Темная любовь - Эль Джаспер

Я достигаю вершины, и нас разделяет расстояние примерно в шесть футов. Ветер разгоняет пар, рассеивая и закручивая его в белую кашицу вокруг его тела, скрывая его лицо. Я подхожу ближе.

— Это действительно ты? — спрашиваю я. — Эли?

— Не разговаривай, — говорит он. — Иди сюда.

Неуверенность скребет меня, но я не в силах остановить движение к нему. Его объятия раскрываются, как вороновы крылья, и, не в силах сделать ничего другого, я вхожу в них. Его руки обхватывают меня, притягивая к своему теплому телу. Его рука ложится мне на затылок, надежно прижимая меня к себе. Губы ласкают мой висок. Другая его рука опускается, лаская мою поясницу, а затем еще ниже, к ягодицам. Когда он притягивает меня к себе, становится очевидным его сильное возбуждение, которое ощущается у меня в паху. Что-то меня беспокоит, я не могу понять, что именно. Я так рада, что он наконец-то обнял меня, что не обращаю внимания на беспокойство. Я хочу только его. Эли.

В следующее мгновение он наклоняется, подхватывает меня под колени и поднимает на руки. Я все еще не вижу его лица, так много тумана. Он начинает идти со мной, и я кладу голову ему на грудь. Она твердая, мускулистая, как и руки, которые меня держат.

Он подпрыгивает, и на несколько мгновений мы оказываемся в невесомости, а затем он приземляется на землю, крепко обнимая меня. Теперь он идет, и я ничего не вижу. Мы останавливаемся. Открывается дверь. Она со скрипом закрывается за нами. Звук его шагов по твердому полу эхом отдается у меня в ушах. Кажется, что мы находимся в туннеле.

Я пытаюсь открыть глаза. Я хочу видеть. Теперь мы внутри, так что туман нас не скроет. Я пытаюсь заговорить, но у меня перехватывает горло. Я не могу говорить. Я не могу пошевелиться. Меня охватывает паника, и я чувствую, как колотится мое сердце. Адреналин бурлит во мне, а тревога нарастает. Я парализована.

— Тсс, тсс, — успокаивает он. Он прижимается губами к моему виску, и это успокаивает меня.

Он продолжает идти со мной, и теперь мы поднимаемся. Лестница. Мы поднимаемся и, наконец, снова выходим на этаж, и он идет со мной по коридору. Я вдыхаю, и все, что я чувствую, — это его пряный запах. Он… немного знакомый. Открывается дверь. Закрывается.

Он опускает меня, и я погружаюсь спиной в мягкую, набитую пухом постель. Теперь я могу видеть, но комната погружена в полумрак. Свечей нет. Ламп нет. Только лунный свет пробивается сквозь маленькую щель в шторах на другом конце комнаты. Я вижу его силуэт. Он вытаскивает руки из плаща и роняет его на пол. Его пальцы начинают расстегивать рубашку, и вскоре он сбрасывает и ее. Я вижу только его очертания. Он обнажен до пояса.

Когда он двигается надо мной, его тело прижимается к моему. Тяжелое, мускулистое бедро втискивается между моих ног, раздвигая их. Опираясь на локти и держа руки по обе стороны от моей головы, он наклоняется к моим губам и целует меня.

— Прикоснись ко мне, — шепотом приказывает он мне в губы.

Не в силах остановиться, я делаю, как он говорит. Мои руки обхватывают его спину и скользят вверх по позвоночнику, и мышцы напрягаются под моими пальцами. Он углубляет поцелуй, пробуя мои губы на вкус языком, затем перемещает свой рот к моему горлу. Его пах прижимается ко мне, его твердая эрекция упирается мне в бедро, и его рука движется от моей головы к груди, опускаясь к животу, пока не находит кожу под майкой. Проведя рукой по моим ребрам, он отодвигает лифчик в сторону, чтобы найти больше места, и ласкает меня. Его губы снова находят мои, и он целует меня крепко, неистово, и меня снова охватывает паника.

Что-то ужасно, чудовищно не так.

Он поднимает голову, отрываясь от моих губ. Его рука накрывает мою грудь. Его тяжелый член прижимается ко мне.

Лунный свет освещает его профиль настолько, что я могу его разглядеть.

Шок.

Ярость.

Паника.

Изо всех сил я отталкиваю его и вскакиваю. Наконец-то я свободна.

Он тоже вскакивает. Соскакивает с кровати. Встает, отступает от меня, не говоря ни слова.

Во мне вскипает гнев, и я бросаюсь на него…

— Черт возьми! — хрипит голос подо мной, когда мы падаем на пол. Сначала мое зрение затуманивается, но вскоре начинает проясняться. Я смотрю на фигуру подо мной. Я несколько раз моргаю. Теперь все проясняется.

— Черт! — бормочу я и сползаю с Райна, который придавлен мной к полу моей комнаты в «Крачане». Я протягиваю руку. — Райн, прости! Я сделала тебе больно?

Райн хватает меня за руку, и я рывком поднимаю его. Этот дурак ухмыляется мне.

Ухмыляется.

— Да, ты это сделала, — говорит он, все еще улыбаясь. — Но меня предупредили. — Он потирает подбородок, не сводя с меня глаз. — Я бы сказал, оно того стоило.

Я все еще немного ошеломлена; оглядываю комнату, смотрю на окно. Из-за штор пробивается светло-серый свет. Уже рассвело. Ближе к вечеру.

— Ты была без сознания сорок шесть часов, — объясняет Райн. — Тебе что, черт возьми, приснился какой-то сон?

Я подхожу к окну и раздвигаю шторы. Машины и пешеходы движутся по улице в конце улицы у входа в «Крачан». Я поворачиваю голову и смотрю на Райна.

— О чем ты говоришь? — говорю я.

Райн потирает подбородок и подходит ко мне. Он наклоняет голову.

— Ты не помнишь, что ты только что сделала?

— Я боюсь спрашивать.

Райн хихикает гортанным мужским голосом.

— Майлз предупреждал меня, что тебя нельзя будить, но ты закричала. Я вошел, а ты тяжело дышала, будто разозлилась и, возможно, попала в ловушку. — Он пожимает плечами. — Я встряхнул тебя, позвал по имени. — Теперь он улыбается. — Следующее, что я помню, это то, что ты повалила меня на пол. Как я уже сказал… — Его улыбка становится шире. — Оно того стоило.

Мой разум ищет, пытается найти смысл.

Внезапно меня осеняет. Мой сон.

Я молюсь, чтобы это был сон.

Меня охватывает паника. Паника и глубокая ярость.

Это был не Эли.

Я подлетаю к двери и распахиваю ее.

— А, Райли?

Я оборачиваюсь и смотрю через плечо на Райна, все еще стоящего у окна. Его взгляд опускается ниже, по моему телу, затем снова поднимается вверх.

— Нет, я не ценю красоту этого, но чувствую себя немного скупым и недоговаривающим. — Он наклоняет голову в