Фатум - Азура Хелиантус
Данталиан иронично округлил глаза. — Потрясающе.
— Я могу понять, почему она так и не осознала, кто она такая. Если она не научится пользоваться магией, которую может пробудить, она останется не более чем человеком.
Может, у нас еще была слабая надежда; может, мы смогли бы скрыть её истинную природу от лишних глаз.
Если только в группе действительно нет шпиона, конечно.
— Возможно ли, что у неё есть сила, похожая на мою?
Он вскинул бровь, и в его темных глазах зажегся азартный огонек. — И какова же твоя? Прости, может, в Аду тебя и знают, но я уже давно живу в морских пучинах и никогда тебя раньше не видел.
Я сама удивилась смеху, сорвавшемуся с моих губ в ответ на его завуалированный юмор.
— Одна из моих трех сил — Ферментор…
— Телекинез, — прервал он меня, явно заинтригованный, прежде чем заметил замешательство на лице моего мужа. Тот гадал, как Кола догадался об этом до моих объяснений.
— «Ферментор» происходит от латинского fermenter, что значит «всходить», «заквашивать». Это очень близко к тому, на что способна твоя сила, хотя правильным термином в метапсихике была бы «левитация». Но нам и этого хватит, не так ли? — Кола подмигнул мне.
— Это очень интересная сила, я не первый раз о ней слышу. Она передавалась из поколения в поколение во многих семьях. Как правило, такие силы всегда очень… высокомерны. Они никогда не склонятся и не покорятся внутри тела, которое им не нравится, особенно если они не были унаследованы.
Лицо Данталиана помрачнело, его обычно светлые глаза потемнели. Он опустил взгляд на волны, разбивающиеся о берег, и погрузился в свои мысли, в то время как я чувствовала, что проваливаюсь всё глубже при мысли о том, что нас ждет.
— Как нам тренировать её, если она так опасна? Что нам делать? — Этот вопрос я адресовала скорее самой себе и демону рядом, чем Коле.
Тем не менее, он ответил: — Это же очевидно: дайте ей повод подчиняться. Отнимите у неё то, что ей дорого, и пригрозите разорвать её на куски, если она не будет исполнять ваши приказы.
Я вытаращила глаза. — Мы не монстры, мы не можем так поступить!
— Боюсь, это единственный способ, дорогая. Страх — единственное, что позволяет сохранять власть над кем-то.
Данталиан вышел из оцепенения и тряхнул головой, но так и не отвел взгляда от берега. — Мы не хотим её пугать, и уж тем более причинять ей боль.
Я была полностью согласна с ним, но скрыла эмоции за бесстрастной маской. Лучше никому не знать, насколько мы привязались к гибридке.
— На этом наш разговор окончен. Можешь возвращаться… домой. Спасибо за помощь. — Я запнулась, не зная, называет ли он это царство своим «домом».
— Мне прискорбно говорить вам это, но не думаю, что одного «спасибо» будет достаточно. У всего есть цена. — Его улыбка изменилась, приобретя макабрические оттенки.
Первым делом Данталиан рассмеялся, шагая взад-вперед. Затем яростно рыкнул:
— Я так и знал, блять, что тебе нельзя доверять!
— Чего ты хочешь добиться? — Я встала перед ним, не давая Данталиану ударить его.
— Я не глуп, хоть и живу на дне — новости доходят до меня быстро. До меня дошли слухи, что на суше назревает битва, и это будет не просто схватка между теми, кто жаждет заполучить дочь демона, и защитниками, нанятыми отцом.
Он начал отступать к океану, ни разу не опустив взгляда. Он был уверен в своей победе.
— Я просто хочу защиты. Вы возьмете меня на свою сторону.
Мне это даже не показалось чем-то неразумным, я была готова согласиться.
— Нет.
Судя по всему, Данталиан был иного мнения.
— Да, — возразил Кола.
— Я сказал «нет».
Я вздохнула и закрыла глаза. — Данталиан, — предостерегла я его.
— Нет!
— У вас не особо богатый выбор, — улыбнулся Кола.
Эту фразу я слышала уже много раз, и теперь она вызывала у меня почти отвращение. Возможно, потому что это было правдой.
— Это еще кто сказал? — проревел он.
— Данталиан! — я призвала его к порядку.
Он яростно обернулся ко мне. — Нет, Арья, это исключено!
— Да брось, Данталиан, в чем проблема? — поддразнил его Кола.
— Хватит! Кончайте оба! — выкрикнула я, выходя из себя.
Их удивленные взгляды встретились с моим, темным и яростным; я сжала кулаки, и внезапный порыв ледяного ветра взлохматил наши волосы.
— Если это купит твое молчание, то ладно. Кола с этого момента в нашей команде. Полагаю, чем нас больше, тем лучше. — Я вздохнула, вконец измотанная всей этой ситуацией.
Впрочем, возможно, мне стоило послушать Данталиана. И стоило перестать принимать как данность, что в мире существует та же доброта, что живет в моем сердце.
Я получила тому подтверждение, когда увидела ухмылку Колы. — Я не буду принимать физического участия в битве, это очевидно. Но в случае вашей победы вы скажете, что я был на вашей стороне, чтобы я мог пользоваться теми же преимуществами, что и те, кто примкнул к добру с самого начала.
— Вот поэтому я и не хотел, — прошипел Данталиан.
Его челюсть резко сжалась в приступе неистовой ярости. Он двинулся к нему, по крайней мере, попытался, но я преградила ему путь своим телом.
— Пока мы будем рисковать жизнями, он ни хрена не будет делать! А если мы выберемся оттуда победителями, да еще живыми и невредимыми, он присвоит себе заслуги, к которым не имеет отношения!
Кола замурлыкал какую-то древнюю песню, ничуть не испугавшись ярости принца-воина.
— Я спас вам жизни, предупредив об опасности, которая затаилась в вашем доме. Мне кажется справедливым, что вы отплатите мне тем же в свое время.
Любое действие вызывало равное и противоположное противодействие. Любая услуга в настоящем была лишь началом долга в будущем.
Я так устала от нашего образа жизни, но другого я не знала.
— Ладно, Кола, такова цена твоего молчания, и мы её принимаем. Разговор окончен. — Душевные и физические силы покидали меня. Я была сыта по горло всеми и каждым.
— Что?! — рыкнул Данталиан, переводя взгляд с меня на Колу и обратно.
Самым ледяным взглядом, на который была способна, я приказала ему не добавлять больше ни слова. — Поехали домой.
Кола выглядел довольным своим успехом. Он начал отступать назад, пока над водой не осталась одна голова, и восторженно попрощался с нами: — Спасибо, мои
