Паулина. Начать сначала - Елена Алеева
— Правитель к зиме обещался приехать, — с тревогой произнес боярин, — Успеем ли к тому времени?
— Не переживай. Все успеем, — уверенно заявил Бодран.
Князь Руван, после возвращения в столицу своего советника и его рассказах о постоялом дворе, необычном овоще, странном холодильнике и горячей воде, льющейся из трубы, действительно, изъявил желание приехать в поместье. Он сам желал видеть все это своими глазами, но смог выделить время лишь ближе к зиме.
И Паулина с Бодраном надеялись, что к его приезду они успеют закончить ремонт поместья. Но главное, что они должны были все успеть к рождению первенца, который планировал появиться на свет тогда же.
А ведь помимо поместья, нанятые Паулиной строители прокладывали дорогу от Данска до соседнего города Брента. Бодран был уверен, что правитель оценит эту ровную дорогу, как оценили уже большинство путников. Деньги на нее, Паулина выделила из своих доходов от постоялого двора, категорически отказавшись от денег мужа, но не от его помощи.
******
— Парун, ну зачем вам в город? Смотри сколько у тебя здесь работы, а там и без твоей артели работников тьма. За каждый заказ, что собаки грызутся, — я лично ездила в город и смогла в этом убедится.
Не хотела отпускать семью Паруна. Хорошо мы с ним сработались, понимали друг друга с полуслова. Жаль отдавать такого рукастого и смекалистого работника. У меня ведь на это поместье планов громадье, да и свекрушка мой оказался ни таким уж и тираном.
— Боярыня, мы жеж и так ужо отложили переезд, — тушевался от моих слов Парун.
Теперь меня Паутинкой кроме старосты никто не рискнул бы назвать, только боярыня. После моего отъезда из постоялого двора, ходили разные слухи. И что я сумела окрутить хозяйского сыночка. И что приворожили. И что понесла от него… Хотя все прекрасно знали, что крестьянку с боярином даже ради дитя никто бы не соединил брачными узами.
Только благодаря Ермею, все слухи быстро стихли, как только он пригрозил, что они дойдут до Местича. Старого хозяина люди до сих пор боялись, даже не знаю, почему.
— Погляди, картошки у нас в этом году сколько будет. Всем хватит, — махнула рукой в сторону полей, где мы всей деревней сажали картофель и лен.
В этот раз, весной на поля вышли все, как один, не прошло мое «ученье» зря.
— А мастерские? А дорога? У нас скоро будет лучше, чем в любом городе. И дом семье твоей поставим со всеми удобствами. А мебель? Гляди, какая у вас мебель шикарная…
Напрасно я переживала, что Бодран захочет увезти нас с малышами в столицу, после откровенного разговора, поняла, что он и сам не в восторге от городской суеты. И хоть Местич настаивал на том, чтобы сын оставался жить в городе, Бодран все же вернулся в поместье.
— Так, то благодаря табе, боярыня, — скромно потупил взор мужчина, — Ежели не твои бы идеи…
— Так у меня их еще куча, идей этих. Мастерская у твоей артели скоро будет. А мебель ты можешь в город на продажу возить. Чем тебе плохо? Там тебе никто не даст дом построить, а я дам. Погляди, как деревня наша разрослась.
— Боярыня, мне неловко… Кто я такой, чтобы меня вот так… Останусь я, разумею, что хорошие времена ты нам принесла. Сам уже не рад, что решил сорваться-то в город. Кто ж знал…
— Точно останешься? — подозрительно заглянула в глаза мужчины.
— Точно…
— Что опять придумала? — со спины меня обняли крепкие руки мужа, а малыш знатно пихнул его ножкой.
Как только рядом со мной появился Бодран, Парун откланялся.
— Много чего… Как думаешь, потянем мы заводик по изготовлению мыла? — осторожно повернувшись в его руках, подняла взгляд на мужа.
— Почему нет? Только скажи, что нужно, — наклонился и нежно коснулся моих губ Бодран.
— А батюшка? Он не будет против? — спросила, не сводя взгляда с его губ.
— Батюшка? Как только в его доме поселятся малыши, ему больше не будет дела до поместья. Знаешь, как долго он ждал момента, когда я наконец женюсь и подарю ему внуков? А теперь у него их аж двое и третий на подходе, — нежно провел пальцами по моей щеке Бодран.
— Ох, я ведь забыла! Талан уже должно быть сделал для меня экспериментальный образец мясорубки, — взмахнула руками.
— Паутинка, ты когда-нибудь перестанешь меня удивлять? — снова поймал меня в объятия Бодран, разразившись смехом, — Надеюсь, до скоростных повозок и летающих птиц нам еще далеко.
Разумеется, мой муж знал практически все о моей прошлой жизни. Правда, было то, что осознала я только недавно. Там, на Земле, мне не нужно было прилагать никаких усилий, меня несло по течению. Все решения, результатами которых я так гордилась, принимали другие. Родители, преподаватели, даже мой муж.
А я не спорила, просто была так воспитана. И тот самый ремонт, который мы затеяли… Затеял муж, а я лишь согласилась с ним, потому что была уверена, что это правильно. Даже согласилась на обои в полоску, которые мне никогда не нравились.
А ведь я так мечтала посмотреть мир. Ну хотя бы разок съездить в Европу. Взглянуть на старинные замки, почувствовать ту загадочную атмосферу средневековья…
Почему не отстаивала свое мнение? Почему задвигала свои мечты и желания, даже не на второй план, а на другую жизнь?
Единственное, в чем я была кремень, это решения, касающиеся моих детей. В этом вопросе, я никому не позволяла давить на них, ни мужу, ни тем более родителям. Только этим я могла гордится. И ни разу мне не пришлось за них краснеть.
Наверное, дети и сыграли в этом мире для меня решающую роль. Альма и Альб. Только благодаря им я смогла сама принимать решения и двигаться вперед, не оглядываясь на окружающих. Бодран был полной противоположностью моего мужа. И пусть мы с ним иногда спорили, пытаясь найти компромисс, но он всегда прислушивался ко мне. Он готов был поддержать меня всегда, за редким исключением.
А как сладко мы мирились, после споров, м-м-м…
— И до них дело дойдет. Уж поверь…
— Даже не сомневаюсь. Значит, заводик? — лукаво
