Бесприданница для дракона - Елена Байм
От накрывшего меня приступа страха, я неожиданно потеряла контроль. Ритм взмахов крыльев сбился, тело дернулось, и я начала падать вниз, беспомощно цепляясь за потоки воздуха. Неужели моя жизнь закончится вот так? Я изо всех сил пыталась замедлить падение.
- Лияна, дыши, - вдруг прозвучал в голове родной голос мужа. - Вдох‑выдох, вдох‑выдох. Закрой глаза, расслабься. Снова вдох‑выдох…
Его слова подействовали на меня успокаивающе. Я закрыла глаза, сосредоточилась на своем дыхании. Страх растаял, и я вновь почувствовала тело драконицы. Плавный взмах крылом - и я стала набирать высоту, возвращая контроль над полетом.
- Молодец! — радостно воскликнул Шейтон.
Но моя радость длилась недолго. В памяти вспыхнул кошмарный образ - Морвейн, мой бывший муж… Его отчаянный крик, полный боли… Я вспомнила, что предшествовало этому обороту. Кажется, я убила его! И не просто убила, а сожгла заживо!
Сама не понимаю, как так получилось. Я разозлилась, обернулась драконицей и выдохнула на него пламя. И что теперь получается? Меня за его смерть казнят?! Или посадят в темницу?! На душе стало плохо - я только‑только обрела счастье, только начала новую жизнь…
- Лияна, что с тобой? - в голосе Шейтона звучало неподдельное беспокойство. - Я чувствую, что тебе плохо.
Я молчала, не в силах произнести вслух то, что терзало душу. Боялась услышать подтверждение, что бывший муж мертв.
С замиранием сердца обернулась. Однако кроме Шейтона никого не было видно, ни императора, ни других драконов, ни стражи. И тогда зародилась надежда.
- Скажи, а что с Морвейном? - наконец выговорила я, сдерживая в голосе дрожь.
Шейтон нахмурился:
- Ты его жалеешь?
- Я не хотела его убивать… - ответила тихо.
- А ты его и не убила. Обожгла ему лицо и руки. Он теперь на всю жизнь останется с таким страшным лицом. Раны от огня драконов твоего рода не лечатся никакими мазями. Но он это заслужил. Император признал – барон Морвейн повел себя неподобающе. И назначил ему страшное наказание - на сто лет запечатал его дракона. Так что теперь будет знать, как обижать чужих жен.
Я содрогнулась. Запечатать дракона? Это же так жестоко! Мысль о том, что можно лишиться звериной ипостаси, вызвала ледяной ужас. Именно сейчас я поняла, что ни за что не смогла бы расстаться со своим зверем.
Тяжело вздохнув, попросила мужа спуститься на землю. Что-то я за сегодня устала. Он молча кивнул.
Мы начал плавно снижаться.
На твердой почве я попыталась вернуть человеческий облик. Закрыла глаза, сосредоточилась, представила свое прежнее тело - но ничего не изменилось. Чешуя по‑прежнему покрывала кожу, крылья не исчезали, хвост нетерпеливо постукивал по земле.
Час прошёл в тщетных попытках. Как я не пыталась, не получалось. Меня снова охватила паника. И даже Шейтон начал волноваться, хотя старался этого не показать.
Наконец он замер, задумался на мгновение, а потом произнес:
- Лети за мной.
И мы вновь взмыли в небо. Два огромных дракона, чьи силуэты отбрасывали длинные тени на поля внизу. Люди останавливались, задирали головы, тыкали пальцами - для этих земель подобное зрелище было редкостью.
И вот вскоре показался наш дом, но Шейтон не стал снижаться. Мы пролетели над полями, миновали лес, и впереди возникли горы - величественные, высокие. Муж резко пошел на снижение, и я последовала за ним.
У подножия одной из скал обнаружился скрытый от посторонних глаз вход в пещеру. Шейтон обернулся ко мне, в его глазах светилось нечто похожее на гордость:
- Это моя сокровищница. У каждого дракона есть такое место. Здесь мы храним самое ценное, и никого не подпускаем к ней.
- Тогда зачем ты меня позвал? - спросила я, все еще не понимая.
Он посмотрел на меня с теплой, чуть лукавой улыбкой:
- Потому что ты - самое ценное, что у меня есть.
Мы влетели внутрь. Я ожидала увидеть горы золота, сундуки с драгоценностями, но вместо этого пещера оказалась наполнена совсем иными сокровищами.
- Что это? - выдохнула я, искренне пораженная увиденным.
Шейтон улыбнулся:
- Это мои самые ценные воспоминания, и я хочу ими поделиться с тобой.
77. Сокровищница
Не совсем привыкшая к облику зверя, я напрягла глаза, чтобы получше увидеть.
Стены пещеры украшали магические камни, служившие источником мягкого мерцающего света. Вдоль стен стояли полки с книгами в кожаных переплетах, каменные диски с выгравированными символами.
Я подошла ближе, хотела коснуться рукой, но тут же раздался грохот. Я и забыла, что я пока еще не человек, поэтому движение вышло неловким, часть экспонатов упали. Я наклонилась, чтобы поднять, но хвостом зацепила какой-то короб. Он упал, а из него высыпались портреты.
Шейтон, к этому времени уже успевший принять человеческий вид, и где-то раздобывший мужскую одежду, подошел, присел на корточки и начал их собирать.
- Это моя семья. У драконов не принято хранить столько портретов. Оставляют, как правило, один, чтобы повесить в галерее предков. А мне в детстве нравилось на них смотреть. Представлять, что я разговариваю с предками, и они меня слышат.
Когда он их убрал, поставил короб на место, я кивнула на диски, спросив, для чего они.
- Так это награды. – муж усмехнулся. Подошел ближе, начал брать каждую в свои руки – эта, как лучшему фехтовальщику, эта – как победившему в споре, кто быстрее переплывет ров.
- А это что?
Спросила я, показывая головой на постамент, возвышающийся по центру пещеры, где стоял деревянный меч.
Лицо Шейтона сразу же осветилось доброй улыбкой. Он замер, о чем-то задумался.
- Этот меч подарил мне отец, когда я попытался совершить оборот. Он для меня очень дорог. Это самый первый подарок отца. Знаешь, в детстве мне его не хватало….
И дракон замолчал…
Я не стала лезть к нему с расспросами в душу. Будет готов – сам расскажет. Стала осматриваться дальше. Особое внимание привлек набор из деревянных воинов, сидящих на лошадях. Работа была очень искусная, всадники смотрелись, словно живые.
Подошла ближе, придвинула к нему драконью морду, и так захотелось протянуть руку и ощутить всадника у себя в руке, что вдруг внутри меня что-то екнуло, а через пару секунд я уже сидела на полу. Абсолютно голая… Но зато я вернула себе человеческий вид.
