми движениями.
Два дня этой “свободы”. Два дня, когда я мельком видел ее в коридорах, в спортзале, в библиотеке. Я никогда не знаю, когда заверну за угол и найду ее там. Структура смены охраны в ее комнате дала мне контроль, но теперь она бродит как призрак, преследуя меня.
— Сэр, мисс Лебедеву в последний раз видели направляющейся в библиотечное крыло. — Один из новых охранников останавливается у моей двери, отдавая отчет.
Я отмахиваюсь от него, не поднимая глаз. Библиотека. Конечно. Ее тянуло к книгам и знаниям, она всегда анализировала, всегда планировала. Мое тело помнит ощущение ее прикосновения у двери ванной, то, как она уступала и боролась одновременно.
— Черт. — Я стучу кулаком по столу. Записи службы безопасности расплываются, когда я представляю, как нахожу ее одну среди этих тихих полок. Одно прикосновение, и я сорвусь. Один взгляд этих дерзких глаз, и я бы взял ее прямо там, вопреки всем правилам.
Мне нужно вернуть дисциплину. Жесткий график. Эта свобода была ошибкой — она разрушает мой контроль. Но Николай настоял. Сказал, что, если держать ее взаперти, она будет еще отчаяннее пытаться сбежать.
Я заставляю себя подняться из-за стола и направляюсь в спортзал. Тренировки всегда помогают мне прояснить голову. Знакомый вес гантелей в моих руках успокаивает меня, когда я выполняю подход за подходом жима гантелей над головой.
Пот стекает по моей груди и спине, когда я приступаю к подтягиваниям. Постоянный жар в моих мышцах начинает заглушать мысли о ней. До тех пор, пока...
Дверь открывается.
Катарина застыла у входа, одетая в черный укороченный топ, подчеркивающий ее подтянутый живот, и эти чертовы штаны для йоги, обтягивающие каждый изгиб. Ее глаза расширяются, когда они путешествуют по моей обнаженной груди, задерживаясь на татуировках спецназа, покрывающих мою кожу.
— Я… я собиралась позаниматься. — Ее голос срывается, щеки краснеют. — Я могу зайти позже.
Мои руки сжимаются на турнике для подтягиваний. Каждый мускул в моем теле кричит о том, чтобы сократить расстояние между нами. Прижать ее к стене и...
Я опускаюсь, хватаю полотенце, чтобы вытереть пот с лица, позволяя себе на мгновение подавить волну желания, которая накатывает на меня при виде нее. Когда я снова поднимаю взгляд, она все еще там, обводит взглядом шрамы, пересекающие мои ребра.
Воздух кажется густым, заряженным электричеством. Никто из нас не двигается. Никто из нас не произносит ни слова. Мы пойманы моментом, оба знаем, что должны уйти, но оба не в состоянии сделать этот первый шаг.
Ее язык высовывается, чтобы облизать губы, и мой контроль ослабевает.
— Ты можешь остаться. — Мой голос звучит грубее, чем предполагалось. — Места хватит для нас обоих.
Я беру другое полотенце и вытираю шею, пока она застывает в дверном проеме. Укороченный топ задирается, когда она переносит вес, обнажая полоску гладкой кожи над поясом.
— Ты уверен? — Ее пальцы играют с подолом блузки.
Я указываю на оборудование. — Бесплатный тренажерный зал.
Она колеблется еще мгновение, прежде чем подойти к шаговому тренажеру. При каждом шаге ее бедра покачиваются, и я заставляю себя отвести взгляд, сосредоточившись на установке скамьи для жима.
Жужжание тренажера заполняет тишину, когда она начинает свою тренировку. Я сажусь на скамейку, но такой угол позволяет мне видеть ее задницу в этих облегающих леггинсах. При каждом шаге материал натягивается и обтягивает ее изгибы.
Я крепче сжимаю штангу, пытаясь сосредоточиться на своих подходах. Но каждое движение возвращает мой взгляд к ней. Ткань на ее спине между лопатками начинает темнеть от пота. По позвоночнику стекает капелька.
— Черт, — бормочу я себе под нос, мой член твердеет. Тонкий материал не скрывает моей реакции. Я ерзаю, пытаясь приспособиться незаметно, но от этого становится только хуже.
У нее вырывается тихое ворчание, когда она увеличивает скорость машины. Звук впечатляющий, напоминающий мне другие звуки, которые она издает. Мой член болезненно пульсирует.
Я заставляю себя пройти еще один сет, но каждый раз, когда я поднимаю взгляд, все, что я вижу, это ее изгибающуюся при каждом шаге задницу. У меня вырывается еще один стон, прежде чем я успеваю его остановить.
Она поворачивает голову, ловя мой пристальный взгляд. Наши взгляды встречаются. Ее взгляд опускается на мои шорты, и я вижу, как ее зрачки расширяются и темнеют от узнавания. Мой член пульсирует под ее вниманием.
Но, как будто ничего не замечая, она поворачивается обратно к степперу, выгибая спину чуть больше, чем необходимо. Движение выпячивает ее задницу, подчеркивая каждый изгиб. Капелька пота скатывается по ее шее, исчезая под топом.
Перекладина скрипит под моим захватом. Кровь стучит у меня в ушах, пока она продолжает свою тренировку, каждое движение обдуманное, призванное свести меня с ума. Ткань ее брюк тонко натягивается на бедрах с каждым шагом.
Моя челюсть сжимается так сильно, что начинает болеть. Желание схватить ее, перегнуть через ближайшую поверхность и взять прямо здесь угрожает разрушить то, что осталось от моего контроля. Я заставляю себя пройти еще один сет, металл холодит мои ладони, но я не могу перестать смотреть на ее отражение в зеркале.
Она точно знает, что делает. Еще одно тихое ворчание срывается с ее губ, когда она снова усиливает сопротивление. Звук отражает те, которые я вытягивал из нее раньше, и мои мышцы напрягаются от необходимости услышать больше.
Перекладина врезается в стойку с достаточной силой, чтобы заставить ее подпрыгнуть. Но она не останавливается. Если уж на то пошло, ее движения становятся более плавными и более провокационными. Проверяет мои возможности. Пытается понять, как далеко я позволю ей зайти, прежде чем сорвусь.
Я хватаюсь за край скамейки, костяшки пальцев побелели. Каждая клеточка моего тела кричит сократить расстояние между нами. Напомнить ей, кто здесь главный. Мой член болезненно натягивается на ткань, когда она слезает со степпера, но наклоняется, чтобы поправить шнурок на ботинке, открывая мне прекрасный вид на ее задницу.
Я издаю рычание и сокращаю расстояние тремя длинными шагами. Моя рука обвивается вокруг ее талии, притягивая ее спиной к моей груди.
