Строптивая в Академии. Практика истинной любви - Ольга Грибова
Но хотелось понимать Кати, хотя бы иногда. Вот только в мыслях царила непривычная тишина. Это сбивало с толку. В какие-то важные моменты я по старой памяти замирала, ожидая реплики-реакции от сателлита, но было тихо.
В итоге мы договорились об условных знаках, которые Кати будет подавать, когда я ее вижу. Один щелчок клювом означает «да», два — «нет». Негусто, но хоть что-то.
Второй проблемой были мои вещи, а точнее, как их забрать у Вэйда. Желательно, не встречаясь с парнем.
Я не придумала ничего лучше, как проникнуть к нему в комнату, пока его нет. План был так себе. Вэйд вполне мог перенастроить замок, чтобы он не реагировал на меня. Но я рискнула проверить. Невозможно ходить все время в одежде подруги! И учебники с тетрадями тоже не помешает вернуть.
Я пробралась на этаж золотокрылых парней днем, когда все были на занятиях. Пришлось прогулять лекцию госпожи Эрей. Надеюсь, она меня простит и поймет, как женщина женщину. Чего не сделаешь ради чистого белья!
Приложив руку к дверному полотну, я застыла в ожидании. Щелк — замок среагировал на меня, и дверь открылась.
— Чирик! — удивилась Кати, сидящая у меня на плече.
В последнее время я все чаще ее призывала, восполняя нехватку в общении. Ну отвыкла я от тишины.
— И не говори, — пробормотала я. — Сама в шоке.
Далеко не всегда мне были нужны слова, чтобы понимать Кати. Все-таки она — мой сателлит, часть меня. Мы отлично знаем друг друга.
Осторожно приоткрыв дверь, я заглянула в комнату. Никого. По моим сведениям, сегодня кураторов первых курсов вызвал ректор для дачи дополнительных инструкций. Это займет Вэйда до обеда, у меня есть время, чтобы забрать вещи и сбежать. Осталось только их найти.
Я вошла в комнату и осмотрелась. Что-то не видно моего саквояжа. Надеюсь, Вэйд не выбросил его, как это сделала когда-то Грэйс. Я покосилась на мусорное ведро возле двери. Оно было слишком маленьким, чтобы вместить все мои пожитки, но кое-что мое там все же лежало. Подвеска в виде золотой птички.
— Чирик… — расстроилась Кати.
— Не переживай, — я погладила ее по перьям. — Это всего лишь украшение. Вовсе не значит, что он выкинул тебя на помойку.
Все же Кати здорово привязалась к Вэйду. Кулон, похожий на нее, в мусорном ведре вызывал неприятные ассоциации.
Я поспешила найти свои вещи, пока Кати окончательно не расклеилась. Как ни странно, они лежали ровно там, где я их оставила. На тех же полках, в тех же ящиках. Словно Вэйд ждал моего возвращения с минуты на минуту.
Кулон в ведре, вещи на местах. Похоже, он сам не определился, чего хочет. Чтобы я ушла из его жизни или чтобы осталась.
Побросав все в саквояж, я поспешила уйти. Уверена, Вэйд еще не скоро заметит пропажу. Если только он не заглядывает каждый вечер в ящик с моим бельем. Ох, даже думать не хочу, зачем ему это делать.
Учеба. Я решила сосредоточиться на ней. Когда голова занята магическими формулами, нюансами заклятий и подготовкой к специализации, не до парней. К тому же снова началась отработка на разных кафедрах. Это тоже отвлекало.
Первый раз получив назначение, я открывала конверт дрожащими руками. Что Вэйд мне приготовил? Не удивлюсь, если в отместку он снова поставил меня на чистку загонов. Так сказать, окунул в навоз. Отработка как раз должна быть на кафедре Природников.
— Приручение единорога, — значилось на моем листе.
Да ладно! Я перечитала свое назначение раз десять, не меньше. Мне не померещилось? Из всех возможных вариантов мне достался лучший. Быть того не может!
Сокурсники смотрели с завистью. Я совершила ошибку, прочтя назначение вслух. Вокруг тут же начали шептаться.
Трина и та не удержалась от вздоха:
— Повезло тебе… единорог… А мне попался шипастый пифон. Потом еще неделю буду иголки выковыривать из разных мест.
— А что ты хотела? — толкнул ее в боке Тронт. — Принц бережет свою принцессу.
Он шутил по-доброму, но мне все равно было неловко. Все были уверены, что мне досталось лучшее назначение не просто так, а из-за близости с куратором.
С тех пор так и повелось — Вэйд ставил меня на самые интересные и простые работы. Это вызывало пересуды. Ирис вовсе в открытую заявила, что куратор — мой покровитель. Друзья и те начали коситься неодобрительно. Я не понимала, чего Вэйд добивается. Хочет уничтожить мою репутацию окончательно? Это такая месть? Что ж, надо отдать ему должное — она работала.
С момента обратного обмена сателлитами мы с Вэйдом не общались. Если и пересекались, то случайно. Бывало, столкнемся в столовой или в библиотеке, но я тут же сбегала.
Слишком дорого мне обходились наши встречи. Ловить на себе жадный взгляд Вэйда… ощущать, как его тень падает на меня, словно он сам прикасается… чувствовать, как собственное сердце едва не выпрыгивает из груди… Все это выматывало.
В столовую я теперь ходила одной из последних. Уже после того, как золотокрылые, поев, ее покидали. Поначалу это работало. Вэйд и сам предпочитал держаться от меня подальше. Даже есть стал у себя.
Я вздохнула с облегчением. Так будет лучше для нас обоих. И только я расслабилась, как все резко изменилось. Вэйд не просто вернулся в столовую, он стал нарочно задерживаться. Не ел, а просто сидел и смотрел на меня. Откинувшись на стуле, сложив руки на груди, сверлил тяжелым взглядом.
А у меня кусок в горло не лез. Как есть, когда тебя буквально препарируют? Пришлось стать непредсказуемой и менять график посещения столовой наобум. И снова это работало недолго. Вэйд вскоре тоже сменил тактику и просто оставался в столовой на все время завтрака, обеда и ужина.
Еда превратилась в пытку. Входя в столовую, я первым делом ощущала его взгляд и невольно смотрела в ответ. На миг мы оба замирали, а потом я резко отворачивалась, зная, что он продолжает смотреть. Хоть бросай есть, честное слово!
Но столовая была не единственным местом мучений. Куратор первого курса кафедры Менталистики неожиданно воспылал невероятной ответственностью к своей должности. Вэйд посещал занятия курса, ходил с нами на отработки, лично следил за нашими успехами. И смотрел. На меня.
Все это он делал, соблюдая дистанцию. Он не приближался ко мне, не пытался заговорить, вообще
