Сотворить судьбу - Лия Виата

— Да, это довольно близкие значения.

За поворотом опять раздался шум.

— Стойте. Вам туда нельзя! — крикнул стражник, но незваный гость его не послушал.

Девушка с длинными каштановыми волосами и таким пышным платьем, что оно напомнило Адель карету, подбежала к столу.

— Ран, спаси меня! — воскликнула она и повисла у него на шее.

На Адель нашло дикое раздражение. Девушку она узнала сразу. Канаири из Кане была уготована участь раздора и она отлично справлялась со своей судьбой. Фил определено ухватил кусок, который не сможет прожевать. Она чувствовала, как от рогатой красавицы исходят волны хитрости и самовлюбленности. Почему вообще Фил в неё влюбился?

Раниир отстранил её от себя.

— Помниться, я уже просил соблюдать приличия, — жестко обратился к ней он.

На глазах девушки выступили слезы. Адель знала, что Канаири заметила её, но упорно продолжала игнорировать.

— Да, я знаю. Прости. Просто дело очень-очень срочное. — Канаири сложила руки в молящийся жест.

Адель хмыкнула.

— В таком случае предлагаю обратиться к Филу. Он из кожи вон выпрыгнет, чтобы помочь тебе, — холодно сказала она, даже не собираясь вникать в проблему.

Девушка, наконец, посмотрела на неё, злобно прищурившись.

— Мы знакомы? — спросила она.

— К счастью, нет, — ответила Адель и встала.

Настроение у неё стало совсем уж плохим.

— Я пойду к себе, — быстро добавила она, не дав Ранииру ничего сказать.

Он её не остановил. Она дошла до входа в замок, поняла, что забыла взять с собой коробочку и решила вернуться за ней. Это стало одной из самых больших ошибок в её жизни. Завернув за угол она увидела, как Канаири сидит на коленях у Раниира и целует его в губы. Только начавшая образовываться земля под её ногами рухнула. По телу расползся холод. Ей отчаянно захотелось исчезнуть. Если это означает слово «нравиться», то осознанно ощущать его на себе она больше никогда не станет. Адель развернулась и побежала прочь из замка, не взяв с собой ровным счетом ничего.

Глава 27

Если раньше ей казалось, что она задыхается, то теперь это чувство стало совсем невыносимым. Мир снова утратил все свои краски. Хотелось заснуть и никогда больше не просыпаться.

Адель без сил упала на колени и свернулась калачиком на сухой земле. Как же плохо быть бессмертным существом. Она закрыла глаза, пытаясь подавить очередной приступ боли, но быстро сдалась. Её унесли видения боя, боли и криков. Нет, этот мир изменить нельзя. Жестокость и насилие будут процветать до тех пор, пока по земле ходят разумные существа. У круга нет начала и конца, но есть судьба, определяющая вектор направления и этот мир идет по пути разрушения.

Адель почувствовала мягкое прикосновение к своим волосам и распахнула глаза. Пейзаж перед ней изменился. Всё запорошило снегом, из-под которого торчали голые деревья. Холода она не почувствовала. Видимо, снова окоченела изнутри.

— Поспи ещё. Ты слишком устала, — сказал мягкий переливчатый голос, который Адель из будущего моментально узнала.

Она подскочила и посмотрела на Снежку. Выглядела сестра не так, как обычно. Её длинные золотые волосы лежали в беспорядке на снегу, зеленые глаза потемнели, а короткое серое платье совсем не шло, да и было слишком тонким для зимы.

— Кто ты? — настороженно спросила прошлая Адель.

Девушка улыбнулась шире и положила ледяную руку ей на щеку.

— Ты позвала меня и я пришла. Теперь всё будет хорошо, — ответила она.

У неё перехватило дыхание от осознания и ужаса. Она отстранилась от девушки и отползла чуть в сторону. Та в ответ продолжала улыбаться, но глаза у неё стали холодными, как сталь.

— Ты — тень мира, — утвердительно сказала Адель.

Снежка кивнула.

— А ты его боль и надежды. Тебе долго пришлось страдать в одиночестве, но всё уже почти закончилось, — с печалью в голосе отозвалась она.

— Ты уничтожишь мир? — спросила Адель.

— Нет, у круга нет начала и конца. В этот раз у существ не получилось создать такой мир, чтобы мы не появились на свет. Теперь нам нужно исполнить своё предназначение. — Снежка встала и протянула ей руку.

— Предназначение? Я всё это время только страдала! — Адель оттолкнула её руку и поднялась на ноги.

Лицо Снежки исказило от боли.

— Я знаю. Ты не видела меня, но я всегда была рядом в ожидании твоего окончательного решения. Мне плевать на этот мир. Я не вижу ни его красоты, ни необходимости в существовании, поэтому ты должна была либо призвать меня, либо отвергнуть. Ну раз уж я уже здесь, то они все поплатиться за содеянное, — кровожадно произнесла она.

Адель передернуло. Она много думала про уничтожение мира, но только столкнувшись с его тенью поняла, что это будет означать для других. Перед глазами всплыло лицо Раниира. Вскоре по её вине всё, чем он дорожит умрет, ровно как и он сам.

— Погоди, может…

— Нет! Ты не заслужила тех мучений, которым они тебя подвергли. Теперь я могу помочь тебе и сделаю это любой ценой. Так будет правильно и справедливо. Я родилась ради этого, — жестко и непреклонно сказала Снежка.

Адель не смогла возразить ей. По щекам у неё потекли холодные слезы. Лицо сестры смягчилась.

— Подожди ещё совсем чуть-чуть. Моя армия почти готова к финальному походу. — Она осторожно стерла слезу с её щеки, потом развернулась и ушла.

Адель задрожала. Действительно ли это правильно? Её заполнили воспоминания о всех агониях последних лет. Да, этот мир жесток. Возможно даже настолько, чтобы… Её размышления прервала мелодия из воспоминаний, которую она не сразу узнала. Так играла коробочка, которую ей показал Раниир за последним завтраком. Нежная музыка заставила её расплакаться ещё больше.

— Ты говорил, что изменишь мир, так почему он только приблизился к гибели?! — отчаянно выкрикнула она в пустоту.

В её голове начали возникать образы о красоте ночного неба, тепле чашке супа, радости от восхода солнца и любви Раниира. Сейчас она окончательно поняла, что успела полюбить его. Пусть ненадолго, но он стал тем лучом света, что вытащил её из темноты. Если миру вскоре придет конец, то он должен узнать об этом.

Адель собрала остатки сил и, утопая в сугробах, пошла к замку. Ещё издалека она заметила изменения. Дом Раниира оказался наполовину разрушенным. Тут и там лежали обломки и тела. Война усугубилась. Она почти успела дойти до ворот, когда стража заметила её и направила оружие.

— Стоять! — рявкнул один из мужчин.

Она послушалась.

— Меня зовут Адель. Передайте Ранииру, что я вернулась, — попросила она, дрожа от накатившего холода.

Стражники не сдвинулись с места.