Строптивая в Академии. Практика истинной любви - Ольга Грибова

Чтобы поместиться в шкаф, пришлось раздвинуть вешалки в стороны. Так посередине появилось свободное пространство для меня. Но теперь, когда я вышла, стало видно, что к задней стенке шкафа кое-что прибито.

Это же моя вещь!

Приколотым к задней стенке в шкафу висел мой бюст. Тот самый, что зацепился за люстру в коридоре. Я-то была уверена, что его сняла уборщица, а это «сестренка» прихватила. Никогда бы не подумала, что она спрячет его вот так — прибив к стене. Еще и порвала. Между прочим, хорошую вещь! Вот она — моя дыра, через которую вытекала энергия.

Покраснев от неловкости, я поспешно захлопнула дверцу шкафа. Но Вэйд сообразил, что я сделала это не просто так.

— Что там? — нахмурился он.

— Моя вещь, и я предпочла бы забрать ее сама, — сообщила я.

— Белье, что ли? — вмиг догадался Вэйд. — По-твоему, я не видел женского белья? Или тебя беспокоит, что я не видел конкретно твоего? Так я тебя разочарую, вчера я видел все. Ты сама показала.

Я бы убила его на месте, но без него мне самой конец. Только это и спасло Даморри жизнь. Видел он! Мог бы зажмуриться. Я если что-то и показывала, то не по своей воле. Ладно, отчасти по своей. Ой, все!

Злясь на Вэйда, Грэйс и даже на себя, я распахнула дверцу шкафа во всю ширину, схватила бюст за лямки и дернула. Не тут-то было! Вещь не поддалась. То, чем бюст был приколот, глубоко вошло в стену.

— Пусти, — Вэйд отодвинул меня плечом и заглянул в шкаф. — Интересно…

— Что это за дрянь? — спросила я.

На нож не похоже. Скорее, это какой-то шип. Слова Вэйда подтвердили мою догадку:

— Это ледяной шип. Крис ранил меня таким в драке, помнишь?

— Намекаешь, что Крис замешан? — усомнилась я.

Я не верила в участие парня с Боевой кафедры. Зачем ему это? Грэйс могла и сама создать ледяной шип. Холод ей нравится, она обожает охлажденные напитки. Я как-то пошутила, что поэтому у нее заморожено сердце. Она не смеялась.

Вэйд был вынужден признать:

— Не один Крис умеет создавать шипы. Это хоть и боевая, но общедоступная магия. Зато теперь понятно, почему ты постоянно мерзла, — произнес он. — Через вещь ты чувствовала воздействие шипа так, словно его воткнули прямо в тебя.

Чертова Грэйс! Из-за нее я, как старушка, куталась в зимние вещи, хотя на улице было тепло. От гнева кулаки сжались сами собой, в том числе сдавив бюст, за который я по-прежнему держалась.

— Ой! — я пискнула от прострела в пояснице.

— Осторожнее, — предупредил Вэйд. — На вещь наложено заклятие. Все, что происходит с ней, отражается на тебе.

— Как же ее уничтожить? — вскинула я брови.

Я-то планировала ее сжечь, но теперь резко передумала. Не хотелось бы ощущать на себе, как она горит.

— Сначала сними заклятие, — пояснил Вэйд. — А потом уже уничтожай.

С этими словами он выдернул шип из стены, освобождая бюст, и подтолкнул меня к двери в коридор. С минуты на минуту вернется Грэйс, мне пора уходить.

Досадно, что Вэйд не пошел со мной. Мне понравилось работать с ним на пару. Но он предпочел дожидаться Грэйс. Что ж, это его выбор. Наверняка на балу они будут лучшей парой. Может, их даже выберут принцем и принцессой. Да и плевать!

С бюстом в руках я поспешила в академический сад. Забралась в самый его дальний угол и только там совершила ритуальное сожжение, не забыв перед этим снять с помощью Морока заклятие.

Глядя, как пламя пожирает ткань и танцует, я строила планы мести Грэйс. Банальным опозданием она не отделается. Тем более, в прошлый раз ей не составило труда вернуть значок золотых крыльев.

Чего больше всего боится моя названная сестра? Что пугает ее до тремора и обмороков? Я знала ответ на этот вопрос. Больше всего на свете Грэйс боится располнеть. А тут еще бал на носу… платье наверняка куплено красивое и по фигуре… Вот будет весело, если она в него не влезет! Придется ей отказать Вэйду и пропустить бал.

Я захихикала, и Морок поинтересовался:

— Ты чего?

— Придумала, как отомстить Грэйс, — я кратко пересказала свою идею.

— А ты страшный человек, Диондра Арклей, — пробормотал дракон и добавил с придыханием: — Я восхищен.

Я передернула плечами. Не уверена, что подобной похвалой можно гордиться. Но, черт возьми, не я начала эту войну! Если сейчас прощу Грэйс, она никогда не остановится. Пора показать «сестре», что со мной лучше не связываться.

* * *

Для реализации плана пришлось обосноваться в столовой. И не просто так, а помощником поварихи. Подобное входит в обязанности первокурсников. Вот только золотокрылые, как обычно, увиливают, подкупая хвостов, чтобы те дежурили за них.

Эту неделю дежурил Дин, и я предложила его подменить. Парень удивился моему желанию добровольно помогать на кухне, но спорить не стал. Мало ли какие у меня причуды, ему же лучше — освободился от неприятного задания. Раскладывать варево нашей поварихи по тарелкам — то еще удовольствие, но только так я могла получить доступ к еде Грэйс.

Свою месть я решила не откладывать. До бала осталось всего ничего, хорошо бы успеть.

— Ты готов? — спросила я Морока, когда в очереди за тарелкой показалась Грэйс.

Повезло, что теперь золотокрылые сами ходят за подносами с едой. И снова спасибо Вэйду. Это он прикрыл бунт хвостов и поменял правила. Я узнала об этом от Трины и сильно удивилась. Мажор менялся на глазах. Он как будто… хотел понравиться мне? И ради этого лез вон из кожи. Даже против своих пошел!

Самое противное, что это работало. Я подозревала манипуляции с его стороны и все равно поддавалась им. Ну что за нелепость? Снова и снова вспоминалось его: «Я с ума схожу». Похоже, я тоже. Только в более прямом смысле. Раздвоение точно началось.

— Напомни, что мне сделать? — в мысли вмешался вопрос Морока.

— Увеличь калорийность еды.

Я кивнула на тарелку Грэйс, где лежала парочка вареных морковок. Накануне бала она ужесточила и без того строгую диету. Наверняка купила узкое платье и хочет в него влезть. У меня для нее плохая новость. Ничего не выйдет!

— Пусть по питательности ее морковка будет, как… как… — я прикинула, что выбрать. — Как гигантская порция самого жирного мороженого! А по вкусу так и останется морковкой, чтобы она ничего не заподозрила.

— Идеально, — хихикнул дракон и через минуту отчитался: — Готово, отдавай тарелку.

Он мог ничего не