Петля артефакта - Мария Ясная
Она ущипнула себя за руку. Больно. Очень больно.
— Ария! Завтрак стынет! — крикнули из соседней комнаты.
Она натянула халат, висевший на спинке стула — мягкий, шерстяной, пахнущий деревом и солнцем — и вышла.
---
Кухня была маленькой, но светлой. За столом сидел мужчина с заострёнными чертами лица и такими же, как у неё, серыми глазами. Он читал газету и хмурился, но, увидев её, улыбнулся.
— Ария, садись. Твоя мать испекла твой любимый пирог.
Пирог. Она не помнила, чтобы у неё был любимый пирог. В той жизни еда была просто топливом, которое нужно было проглотить между работой и сном.
Женщина — мать — поставила перед ней тарелку. Горячие булочки, масло, мёд. Аромат был таким сильным, что у Арии закружилась голова.
— Ты сегодня какая-то бледная, — заметил отец. — Волнуешься из-за презентации?
— Презентации? — переспросила Ария, беря булочку.
— Ну да. Твой артефакт перемещения. Весь учёный совет будет. И ректор, и даже принц обещал заглянуть.
Артефакт перемещения.
Ария замерла с булочкой на полпути ко рту. Слова отца упали в сознание, как камень в стоячую воду, расходясь кругами.
— Какой артефакт? — осторожно спросила она.
Мать и отец переглянулись.
— Ария, ты точно хорошо себя чувствуешь? — мать коснулась её лба. — Тот, над которым ты работала полгода. Твой проект. Помнишь?
— Конечно, помню, — быстро сказала Ария, хотя в голове было пусто. — Просто волнуюсь.
Она сделала вид, что ест, но мысли лихорадочно метались.
Перемещение. В её мире — в том, где она умерла, — это было запрещено. Именно эксперименты с пространством привели к Первому Прорыву. Именно из-за них погибли её родители. И теперь она, в этом теле, создала нечто подобное?
— Я посмотрю чертежи перед выходом, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — На всякий случай.
---
Чертежи лежали в её комнате, на столе, заваленном книгами и инструментами. Ария села, развернула пергамент — и замерла.
Почерк был её. Те же линии, те же пометки на полях, те же руны. Но формулы… формулы были другими. Смелыми. Опасными. Она видела, куда они ведут: к разрыву пространства, к открытию прохода между мирами.
Именно это погубило её родителей. Именно это привело тварей Пустоши.
— Нет, — прошептала она. — Этого нельзя допустить.
Она вглядывалась в чертежи, пытаясь найти ошибку, просчёт, что-то, что можно было бы исправить. Но формулы были идеальны. Этот мир не знал о Пустоши, не знал об опасности. Здесь магия была другой — мягче, послушнее. И никто не понимал, что артефакт может стать дверью для чудовищ.
— Ария, пора! — крикнула мать. — Не опаздывай!
Она свернула чертежи, сунула их в сумку и вышла.
---
Улицы города были неузнаваемы. В её мире столица всегда выглядела осаждённой крепостью: высокие стены, барьеры, патрули. Здесь же дома распахнуты солнцу, на перекрёстках цветут клумбы, а люди улыбаются. Над городом не было защитного купола — только чистое небо, по которому плыли облака.
— Красиво, правда? — спросила мать, идя рядом. — Ты так редко выходишь из академии, совсем забыла, как здесь хорошо.
— Да, — выдавила Ария. — Красиво.
Она чувствовала себя вором, укравшим чужую жизнь. Эта девушка, чьё тело она заняла, была любимой дочерью, талантливой студенткой, счастливой. А она — всего лишь призрак, который должен играть её роль.
Но что-то тёплое всё равно разливалось в груди. Родители рядом. Мать поправляет ей воротник. Отец шутит, что опоздает на совет, если они не поторопятся. Простые вещи, которых у неё никогда не было.
«Я могу остаться», — подумала она. — «Могу забыть ту жизнь. Начать всё заново».
Но чертежи в сумке жгли руку.
---
Академия Высших Искусств выглядела почти так же, как в её мире. Те же башни, те же мраморные коридоры. Но не было серого налёта запустения, не было патрулей с боевыми артефактами. Студенты смеялись, сидя на траве, кто-то играл на лютне, а в воздухе пахло цветами, а не озоном.
— Ария! — кто-то окликнул её.
Она обернулась. К ней спешила девушка в форме академии — с каштановыми волосами и весёлыми зелёными глазами.
— Ты готова? Весь совет уже в сборе. — Девушка схватила её за руку. — Пойдём скорее, я помогу тебе подготовиться.
— Кто вы? — вырвалось у Арии.
Девушка замерла, потом рассмеялась.
— Ты шутишь? Это же я, Мира. Твоя соседка. Мы вместе учимся уже два года. У тебя точно голова не варит перед выступлением.
— Прости, — Ария заставила себя улыбнуться. — Волнуюсь. Пойдём.
Они вошли в главный корпус. В коридорах было людно, но никто не шарахался от Арии, не шептался за спиной. Наоборот, некоторые кивали, желали удачи. Один из преподавателей остановил её, чтобы похвалить последнюю работу.
Это было так непривычно, что у неё кружилась голова.
— Ария, — Мира тронула её за локоть, — посмотри, кто пришёл.
Она кивнула в сторону центрального входа. Там, в окружении свиты, стоял Кассиан Валторский.
Но это был не тот принц, которого она знала.
Этот был с мягкими чертами лица и тёплыми глазами. Он улыбался, что-то говорил спутникам, и в его улыбке не было жестокости. Рядом, как и в том мире, стояли Вивьен, Лоренс, Элиан и Северин. Но они выглядели иначе: спокойные, без той холодной надменности, к которой привыкла Ария.
Лоренс, заметив её, махнул рукой.
— Сольвейг! Удачи на презентации. Говорят, ты там такое сотворила, что у совета волосы дыбом встанут.
— Спасибо, — ответила Ария, чувствуя, как в груди сжимается тревога.
Кассиан посмотрел в её сторону. Их взгляды встретились. Он улыбнулся — тепло, без тени узнавания.
— Мне говорили о вашем проекте, — сказал он, подходя ближе. — Это смелое исследование. Я буду рад увидеть его.
— Ваше высочество, — Ария присела в реверансе, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Надеюсь, оно вас не разочарует.
Он рассмеялся.
— Сомневаюсь. Ваш талант известен всей академии.
Он прошёл мимо, уводя свиту. Ария смотрела ему вслед, и в голове билась одна мысль: «Он не знает. Никто не знает, что они творят».
---
Актовый зал был полон. Ария стояла за кулисами, перебирая в руках чертежи. Её звали на сцену, но ноги не слушались.
— Выходи, — шепнула Мира. — Ты справишься.
Она вышла.
Свет лился сверху, слепил глаза. В первом ряду сидел ректор, члены совета, а за ними
