Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына! - Адриана Вайс
Потому что как только мы подъехали к заставе, посыльные, вернулись посыльные, отправленные в Снежный Пик. И их бледные ошеломленные лица не выражали ничего хорошего.
Глава 28
– Рассказывайте! – коротко бросает Бьёрн.
Разведчики растерянно переглядываются, после чего один выезжает вперед и докладывает:
– Господин Бьёрн, гайденмаркцы пробрались в Снежный Пик!
– Что?! – ревет Бьёрн, – Как это возможно?
Я, ничего не понимая, тоже прислушиваюсь к их разговору. Никогда прежде наши соседи не забирались так далеко. Обычно они ограничивались близлежащими деревнями и селами. В большие города они заходить опасались. А Снежный Пик – это не просто большой город, это практически крепость. И тот факт, что внутри оказались гайденмаркцы, просто ошарашивает.
– Не можем знать, господин, – склоняет голову перед Бьёрном разведчик, – Буквально за пару часов до нашего приезда, стражники обнаружили группу противников, которые занимались тем, что по всему городу создавали тайники с оружием. Скорее всего, они планировали большое нападение. Когда их обнаружили, они вступили в бой. Погибло несколько гражданских…
Лицо Бьерна перекашивает от раздражения, и он разворачивается к Фрее.
– Ты! Как получилось так, что мы сделали все, что ты сказала, но не успели схватить этих диверсантов?!
Фрея выдерживает его яростный взгляд и спокойно отвечает:
– Потому что это не те диверсанты, которые нам нужны.
– Как это не те? – рычит Бьёрн, – А что тогда насчет этих? Ты не могла сказать, что есть еще кто-то? По крайней мере, мы бы могли предупредить стражу Снежного Пика,чтобы не допустить бессмысленных смертей!
Я даже вздрагиваю. Но не от яростного голоса Бьёрна, а от того, что в первый раз стала свидетельницей того, как он печется о жителях Фростланда. Причем, печется явно не на публику – среди своих бойцов ему притворяться нет никакой нужды.
И это вгоняет меня в ступор.
Он всерьез переживает о бессмысленных жертвах, но выгоняет на улицу свою жену, сразу после родов. Даже не заботясь о том, что она может погибнуть по дороге… Как это уживается в его голове?
– Господин Бьёрн, – откликается Фрея, в голосе которой чувствуется легкое недовольство, – Я уже объясняла вам, что мой дар работает не так, как себе это представляют. Я не могу просто пожелать, чтобы он показал мне какие-то конкретные события. Не меньше вашего я сожалею о людях, которые погибли. Но правда такова, что здесь я ничего не могла сделать. Я вижу только определенные судьбы и то, что им сопутствует.
Бьёрн задерживает на ней долгий напряженный взгляд, будто сомневаясь в правдивости слов предсказательницы.
– Господин Бьёрн, – тем временем, отвлекает его разведчик, который и принес эти прискорбные новости, – Есть еще кое что…
– Что же? – разворачивается Бьёрн к нему.
Разведчик почему-то кидает в мою сторону затравленный взгляд, и мое сердце снова камнем летит вниз. Мне до жути не нравится этот взгляд – в нем читается и сожаление и сочувствие.
– Вы просили проверить пекаря Сигурда, что в восточной части города…
– Ну? – наседает на него Бьёрн в нетерпении.
– Дело в том, что именно недалеко от этого места все и произошло. Те гайденмаркцы, которым удалось уйти, забаррикадировались в этой пекарне. Когда страже удалось прорваться и перебить их всех, оказалось, что Сигурд вместе со своей женой уже мертвы. Эти ублюдки не пощадили их. Мои искренние соболезнования, госпожа…
Последние слова разведчик произносит, повернувшись ко мне, вот только я их уже практически не слышу.
Все окружающие меня звуки сливаются в одно гудящее эхо.
Сердце, которое и так уже лежит неподвижно у моих ног, покрывается сетью глубоких кровоточащих трещин.
А пустое место, которое осталось после него в груди, занимает отчаяние.
Как… как это могло произойти?
Это должен был быть мой спасательный круг. Я должна была скрыться от Бьёрна со своим сыном в самой далекой части страны. Где мы бы спокойно жили, забыв обо всех трудностях и мучениях.
Но, вместо этого, единственное место, где я могла скрыться от Бьёрна, разрушено. Люди, которые могли меня приютить, убиты, а Брэндон и Уго пропали. Зато меня нашел Бьёрн. И пусть он пока не знает, кто я на самом деле, если вспомнить слова Фреи, это лишь вопрос времени.
Рано или поздно Бьён обо всем догадается.
И тогда, я навсегда потеряю своего малыша.
Перед глазами все кружится и мелькает. Я запоздало пугаюсь, что вот-вот упаду в обморок.
Вдруг, моего локтя касается чья-то крепкая мужская ладонь. Проморгавшись и сделав глубокий вдох, я заставляю себя очнуться и опускаю взгляд. Твердой рукой меня под локоть поддерживает подъехавший ближе Бьёрн.
Всем телом вздрагиваю не то от его прикосновения, не то от такой опасной близости. Заметив это, Бьёрн отстраняется.
– Я искренне сожалею о вашей утрате, – глядя мне в глаза, отзывается он, – Поверьте, если бы у меня была возможность предотвратить этот ужас, я бы сделал все от меня зависящее. Скажите, есть еще кто-то в Снежном Пике, кто мог бы вас приютить? Или же, это были единственные ваши близкие?
В горле появляется гигантский ком, мысли с трудом ворочаются. Я не представляю что делать и куда мне податься. Все деньги я отдала Уго, чтобы он приготовил зелье. Сейчас у меня с собой осталась какая-то жалкая мелочь, которой едва хватит на один-единственный постный обед. Кроме того, я никого не знаю в Снежном Пике.
– Нет… – эти слова царапают мне горло больнее, чем плоды заморского дуриана, проглоченные вместе с кожурой по незнанию, – У меня больше никого не осталось…
Глава 29
Я едва сдерживаю слезы, которые готовы прорваться наружу. Мои слова встречает гробовая тишина. Я чувствую на себе сочувствующие взгляды, но мне от них становится только хуже.
– Тогда, сделаем следующим образом, – властный голос Бьёрна разрывает полог гнетущей тишины, – Вы поедете с нами и останетесь в заставе до тех пор, пока мы не разберемся с врагами или пока не отыщем ваших пропавших друзей.
Я вся сжимаюсь в комок от его слов. От одной мысли, что я буду находиться круглосуточно рядом с Бьёрном сводит меня с ума.
Нет… ни за что…
– Не волнуйтесь за меня, я справлюсь. Позвольте мне только взять лошадь, чтобы добраться до Снежного Пика,
