Я буду нежен - Лена Хейди
— Понимаю, — отозвалась я. — Нам надо поговорить с тобой, Дайрон, и я тебе всё объясню. Но только не здесь. Я опасаюсь прослушки.
— Да, конечно, — закивал парень.
— А до этого прошу тебя лишь об одном: воздерживайся от поспешных выводов, ладно? Ты единственный, на кого я здесь могу положиться. И меня очень ранит твоё отношение, когда ты начинаешь изображать из себя ледяную статую. Особенно после всех тех ласковых слов, что ты мне говорил, — объяснила я.
— Прости, — он виновато поцеловал мои коленки прямо через одежду.
— Не понимаю, как ты умудряешься входить в комнату именно в самые щекотливые моменты, — усмехнулась я. — То я таблетки в руке сжимаю, то шипованный ремень, то дубинку. Или гаремник мои туфли лобызает, пока я ужинаю.
— Так получается, — пожал он плечами, немного помолчал и добавил: — Знаешь, чего я боюсь?
— Что я откажусь от тебя, верну обратно в Центр? — предположила я.
— Нет, — покачал он головой. — То есть да, и это тоже. Но ещё я волнуюсь из-за того, что на тебя накатит очередная ломка, очень сильная, и она тебя сломит. Ты позовёшь Дану и согласишься на её условие: обменять меня на таблетки. Я не позволю никому делать меня постельной игрушкой, даже на одну ночь.
— Об этом не волнуйся, я никому тебя не отдам! — твёрдо пообещала я. — В крайнем случае даю тебе разрешение на твоё усмотрение в любой момент вызвать мне бригаду скорой помощи. Пусть снимают эту ломку капельницами. Но больше никакого миктина!
— Ты ангел, — шумно выдохнул девальрон.
— Составишь мне компанию за ужином? Еду принесли на двоих, — махнула я на стол. — Я Араю предлагала присоединиться, но он стушевался и сказал, что не голоден.
— С удовольствием, — расплылся в улыбке Дайрон.
Оставив на моих губах нежный мимолётный поцелуй, он сел за стол рядом со мной и приступил к еде, не забывая ухаживать за мной, подкладывая в мою тарелку самые вкусные кусочки.
— Прости за вопрос, но зачем Арай твои ноги лобызал? — не сдержал любопытства Дайрон.
— Пока тебя не было, мы с ним поговорили. Я спросила его, чем бы он занимался, если бы не был рабом. Он сказал, что художником. Я распорядилась, чтобы он передал Конору мой приказ купить для Арая краски, кисточки, бумагу, мольберты и всё, что нужно для рисования. Сказала, чтобы Арай сам составил список. Ну, он и обрадовался, да так сильно, что полез под стол, — улыбнулась я.
— Понятно, — хохотнул Дайрон. — А для чего тебе это? Ну, его картины? Или ты просто захотела его поощрить за былые заслуги?
— Да, и поощрить тоже, — отозвалась я. — Но вообще я хочу посмотреть, как он рисует. Может, какими-то картинами можно будет украсить этот унылый особняк. Но главное — надо прикинуть: вдруг художественные творения Арая начнут пользоваться спросом на рынке? Попробуем их продавать. Разумеется, шестьдесят процентов прибыли пойдёт художнику.
— Правда? Это очень щедро, — с изумлением уставился на меня Дайрон. — Ты хочешь, чтобы твои гаремники начали зарабатывать?
— Пусть у них будет накоплен хоть какой-то капитал и созданы источники дохода, когда… — осеклась я, раздумывая, стоит ли озвучивать свои планы.
— Когда что? — заинтригованно уточнил Дайрон.
— Когда я дам им свободу, — заявила я.
Из рук Дайрона выпала вилка.
— В смысле свободу? Ты не шутишь? — ошарашенно уставился он на меня.
— А что, это похоже на шутку? — вскинула я бровь. — Правда, всё осложняется тем, что мои гаремники официально оформлены на моего отца. Надо найти способ, чтобы министр Ланир переписал их на моё имя. И тебя тоже.
Дайрон уставился на меня так, словно увидел привидение.
— Я потрясён настолько, что даже не знаю, какой вопрос задать первым… — пробормотал он с ошалевшим видом. — Ты планируешь дать свободу не только своим гаремникам, но и мне? Девальрону? Но это невозможно, ты понимаешь? И почему ты назвала своего отца так отстранённо — «министр Ланир»?
— А разве он не министр? — попыталась вывернуться я. — Довольно вопросов, Дайрон. Я и так сказала больше, чем нужно. Поговорим потом.
— Понял, — согласился мой телохранитель, не сводя с меня изумлённых глаз.
Глава 40
Прогулка
Натали
Слова Дайрона о том, что дать вольную девальрону невозможно, меня расстроили. Но в душе всё же теплилась надежда: вдруг есть исключения из правил?
— Госпожа Ланир! — после стука в дверь в комнату вошёл блондинистый главврач, Рон Лейсон.
— Что-то случилось? — напряглась я.
— Нет-нет, не подумайте ничего плохого! — вскинул руки Рон. — Я лишь хочу провести быстрый плановый осмотр, чтобы убедиться, что вы в порядке. Вижу, что вы поужинали, леди Ланир. Это замечательно! Как себя чувствуете? Слабость? Тошнота? Головокружение?
— Всё замечательно, спасибо, — честно отозвалась я, позволяя рассмотреть свои зрачки, после чего открыла рот для проверки языка и горла.
Руки врача легко прошлись по моей шее, потом за ушами и забрались в подмышечные впадины, прощупывая лимфатические узлы.
Дайрон наблюдал за всеми манипуляциями с видом недовольного дракона, у которого нагло тискают его сокровище.
Потом надо мной поводили сиреневым кристаллом, и Рон с облегчением выдохнул:
— Да, всё замечательно. Давление, температура, сатурация в норме. Предвестников нового приступа пока нет.
— Скажите, госпоже уже можно совершать прогулки? — уточнил Дайрон.
Видимо, он с нетерпением ждал, когда можно будет отвести меня в надёжное место без прослушки и выяснить все назревшие вопросы.
— Да, это будет полезно для её здоровья, — кивнул медик.
— Значит, можно её вывезти развеяться — на пару часиков перед сном? — спросил Дайрон.
— Не дольше, — с осторожностью согласился врач. — И, леди Ланир, я хочу сообщить вам о том, что ваш отец распорядился о проживании медбригады в вашем особняке.
— Надолго? — нахмурилась я.
— На пару дней — точно. Потом посмотрим, — отозвался Рон.
Ладно, придётся смириться. В моей ситуации лучше не нарываться на отцовский гнев.
Кстати, через два дня — празднование дня рождения Даны. Не знаю, в каком
