Петля артефакта - Мария Ясная
Мысль была неприятной. Использовать его доверие, его интерес — это было похоже на предательство. Но другого пути она не видела.
---
После осмотра сокровищницы группа исследователей разошлась. Мартин и коллеги отправились в лабораторию разбирать записи, а Кассиан предложил Арии проводить её до выхода из дворца.
Они шли по длинному коридору, украшенному гобеленами с изображениями древних королей. Ария чувствовала, что принц хочет что-то сказать, но молчит.
— Вы сегодня были очень сосредоточены на браслете, — наконец произнёс он. — Он вас заинтересовал больше, чем всё остальное.
— Он уникален, — ответила Ария. — Руны, которые на нём вырезаны, не похожи ни на один известный алфавит. Если расшифровать их, мы можем понять принципы магии Первых Магов.
— И вы думаете, это поможет вашему проекту?
— Возможно. А возможно, поможет понять, как не повторить их ошибок.
Кассиан остановился.
— Вы постоянно говорите об ошибках. О катастрофах, которых нужно избежать. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Что вы знаете такого, чего не знаем мы, Ария?
Она замерла. В его голосе не было угрозы, но была настойчивость. И она понимала, что если сейчас скажет слишком много, то всё рухнет.
— Я много читала о Первых Магах, — осторожно сказала она. — Их цивилизация исчезла, и никто не знает почему. Но если они создавали артефакты, способные соединять миры, возможно, именно это их и погубило. Я не хочу, чтобы мы повторили их судьбу.
Он смотрел на неё долго, потом кивнул.
— Разумная осторожность. — Он улыбнулся, и в улыбке было что-то тёплое, что заставило сердце Арии сжаться. — Знаете, вы первая девушка, которая говорит со мной о науке, а не о погоде или балах.
— Наверное, это странно, — сказала она, чувствуя, как щёки начинают гореть.
— Это восхитительно, — ответил он просто.
Они вышли во внутренний двор. Здесь было людно: придворные, слуги, несколько студентов академии. Ария заметила знакомые фигуры — свиту принца, стоявшую у фонтана.
Вивьен Альтэя разговаривала с Элиан Валенкур. Они обе были прекрасны, как всегда, но между ними чувствовалось напряжение, которого Ария не могла объяснить.
— Ваше высочество, — Вивьен, заметив Кассиана, сделала шаг вперёд. Её голос был вежливым, но без той собственнической интонации, которую Ария ожидала. — Я искала вас. Отец просил передать, что совет ждёт вашего решения по поводу весеннего бала.
— Благодарю, Вивьен. Я подумаю, — ответил Кассиан, и в его голосе не было той холодности, с которой он разговаривал с ней в другом мире. Он был просто… вежлив.
Ария заметила, что Вивьен даже не взглянула на неё. Её взгляд был устремлён на принца, но в нём не было ревности. Было что-то другое. Усталость? Безразличие? Она не могла понять.
— Мадемуазель Сольвейг, — Элиан Валенкур, напротив, смотрела на неё с пристальным интересом. — Я слышала, вы сегодня были в сокровищнице. Должно быть, это было захватывающе.
— Да, — ответила Ария, чувствуя, что в словах Элиан скрыт какой-то подтекст. — Много интересных артефактов.
— Говорят, вы особенно заинтересовались семейной реликвией Валторских, — Элиан улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз. — Мой брат говорит, что вы одержимы старыми артефактами.
— Наука требует одержимости, — парировала Ария.
Элиан рассмеялась, но смех был натянутым.
— О, я уверена. Только будьте осторожны, чтобы одержимость не переросла в нечто большее. — Она бросила быстрый взгляд на Кассиана, и Ария наконец поняла.
Элиан была заинтересована в принце. Не Вивьен, которая, судя по всему, была его невестой, но вела себя так, словно это была формальность. А Элиан, которая не имела официального статуса, смотрела на него с голодом, который Ария хорошо знала по первому миру.
«Странно, — подумала она. — В той реальности Вивьен была главной претенденткой и ревновала принца ко всем. Здесь она выглядит так, будто её это не волнует. А Элиан… Элиан хочет того, чего не может получить».
— Не волнуйтесь, мадемуазель Валенкур, — сказала Ария спокойно. — Моя одержимость ограничивается артефактами.
— О, я и не волнуюсь, — ответила Элиан, и в её голосе послышалась лёгкая насмешка. — Просто даю совет. Некоторые вещи во дворце опаснее, чем любые артефакты.
Кассиан, который всё это время слушал молча, нахмурился.
— Элиан, — сказал он, и в его голосе появились стальные нотки, — мадемуазель Сольвейг — гостья дворца. Я буду признателен, если вы воздержитесь от… советов.
Элиан опустила глаза, но Ария заметила, как её губы сжались.
— Конечно, ваше высочество.
Вивьен за это время не проронила ни слова. Она смотрела на сцену с отстранённым видом, словно всё происходящее её не касалось. Когда Кассиан повернулся к ней, чтобы что-то сказать, она кивнула и отошла, увлекая за собой Элиан.
Ария осталась наедине с принцем. Вокруг суетились придворные, но между ними возникла странная тишина.
— Простите их, — сказал Кассиан. — Элиан иногда бывает… излишне прямолинейна. А Вивьен… — он запнулся. — Вивьен просто выполняет свой долг.
— Вы говорите так, словно она вам не невеста, — заметила Ария, не удержавшись.
Кассиан усмехнулся, но усмешка была горькой.
— Она невеста моему титулу, мадемуазель. Как и я — жених её положению. Это политический союз, который был заключён, когда нам было по десять лет. Ничего личного.
— И вы не пытались его расторгнуть?
— Пытался. Но отец считает, что это укрепит отношения с министерством. А я… — он посмотрел на Арию, и в его глазах появилось что-то, отчего ей захотелось отвести взгляд. — Я ещё не встретил никого, ради кого стоило бы идти против воли отца.
Ария промолчала. Она понимала, что этот разговор опасен. Что Кассиан смотрит на неё так, как никогда не смотрел в её мире. И что это внимание может стать ключом к разгадке тайны браслета.
Но оно же могло стать ловушкой.
— Ваше высочество, — сказала она, делая шаг назад. — Мне пора. В лаборатории ждут.
— Конечно. — Он кивнул, и в его голосе послышалось лёгкое разочарование. — Я провожу вас до ворот.
— Не нужно, я сама.
Она развернулась и быстро пошла к выходу, чувствуя его
