Отец жениха. Запретный контракт - Ира Далински
И такой человек навряд ли захочет себе в супруги больную жену. Хотя, так, к слову, у нас просто договор и мы… мои проблемы с циклом его не должны волновать. Я же не обещала ему ребенка рожать, в конце концов. Значит и проблемы нет.
Я снимаю с себя шубу, аккуратно кладу на край большой кровати. Нужно это всё вернуть мужчине: и платье, и туфли. Снимаю с себя всё и остаюсь в белоснежном белье, которое умудрилась купить тогда в салоне. Не знаю зачем мне это. Просто подумала, если всё обновлять для образа невесты, то и бельё… должно быть соответствующее.
Не обеднеет же он от одного комплекта из лифа и трусов? Тут даже подвязок с поясом нет.
Смотрю на себя в напольном зеркале в полный рост. Кого я обманываю?
Я просто маленькая дурочка, которая вдруг поверила в сказку, где прекрасный (и немного тёмный) принц спасает простушку от беды.
Алё, Лея! Ты не в сказке! Это реальность. Быстро умываться и бегом на съёмное жильё, что бы там Барсов не говорил, я не могу остаться тут с ночевкой.
Такс. А вещи мои где? Пустая голова! Оставила в салоне. Увидела роскошные платья и про свои тряпки тут же забыла. Уф-ф, Лея! Что за день вообще? Поскорее бы наступило завтра.
Я воровато оглядываюсь и осмеливаюсь открыть гардероб мужчины. Здесь идеальный порядок: всё чистое, выглаженное, разложенное по категориям. Ладно. Может я смогу попросить у домработницы что-нибудь? Ну, платье там какое-нибудь или стоит вернуться в салон за своими шмотками?
Мне в любом случае нужно чем-то прикрыться, чтобы выйти отсюда. Беру из гардероба своего (вполне законного) мужа чёрную рубашку, чтоб не пачкать светлую. Зная себя, лучше перестраховаться. Может найдутся шорты какие-нибудь или… чем бы мне прикрыть низ?
Открываю дверца, заглядываю в ящики с множеством различных галстуков, ремней и… даже мужское бельё нашлось. Тянусь уже к боксерам, ну а что, будут мне как шортики. Замечаю странное движение в углу шкафа. Здесь светлые полы везде в доме, поэтому любое тёмное пятно заметно. Представляю, сколько работы для домработницы.
Но пятно двигается. Я так и не дотянулась до боксеров Барсова, как застыла с немым криком в горле.
Там… в углу… огромный, просто огромный паук. И он двигается на меня.
Глава 12
Мне хочется закричать, позвать кого-то на помощь, но из горла вырывается хриплый вздох.
— Т-Теймур-р… Помоги… — шепчу онемевшими от ужаса губами.
А затем, через секунду, когда затаившийся у плинтуса паук, делает резкий скачок вперёд и вовсе ору во всё горло.
С лестницы слышен быстрый топот шагов. Барсов влетает в комнату, сканирует каждый угол глазами, ища опасность.
— Лея⁈ Ты в порядке? Что случилось… что? Почему кричала?
— Т-там… — тыкаю пальцем в угол за шкафом. — Там это… п-паук…
Он идет в указанное место, и я снова кричу.
— Стойте! Не идите! Там же паук. Он вас укусит. Гляньте какой огромный! С вашу ладонь! Давайте лучше уйдем, а лучше… позвоним в МЧС. Это же у вас такая служба да, экстренной помощи? П-прошу вас, давайте.
— Лея, — доносится ласково.
Смотрю на него и не понимаю, почему на его лице эта дурацкая… улыбка.
— Лея, солнышко. Это мой питомец. Ничего страшного.
Солнышко? Я-то?
— П-питомец? Вы в своём уме? Точнее, ты!
Но я своими глазами вижу, как Теймураз подхватывает этого огромного паука, которого я только по телевизору видела. Ну, этот… птицеед, вот. И кладёт жуткую тварь себе на ладонь. А там такие мохнатые ножки, такие…
Ноги подкашиваются, и я хватаюсь за косяк.
— Прошу вас, уберите… у меня страшная арахнофобия. Я боюсь пауков и вообще всех ползающих, летающих… Мне страшно.
Он ловит мой жалкий плаксивый взгляд и быстро убирает паука в огромный стеклянный домик, который я почему-то сразу не заметила.
Мужчина уходит с ним же в руках, а я всё никак не могу успокоиться. Кто в здравом уме будет держать паука в доме? Это не кот и не собака! Липкое ощущение не покидает даже когда опасности нет в комнате. Мне до сих пор мерещатся эти толстые мохнатые чёрные конечности. Бр-р-р!
— Я велел убрать паука из дома. Полностью. Больше не нужно бояться.
Он заходит обратно в спальню, но замирает буквально на пороге. Его взгляд смотрит куда-то… не на меня. Точнее, на меня, но не в глаза, а куда-то вниз. Странный, ошеломлённый взгляд. И понимать его смысл сейчас я не очень хочу.
— Извини. Мне не стоило заходить сюда… просто, когда ты сказал…
— Всё нормально, Лея. Это я виноват. Забыл, что ты у меня такая девочка-девочка.
Я давлюсь воздухом. У кого-у кого я девочка?
У меня получается сделать большой успокаивающий вдох. Смотрю на вещи, разложенные на кровати, и медленно прохожу в комнату.
— Из-за меня ты сорвался с ужина. Прости еще раз и… м-можно я поеду к себе домой? Здесь мне одеться не во что, а свадебное платье, — бросаю на одежду тоскливый взгляд, — каким бы роскошным оно не было, не самый удобный образ за столом.
— Я распоряжусь, чтобы тебе немедленно привезли что-нибудь, — Барсов тяжело сглатывает и всё смотрит ниже уровня моих глаз. — На сегодня, а там… сама купишь на свой вкус, — хрипло доканчивает он.
Да что такое-то? Ах, это его так рубашка своя на мне смутила?
Минуточку, Лея.
Только не говори, что…
Рубашка. Она же такая короткая, бёдра прикрывает и всё же… О боже! Так вот куда он смотрит всё это время. Недоволен, что я без спросу взяла чужую вещь?
— Не стоит тратиться. Я лучше поеду домой. Спасибо за… загс и прочее. Я никогда не забуду эту помощь. А сейчас мне нужно, — киваю на дверь и делаю шаг в сторону.
К моему лютому шоку, Барсов совершает один большой шаг и хватает меня за плечи. Смотрит одичало в глаза и… оттаскивает меня от входа до ближайшей стены. Холод пробирается сквозь тонкую ткань рубашки, но меня сейчас не это должно волновать.
Меня должны волновать чёрные глаза напротив, в которых… мамочки, столько знакомых опасных искр…
— Лея, солнышко, — шепчет он
