Аленький злобочек - Светлана Нарватова
“Любезная Марфа Ивановна,
ежели после всего произошедшего Кузьма Кузьмич осмелится появиться у вас на пороге – гоните его в шею! И впредь, уж будьте умницей, кандидатур такого истерического склада нам не предлагайте.
Что же касается Медведева Платона Алексеевича, буде он захочет нанести нам еще один визит, я не имею ничего против. Только дайте ему понять, что говорить этот господин будет только со мной. Настасья Степановна видеться с ним не желает”.
Отдав записку, Степан Гордеевич застыл перед лестницей на второй этаж дома, тяжко вздохнул и стал подниматься. Надо бы ещё Петьке распоряжение не забыть отдать, когда вернётся. Как бы это к новому неприятному разговору не привело… Но это уже завтра будет, не раньше.
Дочку он нашел в горнице, склоненною над книгой, только видно было, что книгу ту она не читала, думала о своем, подперев нежно-розовую щечку маленьким кулачком.
Умытая Настя была хороша, как тихая заря после ночного шторма. Степан Гордеевич вначале хотел отчитать ее для порядка, но поневоле залюбовался.
А может ну их, этих женихов заонежских? Свезти Настасью в столицу, там всяко и выбор побогаче, и развлечений поболе. И чем навь не шутит, может статься, что по достоинствам своим Настасья Степановна Букашкина и благородным женихам за радость.
– Кхм, кхм, – для солидности прочистил горло купец. – Дочь моя… кхм… Настенька, принял я решение по поводу твоих женихов.
Настасья, аж подпрыгнула.
– Кузьмин? Или тот… второй?
Степан Гордеевич только головой покачал.
– Ты, дочка, присядь, разговор у нас долгий.
Настасья на кушетку села, а сама знай поясок в руках теребит, волнуется. Пришлось руку сверху положить успокаивающе.
– Чувствую я, что Кузьма Кузьмич тебе не по нраву. Я и сам присмотрелся, понял отчего. Женская интуиция – дело тонкое.
Руки Настасьи вздрогнули, и она то ли пугливо, то ли с надеждой вскинула глаза.
– Значит…
– И молодому Медведеву я тоже отказал. Кавалер, конечно, собой видный, семья состоятельная, но не по твою он душу.
– Медведев… Вот оно что…
– Ты не подумай, не из-за той давней истории…
– Из-за какой истории? – вполне искренне спросила дочка, и Степан Гордеевич проклял свой длинный язык.
Вот старый дурень! А ещё с бородой…
Пришлось рассказывать.
– Соседка наша, Марья Михайловна, невестой ведь мне была… до твоей матушки…
– И отчего дело разладилось? – с женским любопытством спросила Настасья, казалось, позабыв о своих собственных горестях.
– Надобно было мне в плавание одно отправиться по торговым делам, больше тогда некому было. Ждать обещалась, платочек на память дала. А вернулся я, матушка мне и сказывает, что женихи к Марье чуть ли не каждый день шастали. Она все перебирала, пока не нашла одного побогаче меня.
– Как же так, батюшка, от слова своего отступиться?
– Да я что, я без претензии, с пониманием. Каждая рыба ищет, где глубже… Если бы не жадность Медведевская, не встретил бы я твоей матери. Все то оно к лучшему. Платон Алексеевич к нам ведь не по жениховскому делу, а по царскому наказу с проверкой. Мне скрывать нечего, пусть смотрит, только вот до тебя я его не допущу – нечего приличной девице мозги пудрить. Дела свои в Заонеже закончу, и через несколько дней поедем с тобой в столицу, тамошних женихов посмотрим.
Настя
Настасья злилась на себя, но с мыслями своими непослушными ничего не могла поделать. И ведь всерьез обрадовалась, надеждой воспылала, когда батюшка объявил, что принял решение о ее судьбе.
«… или тот второй?»
Тьфу! Стыд-то какой!
Знала же, что зелье приворотное еще не выветрилось, а все одно не сдержалась.
Медведев – красивая фамилия, звучная. Имя бы разузнать. Но, хвала Макоши, выдержки хватило у отца не переспрашивать – а то бы сейчас совсем пакостно было.
Настасья Медведева…
Замечтавшись, девушка застыла у зеркала и, только задев краем глаза свое отражение, встрепенулась. Выражение было преглупое…
Тьфу! И еще раз тьфу!
Расширенный Справочник по декохтам сообщал, что зелья приворотные действуют от одного дня до седмицы. У Настасьи шли уже вторые сутки, но облегчения она не чувствовала.
Зелейница вздохнула – тратить день на противоядие не хотелось. Не то чтобы ей
