(Не)рождественское Чудо Адской Гончей - Зои Чант
Затем она поцеловала его еще яростнее, вплетая пальцы в его волосы и прижимаясь к нему всем телом. Ее соски скользнули по его груди, и она вскрикнула, когда он провел рукой вверх, чтобы прикрыть ее грудь, и на его дыхании зазвучал голодный стон.
— Пожалуйста, — простонал он, и у нее в голове: *Пожалуйста.*
Он перевел одну руку на затылок и направил его вниз, к своей шее. *Это больше похоже на Дракулу, чем я думала,* пробормотала она, и его горько-сладкий смешок в ответ закружился в ней, как весенний ветерок.
Ее адская овца поднялась внутри. Когда она вонзила зубы в тонкие линии — все, что осталось от шрамов его обращения, — огонь наполнил ее вены. Созвездие в ее голове вспыхнуло, новая луна появилась на орбите вокруг ее солнца.
Она вонзила кончики пальцев в кожу головы Флинса, ее дыхание стало быстрым и горячим. *Теперь ты.*
Его зубы коснулись ее плеча. Жар сконцентрировался под ее кожей, волна магмы, бурлящей под поверхностью и пронзенной молниями. Она не знала, целует ли она его губами или зубами, когда наслаждение, нараставшее в ней с момента, как она последовала за ним в душ, наконец взорвалось. Она закричала, ее тело натянулось, как тетива, а затем отпустило — не один раз, а снова и снова.
Флинс прижал ее к себе, он уткнулся лицом в ее волосы, держа ее, пока ее тело сотрясалось от удовольствия.
— О, Боже, Шина, — выдохнул он. Небеса закружились у нее в голове. Свет из ее сердца затопил небеса.
Затем он вынес ее из ванной, бросил на кровать и навалился на нее. Его нужда пронзила узы пары, безмолвный вопрос, горевший в ее венах. Он был так близок к тому, чтобы потерять ее, и это оставило холод в центре его сердца, который снова согреет только полное обладание ею. Жестко, быстро и его.
Она кивнула, и он одним плавным движением вошел в нее, трахнув ее так сильно в матрас, что она забыла, как дышать. Их дыхание смешалось, короткое и прерывистое, вздохи не длиннее ударов сердца, а ее сердце билось так сильно, что заполняло ее голову. Она никогда не чувствовала себя такой живой. Так полностью присутствующей в собственном теле.
Флинс снова поцеловал ее. Она обвила его руками и ногами и ответила на поцелуй. Затем его губы коснулись ее шеи, зубы скользнули по коже, и вселенная закружилась у нее в голове. Она оттянула его голову вверх, пальцы вплетаясь в волосы, и прикусила нежную кожу под его ухом.
Он низко застонал в горле и схватил ее за бедра, развернув так, что его следующий толчок вошел так глубоко, что Шина увидела звезды. Она укусила его сильнее, чем собиралась, и затем его зубы впились ей в плечо, его пальцы впились в ее бедра и зад, и она насаживалась на него так же сильно, как он вбивал ее в кровать. Что-то с треском поддалось в нескольких футах над ее головой. Вся кровать просела. Флинс не обратил внимания. Он притянул ее к себе, его тело было обжигающе горячим и твердым. Последним, решающим толчком он достиг самой глубины, заполнив ее собой полностью. Он уткнулся лицом в ее волосы со стоном, который отозвался эхом в самом ее нутре. Тело Шины ответило, словно рыба, подсеченная на крючок, когда его член пульсировал внутри нее. Удовольствие, раскаленное добела и острое, скрутило ее изнутри и разбилось вдребезги, когда его оргазм вновь отбросил ее за край.
Мой, подумала она, когда он рухнул на нее сверху, тяжело дыша. Она прильнула к нему, чувствуя себя совершенно, сладострастно довольной. Он поднял голову, чтобы взглянуть на нее, и его глаза были затуманены наслаждением.
Теперь между ними было нечто большее, чем узы пары. Нечто, что тихо звучало в каждом невысказанном вздохе и мерцало бледным пламенем в его глазах.
Она приподнялась и прикусила его нижнюю губу, просто чтобы убедиться.
Вот.
Когда она укусила Паркера, изменения в ее ментальном мире были мгновенными и ясными. Он был жирным черным пятном в уголке ее сознания, но твердо под ее контролем. Но это, с Флинсом…
Она посмотрела вниз, на красные следы на своей коже, где он провел зубами, затем подняла на него взгляд, приподняв бровь.
Флинс покраснел.
— Похоже, сработало, — прошептала Шина. Она чувствовала, как ее собственное лицо пылает, словно выражение словами невозможного чуда, растущего внутри нее, пересекало какую-то границу. Она протянула руку туда, где Флинс упирался над ней, и сплела пальцы с его. — Теперь никто не отнимет тебя у меня.
— И никто не отнимет тебя у меня. — Он поцеловал ее, и Шина закрыла глаза, позволяя разуму погрузиться в новое созвездие, сформировавшееся в ее душе: две звезды, танцующие вокруг друг друга, центры вселенных друг для друга.
Глава 13. Флинс
Кто-то стучал в дверь.
Адская гончая Флинса мгновенно насторожилась. Человеческая половина Флинса последовала ее примеру — вяло — и прижавшаяся к его груди Шина Маккей простонала так, словно этот звук шел из самых глубин ее души.
Он склонил голову набок и прислушался. Стук и крики, решил он, и искали не его.
— Шина, — прошептал он. *У нас гости.*
Она сунула руку ему в рот и надавила на челюсть, так что он прикусил ее.
— Теперь ты альфа. Ты и разбирайся.
— Вряд ли это так работает, — прошептал он, пока его адская гончая, склонив голову, размышляла над ее предложением. Он не удивился, когда та спрятала нос под лапы. Она была так же счастлива, как и он, позволить Шине взять на себя командование — при условии, что, пока она будет бросаться в бой с ревом, он будет рядом, чтобы защитить ее.
Он снова подтолкнул ее.
— Или, может, раз ты альфа, ты могла бы послать меня выполнять твои приказы…
Она резко села и выругалась. Он открыл рот, чтобы сказать, что пошутил, но она уже соскочила с кровати и принялась шарить по полу в поисках чего-нибудь надеть.
— Я знаю, что ты шутил, — сказала она, подняв ладонь, чтобы прервать его, прежде чем он успел вымолвить слово. — Дело не в тебе, это… о, Боже. Мне так
