По праву крови - Ксения Родионова
В тот же день мне поменяли постельное белье, на котором остались пятна его крови, перестали приносить ножи и вилки, убрали из комнаты все опасные предметы. В тот же вечер Кирон вернулся, а у меня не было сил сопротивляться, я только сжималась всё сильнее и сильнее. С этого дня моё существование превратилось в кошмар. Днём я вынуждена видеть страдания таких же, как я, людей, обладающих силой, и участвовать в их истреблении или присутствовать при отлове эфирных, а ночью оставаться наедине с ужасом ожидания прихода Кирона или болью и унижением в его присутствии. Иногда он не появлялся неделями, но от этого те дни не были легче, потому что я ожидала его возвращения в любой момент. Я почти не спала, все время пребывая в полудреме, настороже. Постепенно перестала отличать реальность от дурного сна. Чувства стали притупляться.
На день Ясного Пламени пришлось присутствовать на официальном приёме во дворце Содружества. В прошлом праздник был привязан к летнему солнцестоянию, сейчас — повод нарядиться в красные одежды и жечь огненные круги, как символ победы над эфирными. На деле праздник был нужен для разрядки напряжения в обществе.
После парада огненных знаков, настало время бала Ясного Пламени.
Я отошла к стене, стараясь быть как можно незаметнее, чему не способствовало красное платье. Офицеры и их спутницы то и дело приближались ко мне и требовали продемонстрировать клеймо. Кирон намеренно подобрал такое платье, чтобы спина была оголена максимально, хотя спереди оно и выглядело вполне прилично, закрывая шею и плечи. Разумеется, никто не просил показать его собственное клеймо.
Вскоре Кирон появился в дверях, теперь в сопровождении жены. Оливия выглядела блистательно. Свежа и прелестна в легком струящемся платье, очень красиво подчеркивающем цвет ее кожи и золотистых локонов. Меня окатила холодная волна осознания, когда я заметила мягкие округлости её фигуры, которых раньше не было: она носила под сердцем дитя. Пара не спеша прошла по залу, останавливаясь то тут, то там, чтобы пообщаться с очередной группкой гостей, и наконец они приблизились к мне.
— Мисс Демаре, — Кирон с нарочитой церемонностью поклонился.
Оливия лишь коротко кивнула. Я пыталась поймать её взгляд, протянуть хотя бы тоненькую нить контакта, но Оливия была закрыта. Мне было больно, ужасно больно. В последний раз я смотрела в глаза подруги на суде, где она выступала на стороне обвинения, рассказывая о том, как я спасала Кирона при помощи ритуала на крови. В тот день глаза подруги перестали быть оными и стали глазами незнакомки. Мне так хотелось вновь ощутить её навязчивые объятия, поделиться всей своей болью, расплакаться в её спальне на огромной пышной кровати с балдахином, где мы в прошлом делились девичьими секретами.
В отличие от жены, Кирон пристально наблюдал за моей реакцией. Он нежно приобнял Оливию за талию и поцеловал в висок. В моём животе что-то сжалось, ведь я знала и видела его истинное лицо. Оливия же снимала сливки его нежных слов и ласковых объятий, пока мне доставалась вся желчь его гнилой сущности. Вскоре они удалились, развлекать других гостей беседами.
После подачи миниатюрных закусок и напитков начались танцы. Я была вынуждена отвечать на приглашения всех, кто решил потанцевать со мной, в противном случае Кирон обещал наказать меня за грубость. К счастью, первые три кавалера оказались молодыми офицерами, ещё не испорченными данной им властью и держащимися весьма галантно. Следующий танец пришлось провести с одним из высших инквизиторов. Высокий и тучный, с плохим дыханием и обильным потоотделением, он жадно прижимал меня к себе и его пальцы то и дело касались шрамов на моей спине. Во время танца он хвалился своими подвигами на ниве отлова других носителей силы, а также сетовал на то, что такая красота досталась какому-то жалкому сопляку, а не ему. После танца мне нестерпимо хотелось долго скрести себя мочалкой.
Когда Оливию пригласил генерал Гловер, сам Александр вернулся ко мне, взял за руку и повёл в танцующую толпу.
— Ты пользуешься успехом, — его голос был негромким. — Я приготовил для тебя подарок.
Я мельком взглянула в его глаза.
— Я очень надеюсь, что это не очередное неудобное платье.
Кирон улыбнулся, а по моим венам разлился холод: он придёт ночью.
В комнате я сразу же скинула туфли и платье и отправилась в ванную, чтобы смыть гадкие воспоминания о чужих прикосновениях. Я размышляла о том, как в одночасье потеряла всё: семью, друзей, имущество, свободу. Конечно, моё положение было немного лучше, чем у настоящих заключенных в камерах инквизиции, и тем не менее, я оставалась пленницей пусть и с некоторыми привилегиями. Когда я вышла из ванной, за окном было совсем темно, ночь вступила в свои права. На стуле сидел Кирон. Он зажёг лампу на столе и теперь потягивал вино из бокала, видимо, принесённое с собой, и листал книгу, оставленную на столе. Он явно пребывал в хорошем расположении духа, что дало мне надежду на менее болезненное взаимодействие с ним. Я молча прошла через комнату, чтобы взять одежду.
— Это тебе не понадобится, — предупредил Кирон.
Я остановилась на полпути.
— Я устала.
— Я надеюсь это исправить, — он отставил бокал и поднялся с кресла. — Ты сегодня хорошо себя показала, поэтому я решил преподнести тебе один очень ценный дар.
Он провёл рукой по моим мокрым волосам, я задержала дыхание.
— Повернись спиной.
— Зачем?
— Давай не будем спорить.
Я нехотя исполнила приказ. Александр положил руки мне на плечи и заговорил:
— Ты знаешь, что связь между нами уникальная, единственная в своём роде на данный момент. Именно поэтому я очень дорожу тобой.
— У тебя необычные представления о том, как обращаются с дорогими вещами.
Александр проигнорировал этот комментарий и продолжил:
— Я провел некоторые изыскания и нашел способ усилить эту связь.
— Тебе мало? Оно и так сводит тебя с ума!
Чего я меньше всего хотела, так это усиливать связь.
— Я хочу разделить с тобой не только твою силу, но и связать наши сознания. Тогда я смогу более успешно черпать силу и, возможно, тебе не нужно будет находиться подле меня.
На мгновение в моих мыслях промелькнул образ свободы.
— Я не уверена, что это — хорошая идея.
Кирон откинул мои волосы и почувствовала
