Академия лунного света. Проклятие темных фей - Джулия Кун

– Сейчас же идешь с нами. Этот мальчишка не станет твоим будущим. Или ты забыла о наших семейных распрях и наложенном на вас проклятии? – С каждым словом ее голос звучал все злее и язвительнее.

Я с трудом сохраняла спокойствие. Но сдаваться нельзя. Ради нас.

– Нет, мама. Я никуда с вами не пойду. И можешь не беспокоиться о проклятии, мы найдем решение. – Даже если единственное решение – это оставаться вместе в мире сновидений, мысленно добавила я.

– Мы? Нет никаких мы! – резко бросила она.

– Нет, есть. – сказала я так твердо и уверенно, как только могла. – Мы есть.

– О, Эсме, Артур! Как здорово, что вы пришли. Вынуждена ненадолго вас похитить. – Неожиданно между нами вклинилась Матильда.

Никогда я еще не была так кому-то благодарна, как ей в этот момент. Спасибо, тетя, тебе и твоему чувству момента!

– Позже поговорим, – рявкнула мне мама, а отец бросил виноватый взгляд в нашу сторону. Я знала, что он тоже все это не одобряет, но ему были важны взаимоотношения со мной.

– Фух, теперь осталось пережить твоих родителей, – пошутила я.

– Я уже поговорил с ними вчера, после того как отвез тебя в академию. Они как раз находились здесь по делам Совета. Не переживай. Не в восторге, конечно, но не будут стоять у нас на пути. – Элайджа обнял меня одной рукой и прижал к себе.

– Вот так просто? Без возражений? – Этот вопрос вылетел у меня прежде, чем я успела прикусить язык.

– Разговор был напряженным, но я ясно дал им понять, что они потеряют меня, если выступят против нас.

– Правда? – прошептала я. Наверное, это главное доказательство любви, которое он мог мне дать. Элайджа готов был пойти против семьи, если бы они не приняли наши отношения.

– Да, Эланор. Потому что без нас не может быть меня.

– Ты такой замечательный, ты в курсе? – Я прижалась к нему, и в тот же миг легкий звон бокалов разнесся по залу, видимо, кто-то призывал гостей к тишине.

– Что ж, давай послушаем, что скажет наша уважаемая мисс О'Коннор, – прошептал Элайджа. За спиной директрисы в лучах вечернего солнца сверкало море, наполняя все вокруг теплой атмосферой.

– Добро пожаловать на ежегодный праздник летнего солнцестояния! – разнесся над нами ее голос, и все ответили бурными аплодисментами. – Уже более ста пятидесяти лет мы устраиваем эти торжества в честь нашей природы. В этот день наша магия особенно восприимчива, и мы способны объединять ее с магией других. Самый длинный день и самая короткая ночь – это хороший повод, чтобы пуститься в пляс. Поэтому не смею вас больше задерживать. Танцпол Академии лунного света объявляю открытым!

Снова грянули аплодисменты, а затем вновь заиграла музыка – теперь еще ритмичнее, будто подгоняя собравшихся к танцам. Точнее, к ирландским танцам.

– Пойдем? – Элайджа вопросительно посмотрел на меня и элегантно протянул раскрытую ладонь.

Я вложила свою руку в его, и он повел меня на танцпол. Я смотрела в глаза тому, кого полюбила на всю жизнь. Да, нас ждет сложное будущее, и мы никогда не сможем стать обычной парой, но я не сомневалась, что у нас все получится.

Ноги сами забили такт, когда мы отстранились друг от друга, подняв в воздух сплетенные ладони. Так и положено в ирландском танце. Мы растворились в музыке, в звучании инструментов и просто кружась. Я чувствовала, как внутри меня все сильнее просыпается магия и тоже вступает в танец. Я постепенно освобождала ее и посылала навстречу магии Элайджи. Мерцающие лавандовые нити переплетались с темно-изумрудными и скользили вокруг, пока совсем не окутали нас.

То же самое происходило и с другими парами на танцполе. Клару и Леону окутывали переплетающиеся коричневые и золотые потоки, отчего их силуэты начали мерцать. На губах непроизвольно появилась улыбка, и я положила голову на грудь Элайдже. Лишь когда песня закончилась и я оторвалась от него, то ощутила предательское урчание в животе. Видимо, зря я пропустила обед, но я слишком нервничала.

– Может, перекусим? – спросила я.

– Хорошая идея.

Элайджа положил руку мне на спину, и мы пошли к буфету у парапета. Там нас ожидал настоящий пир: изысканные пирожные, различные пироги, разнообразные овощные нарезки и другие лакомства. Я выбрала капкейк с розовым топингом и клубникой и с наслаждением откусила. М-м-м…

– Капкейки? Прямо как на тех вечеринках в Рейвенхолле, где вы с Лилли уплетали их один за другим, – рассмеялся Элайджа.

Я выразительно приподняла бровь:

– Не только в Рейвенхолле, между прочим. Когда ты уехал, мне срочно понадобилась замена картошке фри. А поскольку я сама вечно твердила Лилли, что капкейки – лучшее средство от душевных ран, мы с этим сладким искушением быстро стали неразлучны.

– Зря я тогда уехал в Финляндию, толком ничего не обдумав. Может, мы быстрее нашли бы решение, смирившись с обстоятельствами. – В его глазах читалось сожаление.

– Возможно, все сложилось бы по-другому. Но что есть, то есть. Главное, что мы снова вместе, – ответила я и закинула в рот последний кусочек капкейка. Конечно, могло случиться и так, что мы не сразу бы нашли выход из ситуации. Но меня очень сильно ранил поступок Элайджи. Наверное, вынужденная дистанция тоже пошла нам на пользу, и мы поняли, что можем друг без друга и у нас все получится. Да, без непосредственной близости, но хотя бы во снах.

Мой взгляд тоскливо скользил по танцующим парам. Им было позволено все: стоять вплотную, целоваться, открыто демонстрировать свои чувства. А мы были лишены этой радости. И так будет всегда…

Я вздохнула и перевела взгляд с Леоны на Пакстона, оживленно беседовавшего с молодой учительницей, которую я раньше видела, но с которой не была знакома лично. Неподалеку от него стояла моя мама с подругами, их испепеляющие взгляды то и дело летали в нашу сторону. Я поспешно отвернулась, пытаясь сосредоточиться на Элайдже, но момент был упущен. Я слышала, что они нас обсуждают.

– Они пялятся на нас, – тихо проворчала я.

– Кто?

– Мама и ее подружки.

– Ну и пусть. Мы есть друг у друга, – откликнулся Элайджа, и, хотя он был прав, я все равно чувствовала себя неуютно.

– Мы можем уйти в другое место? Хотя бы ненадолго?

– Конечно, – легко согласился Элайджа, и, взявшись за руки, мы вышли на улицу. Миновали холл и прошли через крытую галерею, пока наконец не очутились на тропинке у скал. Я глубоко вдохнула чистый морской