Сладкая как грех (ЛП) - Гайсингер Дж. Т.

Черт, этот мужчина умел целоваться. Через мгновение он отстранился.

— Скажи мне, что ты хочешь меня, — пробормотал он, тяжело дыша. — Признайся. Я хочу услышать, как ты это говоришь.

Ладно, Нико, ты победил. Ты выиграл битву, но не войну.

— Я хочу тебя и промокла насквозь. Да, ладно, да!

Я высвободилась из его объятий, поправила футболку и провела дрожащей рукой по волосам. Я посмотрела на него. Он тяжело дышал и смотрел на меня горящими глазами. Мне придало смелости то, что я, похоже, произвела на него такое же впечатление, как и он на меня.

— Но это всего лишь первое свидание… — сказала я.

— Второе.

Что ж, я могу пойти на компромисс.

— Первое с половиной. Поэтому я вынуждена попросить вас держать руки при себе до конца нашего сегодняшнего свидания, мистер Никс. Мы же договорились, помните?

Моя улыбка была милой. А может, это была улыбка злобной стервы. Или женщины, у которой совсем нет мозгов, потому что она отказала самому сексуальному мужчине на свете?

Вот, кто я. Как я уже говорила, я никогда не отличалась умением принимать правильные решения в стрессовых ситуациях.

— Ладно. Это первое с половиной свидание. — Нико произнес слова так, словно это был пожизненный приговор. Затем он улыбнулся такой порочной и чувственной улыбкой, что я чуть не растаяла у его ног. — Но еще через полтора свидания ты будешь моей, Кэт. Полностью моей. Навсегда.

Я сглотнула и пожала плечами, как будто роскошные мужчины говорили мне такое каждый день.

— Ладно, мисс Целомудрие, проведите для меня экскурсию по своему дому. Начните со спальни.

Я приподняла брови. Мы что, только что установили основные правила?

Нико заметил мой взгляд.

— Это самое личное место в доме женщины. Я могу узнать больше, заглянув в спальню, чем проведя неделю в остальной части дома. Поэтому мне хочется увидеть ее первой.

Я подавила в себе отвратительное желание спросить его, в скольких женских спальнях он побывал. Потому что: а) я не хотела знать ответ; и б) я не хотела знать ответ.

Что это было за старое клише? Отрицание – это не просто река в Египте?14

— Хорошо. Следуй за мной.

Я провела его по дому, остро ощущая каждую пылинку, каждый отпечаток на зеркале, каждое грязное пятно на полу. Я пыталась успокоиться, рассуждая логически. Мужчины не так трепетно относятся к чистоте, как женщины. А рок-звезды, вероятно, вообще не заботятся об этом. Я заставила себя представить, как он живет в захламленной холостяцкой квартире, куда забегают собаки, на кухонном столе стоят пустые коробки из-под замороженных обедов, а за диваном валяются смятые пивные банки.

Мне не удалось это представить. Такой красивый мужчина, как Нико, скорее всего, жил в облачном за́мке.

Площадь моего дома составляет всего 140 квадратных метров, так что мы добрались до спальни примерно за четыре целых две десятых секунды. Он снова изобразил Дракулу на пороге и попросил меня впустить его.

Я вдруг смутилась. Что он подумает?

— Эм. Проходи.

И вот он уже в моей спальне.

Ух ты!

Нико бродил по комнате, как большой кот, которому неуютно на новом месте, и все обнюхивал. Я должна была признать, он был прав, говоря, что спальня – это самое личное пространство женщины. Мне пришлось потратить больше денег и времени на оформление этой комнаты, чем любой другой. В остальной части дома царила непринужденная калифорнийская богемно-пляжная атмосфера с деревянными полами, мебелью цвета слоновой кости и прозрачными шторами, но спальня была очень уютной. Комната была оформлена в холодных тонах: зеленом и угольно-сером. Вдоль одной из стен тянулось окно от пола до потолка, из которого открывался вид на крошечный сад камней и суккулентов. Это был мой маленький оазис.

Нико, похоже, сад тоже понравился, потому что он прокомментировал его словами «мило» и «спокойно».

Он осмотрел четыре гравюры, висевшие на стене напротив окна, на которых были изображены черные бамбуковые листья на белом фоне. Нико увидел раздвижную ширму, отделявшую спальную зону от главной ванной комнаты, и зашел посмотреть. Я стояла у двери, прислонившись к комоду, и ждала, когда он закончит.

— Твоя ванна кажется великоватой для одного человека. — Он просунул голову за край ширмы. Затем улыбнулся, и его глаза заблестели. — Я уже говорил, как сильно я люблю принимать ванну?

— Неужели?

Его улыбка стала шире.

— И свечи. Я вижу, у тебя здесь много свечей, — подмигнул Нико.

Это флирт?

— Не уверена, что образ тебя, нежащегося в пенной ванне в окружении свечей, сочетается с твоим образом крутого рокера, но кто я такая, чтобы судить?

Он притворился возмущенным.

— Что, крутым рокерам не нужно купаться?

Я поджала губы.

— Полагаю, ты прав. Но, пожалуйста, не говори мне, что ты еще делаешь массаж лица и педикюр, иначе нам придется пересмотреть статус наших отношений.

Нико снова ухмыльнулся.

— Опять это слово, Кэт. «Отношения». Ты действительно без ума от меня, да?

Мое лицо покраснело. Потому что, конечно же, оно должно было покраснеть.

— Я так и думал. — Он снова скрылся за ширмой, оставив меня обмахиваться рукой, как веером.

Спустя, казалось, целую вечность Нико вышел из ванной, держа что-то в руке. Он поднял это на кончиках пальцев. Это оказалась короткая черная шелковая сорочка с разрезом от бедра до талии: мое нижнее белье, так как гардеробная примыкала к ванной. — Это интересно, — протянул он.

Я закрыла лицо руками и застонала.

— А в этой комнате есть еще более интересные вещи? Не хотите ничего объяснить, мисс Целомудрие?

Нет, не хочу. Эта история связана с бывшим парнем, у которого был фетиш на нижнее белье. Я больше никогда его не надевала, но потратила на него столько денег, что не могла просто взять и выбросить его.

Нико усмехнулся.

— Я вижу, ты берешь Пятую поправку15. Ладно, милая, я понимаю. Но теперь у меня есть кое-что на тебя. — Он прошелся по комнате, перебирая в руках сорочку. Затем остановился передо мной, положил руки на комод по обе стороны от моих бедер и наклонился, чтобы прошептать мне на ухо: — Леди на улице, извращенка в спальне, да?

Боже, я надеялась, что Нико не заглянет в ящик рядом с моей кроватью. Вибратор был не единственной игрушкой там. Я уже довольно давно была одна.

— Я понятия не имею, о чем вы говорите, офицер. Это не мое. Меня подставили.

— Я постоянно слышу эту печальную историю, мэм. К сожалению, мне придется отвезти вас в участок для допроса. — Он взял меня за запястья, завел руки мне за спину и завязал шелковую сорочку узлом.

Я поняла, что моя игривая тактика уклонения была неверно истолкована как приглашение к игре.

— Эм, Нико…

— Ш-ш-ш. — Он приложил палец к моим губам. Посмотрел мне в глаза, и вся его игривость исчезла. — Доверие, помнишь? — Он взял маленькую черную коробочку, которую я поставила на комод, открыл ее и достал ожерелье. Откинув мои волосы, Нико надел его мне на шею, а затем положил руки мне на плечи и посмотрел в глаза.

— Ты сказала, что у нас будет еще полтора свидания. Я с уважением отношусь к этому. Так что теперь мы будем лучше узнавать друг друга, и после этих полутора свиданий ты будешь чувствовать себя со мной более комфортно, потому что увидишь, что я держу слово. И чем больше я буду держать слово, тем комфортнее ты будешь себя чувствовать. А это именно то, чего я хочу. Чтобы тебе было комфортно. Чтобы, когда ты наконец станешь моей, ты не сдерживалась, не стеснялась и не сомневалась. Я хочу, чтобы ты была на сто процентов на моей стороне. Договорились?

Я сглотнула. Мой голос прозвучал тихо.

— Да.

Он обхватил мое лицо руками и поцеловал меня. Я не могла припомнить, чтобы когда-нибудь была так возбуждена. Это был отчасти страх, отчасти трепет – физическая реакция на его потрясающий запах и вкус, на то, как между нами искрило электричество.