Сибирь - Настя Полос

Девушка дрожала, как болванчик, раскачивала голову и часто моргала. Леон тем временем принес новый труп, Дмитрий, все понимая, приступил к тому же. Теперь вокруг меня кругом лежали зараженные.

Дмитрий забрал мачете и с легкостью, которая мне не присуща, раскурочил мертвеца.

Привыкшая к подобному смраду, я стойко выносила его, а вот Янис едва сдерживала рвоту. Особенно плохо ей стало, когда лицо покрылось вязкой субстанцией.

Я проделала это с каждым, а потом раздавила сердце над собой, не жалея чистых волос. Втирая пальцами кровь в кожу, я отбрасывала любые мысли, что это и откуда.

— Это поможет? — спросил Макс, домазывая свои руки.

— Не знаю, — честно ответила я. — Мы все равно умрем, а так у нас есть 5 %.

— Ну, 5 % — это не 3 %, — добавил Леон.

Мы повернулись к дороге.

— Какой план?

Леон встряхнул плечами, будто собрался на пробежку. Непринужденность в его взгляде так и кричала, что он жаждет нового приключения. И только я видела, что на самом деле таилось за всем этим. Желание бросить вызов и уже решить, кто чертов победитель.

— Нам нужно пройти эту дорогу, свернуть на развилке и пройти до тюрьмы. Она недалеко, — ответил Дмитрий.

— Тюрьма? — спросила я.

— Да, заброшенная. Там можно переждать.

— И сколько идти?

— Всего в обход час. Мы не хотели туда заходить, но раз выбора нет…

— А по дороге?

По дороге, которую уже заполняли первые ходоки. Мой взгляд уцепился за силуэт Матери, что, прижимаясь к земле, шла впереди. Рядом с ней несколько целителей. Они крутили головами и стрекотали. Искали еду.

Искали нас.

— Десять минут.

Десять минут. Среди стада.

— Может, переждем? — спросила я, хотя и так знала ответ.

— Нет. Днем, когда станет теплее, наш запах слишком усилится, а эта кровь высохнет. К тому же, — Дмитрий повернул голову налево. Среди деревьев уже мелькали десятки силуэтов, — нам уже не спрятаться. Идем.

Мы сделали шаг в неизвестность.

Глава 21

Каждый шаг тяжелее предыдущего. Низ живота залило свинцом, и только усилием воли я волочила ноги. Никто не знал, выберемся ли мы. Сработает ли маскировка. Кто спасется, а кто нет. Никто ничего не знал! Неизвестность смешалась с отчаянным страхом. Хотелось сбежать, только вот куда ни повернись, всюду зараженные.

Я закрыла глаза, когда моя ступня опустилась на покрытую льдом и стоптанным снегом дорогу. А потом поток захватил меня.

Как страшно! Как страшно!

Я не могла разомкнуть веки. Зараженные бились об меня, толкали плечами. Шипели прямо на ухо.

Дмитрий сказал, что мы должны двигаться вперед. Стоять близко нельзя, иначе наши запахи станут слишком сильными. Поэтому мы разъединились.

Нужно идти.

Внутренние уговоры не помогали. Я переступала ногами, страшась увидеть, где нахожусь. Страх был дикий, животный, не зависящий от характера или силы. Он сковывал ледяными пальцами, проникал под кожу, сжимал внутренности. Хотелось спастись, но я знала — это невозможно.

Открой глаза, Елена.

Невнятный голосок сначала слабым колоколом, а потом боем затрещал в голове.

Двигайся, Елена.

Этот голос принадлежал Дмитрию.

Сильному, смелому, всегда держащему лицо перед опасностью. Когда он узнал о стаде, пока шел, ни на секунду не дал понять отряду, что ему страшно. Никаких сомнений и твердость. Он делал это ради каждого из нас.

И если может он, то смогу и я.

Я вспомнила его взгляд перед тем, как мы разомкнули руки и вошли в поток. Он отчаянно не хотел покидать меня и решил раскрыть свой постыдный секрет — Дмитрий до ужаса боялся.

Веки едва-едва раскрывались, вспышками выхватывая образы.

Разложившиеся тела, лишенные конечностей. Некоторые с рваными ранами. Одни в форме аванпостов, другие в охотничьих костюмах, третьи сохранили одежду из прошлых жизней. Некоторые зараженные бежали, другие еле плелись. Они не замечали среди себя чужаков.

Я дала глазам привыкнуть к темноте и начала лихорадочно искать знакомые лица, но никого не увидела. Ни одного силуэта. Может, их уже сожрали? Может, Леон или Дмитрий лежали разорванными на куски?

Я приказала себе успокоиться и двигаться вперед, как велел Дмитрий. Десять минут, и мы будем свободны, десять минут, и вновь, словно ничего не случалось. Мы просто дойдем до тюрьмы. Чуть позже придет Айзек, и мы все вместе пойдем к «Сибири», а потом я…

Меня толкнули. Один из зараженных врезался в меня, и я отлетела в сторону. Тварь не двинулась дальше, а застыла, уставившись на меня пустыми глазами. Из серого рта раздался тихий стрекот. Существо наклонило голову.

Я отвернулась и, тяжело дыша, пошла вперед. Стрекот усилился, но я не оборачивалась. Просто шла.

Послышался женский крик. Янис. Он прилетел откуда-то спереди и тут же затих. Я закрыла глаза, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Почему она кричала? Почему замолчала? Она мертва?

Даже луна скрылась за темными облаками, не желая видеть происходящее. В кромешной темноте я пробиралась вперед. Меня качало в разные стороны, зараженные задевали меня, и в какой-то момент я услышала всхлип. И только потом поняла, что он мой собственный.

Когда мысленный счет дал отметку в десять минут, я увидела ту самую развилку и едва не разрыдалась. Ноги стали такими легкими, они понесли меня, обводя от зараженных. И уже отсюда я видела силуэты в ночи.

Четверо! Все! Все здесь.

Я вышла из потока и ускоренно пошла вперед.

Дмитрий и Леон стояли рядом, и я, не разбирая, кинулась на них двоих, прижимая две высокие фигуры к себе.

— Эй, ну что ты раскисла? — заговорил Леон насмешливым голосом. — Ты теряешь лицо.

А сам гладил меня по волосам.

— Все хорошо, — шептал Дмитрий на ухо. — Ты спаслась. Все хорошо.

А потом он отстранился и посмотрел вперед, проверяя, нет ли зараженных на нашем пути. Когда Дмитрий отошел, я увидела Янис и вспомнила о ее крике. Я приблизилась к девушке.

Ее шапка сползла на бок, волосы спутались. Кожа и губы цвета снежного покрова. Взгляд отсутствующий, направленный в сторону.

— Янис? — подходя, спросила. — Ты кричала, в чем дело?

— Я просто столкнулась с зараженным, — все также глядя в сторону, произнесла она бесцветным голосом. — Испугалась.

Леон уже стоял с нами и недоверчиво смотрел на девушку. Потом и вовсе нахмурился.

— Эй.

— Я же сказала! — Она резко повернулась к нему. — Все в порядке!

— Нам надо идти.

Дмитрий внимательно смотрел на нас, изучая каждого. Остановился на мне. А потом развернулся и пошел вперед.