Бывшая майора Столярова - Виктория Рогозина
Бар был выполнен из черного мрамора с подсветкой, а за ним работал усатый бармен в рубашке и подтяжках, ловко жонглируя бутылками. Амина подошла и заказала:
— «Кровавую Мэри», пожалуйста.
Бармен кивнул, и через пару минут перед ней стоял высокий стакан с ледяным, ярко-красным коктейлем, украшенный сельдереем. Она взяла его, не сразу сделала глоток — просто стояла, наблюдая. За девушками, в чьих глазах танцевал азарт. За парнями, уверенными, свободными, не скованными чужими ожиданиями. За молодостью, жизнью, лёгкостью.
И вдруг её поразило — впервые за долгое время она была одна. Без Виталия. Без подруг. Без «надо» и «должна». Просто собой. И это было одновременно страшно и удивительно освобождающее.
Телефон на барной стойке вибрировал уже в третий раз, разрывая вечерную атмосферу настойчивым гудением. Амина медленно потянулась к нему, мельком взглянула на экран — «Муж». Она резко втянула воздух сквозь зубы и отвернулась. Её пальцы сжали край бокала, костяшки побелели. Музыка в клубе гремела, свет переливался всполохами на танцполе, а она сидела, словно в стеклянной клетке, запертая с тревожными мыслями.
Телефон снова завибрировал. Глухо, назойливо. Будто Виталий стоял где-то рядом и дергал её за плечо.
— Чёрт бы тебя побрал, Виталий, — прошептала она себе под нос, резко нажимая «принять вызов». — Теперь моя очередь отдыхать, ясно? Езжай обратно к той прошмандовке, от которой только что приполз. Пусть она тебя развлекает! А меня сегодня не жди!
Пауза.
В трубке — ни крика, ни ругани. Вместо этого — мягкий, чуть насмешливый смех. Мужской. Незнакомый для этой ситуации и… совсем не Виталия.
— Вижу, я позвонил в удачный момент, — прозвучал знакомый бархатистый голос Евгения Столярова.
Амина замерла. Глаза распахнулись, она медленно отнесла телефон от уха и уставилась на экран. Евгений. А не Виталий. Не «муж». Сердце стучало громко, как бас из колонок.
— Господи… — выдохнула она, виновато потирая лоб. — Прости… Я думала, это… Ну, это…
— Муж? — в голосе Жени снова улыбка. — А я-то думал, ты меня ждала и хотела сказать, куда мне приехать.
— Не жду, — фыркнула она, упрямо уставившись в свой коктейль. — И не скажу, где я. И что делаю. Вообще ничего не скажу.
— Амина, милая… ты же знаешь, я не из тех, кто долго ищет. — Его голос стал чуть ниже, мягче, будто обволакивал. — Тем более, когда ты так громко молчишь. До встречи.
Щелчок — и звонок прервался.
Амина уставилась на погасший экран, потом медленно положила телефон обратно на стойку, будто от него исходил жар. Несколько секунд просто сидела, пытаясь отдышаться. И от раздражения. И от смущения. И от странного, щекочущего изнутри предвкушения.
— Бармен, — хрипло позвала она, не оборачиваясь. — Повтори. «Кровавую Мэри». И сделай покрепче.
— Сегодня ночь откровений? — с пониманием улыбнулся парень за стойкой, уже вытаскивая бутылку томатного сока и водку.
— Сегодня я наконец-то могу позволить себе напиться. Пока он не пришёл, — бросила Амина, облизав пересохшие губы. — Пока я ещё могу быть просто собой.
Она сделала первый глоток и почувствовала, как жидкое тепло медленно растекается по венам, разгоняя холод, обиду и одиночество. Танцы, музыка, чужие лица — всё слилось в один пульсирующий ритм, в котором она была наконец-то не женой, не матерью, не «удобной» — а просто женщиной, которой очень-очень нужно забыться. Хоть на пару часов.
Глава 13
Под слепящим светом неоновых ламп, в звуках густого ритма и чужих голосов, растворённых в громкой музыке, Амина наконец почувствовала, как напряжение отпускает. Она танцевала — не изящно, не так, как раньше, когда следила за каждым жестом, а яростно и пьяно, будто сбрасывала с себя весь хлам, накопившийся внутри. Сняла туфли, закрутилась босиком, позволила себе быть живой.
«Кровавая Мэри» сменилась на «Маргариту», потом — на бокал чего-то шипучего, сладкого и ненадёжного. Щёки вспыхнули, пальцы налились теплом, а в голове было удивительно пусто — впервые за долгое время. Никаких мыслей о Виталии, Веронике Павловне, их странной семье и ожиданиях.
В какой-то момент к ней подкатил мужчина — высокий, ухоженный, с самодовольной улыбкой и липким взглядом.
— Ты одна? — проговорил, склоняясь ближе. — Это неправильно. Таким девушкам нужен... проводник.
Амина отшатнулась, но мужчина не понял намёка. Протянул руку, будто хотел коснуться её талии.
— Я сказала «нет», — резко бросила Амина.
Он усмехнулся, наклонился ближе, как будто игра ещё не окончена.
— Не строй из себя недотрогу, малышка...
Но вдруг за спиной мужчины возник кто-то. Мужчина мгновенно замер, как будто почувствовал, что за ним — кто-то крупнее, увереннее и опаснее.
— Она сказала «нет». Проблемы с восприятием? — раздался спокойный, но хлесткий голос Евгения Столярова.
Мужчина мгновенно отступил, словно почувствовал, что спорить не стоит. Кивнул, пробормотал что-то неразборчивое и скрылся в толпе.
Амина обернулась. Перед ней стоял Женя — в рубашке с расстёгнутым воротом, с тем же насмешливым взглядом, будто он и правда просто проходил мимо и случайно оказался в нужное время в нужном месте.
— Ты напилась, — заметил он, оглядывая её слегка расфокусированный взгляд и покрасневшие щёки.
— Это случайность, — фыркнула Амина, чуть покачнувшись. — И я устала. Танцевать надоело. А домой... — она усмехнулась. — Домой не хочу. Вообще не хочу.
Евгений чуть прищурился, собираясь что-то сказать.
— У меня есть одно место, — начал он.
Но Амина не дала ему договорить. Резко шагнула вперёд, крепко схватила его за запястье.
— Неважно куда. Я с тобой. На всё согласна.
Он вскинул брови, сдерживая усмешку, но ничего не сказал. Просто позволил ей тянуть себя сквозь толпу, сквозь звуки, сквозь дым и свет.
И в этот момент Амина чувствовала только одно — рядом с Женей ей не нужно было быть правильной, удобной или объясняться. Рядом с ним ей просто разрешалось быть собой.
Амина села в джип с довольной улыбкой, но едва Женя завёл двигатель, как откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и застонала с облегчением, будто сбросила с себя весь груз последних дней. Машина тронулась, а за окнами поплыли огни вечернего города. Спустя пару минут девушке стало скучно — дорога тянулась, улицы были похожи одна на другую, и внутри скребло странное беспокойство, как будто душа не успела за телом.
— Так, — пробормотала она и потянулась к мультимедийной панели. — Надо это исправлять.
С экрана заиграла ритмичная мелодия. Амина сразу же узнала трек и вскрикнула от радости, будто встретила старого
