Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына! - Адриана Вайс

Чтобы он нашел в себе силы подняться и защитить этот город перед лицом страшной угрозы!

Я знаю, что наверняка пожалею об этом, когда все закончится. Потому что Бьёрн отберет у меня сына, потому что снова выгонит меня на улицу.

Но сейчас перед глазами слишком ярко стоит недавнее воспоминание о том, как он спас нас с малышом. А его последние сказанные слова отдаются в голове гулким эхом:

“Убереги нашего ребенка… нашего ребенка…”

Так что каждый его удар я встречаю с надеждой, а каждый удар его противника – с беспокойством.

Что-то в глубине меня заставляет думать о том, что мои опасения окажутся напрасными. Робкая вера в лучшее, которое мы с сыном заслужили после стольких лишений и мучений…

А потому, я продолжаю пристально наблюдать за их схваткой, бессильно закусив нижнюю губу.

Все происходящее кажется мне настолько мучительной нервотрепкой, что безумно хочется, чтобы все как можно быстрее закончилось. В итоге, когда драконоборец внезапно с диким ревом выгибается, а его тело резко уменьшается в размерах, будто разваливаясь на части, я не могу поверить своим глазам.

Кажется, что это еще не конец. Что сейчас он опять обратится этим практически бессмертным чудовищным существом и все начнется по-новой. Но время идет, а тело драконоборца все так же бессильно лежит на земле.

Вдобавок, Бьёрн и сам перекидывается обратно человеком.

В этот момент Ульфрид всхлипывает и тянет ручки. Но не ко мне, а в ту сторону, где находится его отец. Будто подталкивая меня к нему.

Вот только, я растерянно стою на месте.

Кажется, самое ужасное позади. Самое время что-нибудь предпринять – или подойти к Бьёрну и поинтересоваться в порядке ли он, чтобы, в случае чего, помочь хотя бы с ранами, или воспользоваться суматохой и попытаться затеряться в городе еще раз. Но Ничего из этого мне не кажется правильным.

Потому что если я сейчас сунусь к Бьёрну, то наверняка потеряю Ульфрида. А если убегу, то он найдет нас по зову крови, как он сделал когда мы с сыном были в опасности. И тогда я снова останусь одна.

Два варианта, и оба ужасные.

Неужели, больше нет ничего, что могло бы помочь мне сохранить сына и избавиться от гнета Бьёрна?

Не знаю…

Как не знаю и то, сколько мы так стоим на месте.

Потихоньку город наполняют цоканье копыт, суровые голоса, выкрикивающие какие-то команды, и звон оружия. Не сразу до меня доходит, что в Снежный Пик врывается отряд Бьёрна, который моментально берет все в свои руки. Оцепляет опасные районы, теснит оставшиеся группы гайденмаркцев, расчищает завалы.

Ко мне тут же подъезжают несколько человек, которые узнали во мне девушки из их заставы. В их числе и предсказательница.

– Вижу, с тобой всё в порядке, – кивает она мне и на ее лице совершенно внезапно появляется счастливая ухмылка.

– Ты! Это всё ты! – не могу я сдержать рвущееся наружу возмущение, – Признавайся, это ты сказала гайденмаркцам, что сегодня Бьёрн окажется здесь один! Поэтому они и напали!

С губ Фреи тут же пропадает улыбка, а в ее глазах отражается холод.

– Если бы мне была выгодна смерть Дракенберга, я бы добилась этого куда более простыми средствами, – наконец, отзывается она.

– Не верю! – вонзаю в нее возмущенный взгляд, – К чему тогда были твои слова про мою судьбу и сегодняшний день?

– Мне нет смысла рассказывать тебе все, – досадливо цыкает она, – Тем более, что ты все равно вряд ли поверишь моим словам.

– Тогда, расскажи все мне, Фрея, – неожиданно доносится до нас грозный голос Бьёрна.

В одно мгновение все кто находится рядом, оборачиваются, чтобы увидеть осунувшегося, покрытого кровью, но все еще твердо держащегося на ногах Бьёрна. Он грозным взглядом обводит своих воинов и останавливается на Фрее, которая склоняется перед ним в подобострастном поклоне.

– Прошу прощения, мой господин, что не предупредила вас о некоторых моментах, но, поверьте, так было нужно. Если бы я это сделала, последствия могли быть куда более устрашающими. Как только мы схватим последних противников, я обязательно вам обо всем расскажу. Тем более, что нам нужно будет решить несколько важных моментов, от которых будут зависеть дальнейшие действия Гайденмарка.

– Можешь не сомневаться, – грохочет Бьёрн, – Мы с тобой обо всем поговорим. И, если я хоть на секунду усомнюсь в твоих словах, ты тут же отправишься в темницу!

Фрея склоняет перед ним голову и отзывается:

– Мой господин, я верна вам и только вам. Поэтому я подчинюсь любому вашему решению.

Не говоря ни слова, Бьёрн оставляет ее за спиной и медленно подходит ко мне.

Видя неумолимо приближающегося супруга, я чувствую, как у меня снова все холодеет внутри, а тело заходится мелкой дрожью. Заметив это, вперед выходит Брэндон, загораживая меня своим телом от Бьёрна. Тот останавливается и посмотрев в глаза Брэндону, качает головой и что-то тихо говорит.

Брэндон оборачивается, чтобы кинуть на меня сомневающийся взгляд, а потом делает шаг в сторону.

“Все… теперь, я осталась с Бьёрном одна…” – проносится у меня паническая мысль, – “И теперь он точно сделает то, что вознамеревался сделать с самого начала…”

Приблизившись вплотную, Бьёрн замирает, не сводя с меня взгляда.

На меня снова накатывает паника. Только в этот раз она намного сильнее. Потому что я оказываюсь в тупике – бежать некуда, да и не дадут мне этого сделать.

– Как ребенок… – внезапно спрашивает Бьёрн, но потом запинается и поправляется, – Как Ульфрид? Он в порядке?

Бьёрн роняет взгляд на сына, который, услышав его голос, снова возится и что-то тихонько попискивает.

– Да… – едва проглотив застрявший в горло ком, отзываюсь я, – Он в порядке.

– А ты? – тут же понимает на меня взгляд Бьёрн.

Что?

Меня будто ледяной водой окатывает. С какой это стати Бьёрн решил поинтересоваться моим самочувствием?

Мне даже кажется, что это какая-то изощренная шутка или издевательство, но я ловлю его взгляд и чувствую, что Бьёрн очень даже серьезен. Я бы даже сказала, необычайно серьёзен. Он терпеливо ждет моего ответа, не перебивая и не произнося ни слова.

– Нет… – вырывается из самых затаенных глубин, куда я прятала свои чувства, ответ, – …не в порядке… с тех пор,