Босс-альфа для помощницы с тайной - Алиса Буланова
— Может, вы с Юлей поживёте у нас какое-то время? — спрашиваю я, когда мы собираемся вчетвером за одним столом. Юля пожимает плечами и бросает вопросительный взгляд на маму.
— Не думаю, что это хорошая идея, — отвечает та, опустив глаза.
Снова у неё это выражение лица. И покраснела до кончиков ушей. Откровенно говоря, мне нравится такая её реакция на меня. Внутри появляется какое-то позабытое чувство восторга и лёгкости. И я хотел бы поддаться ему…
— Валентина, я знаю, вы очень щепетильны и не любите создавать проблем другим. Но мы с Егором сами предлагаем это. Мало ли что взбредёт в голову Артуру? Если я что и знаю о нём, так это то, что он не привык слышать слово «нет».
— Дело вовсе не в щепетильности. Жить с омегами в одном доме не так просто, как вам кажется.
— О, не рассказывайте мне об этом. Я, если вы помните, был женат. Так что я прекрасно отдаю себе отчёт, насколько моя жизнь изменится.
Не знаю, что так действует на неё: моя настойчивость или упоминание моего брака. Но Валентина как-то мрачнеет. Потом просит прощения и выходит из-за стола. Юля провожает её задумчивым взглядом до уборной.
— Ну, что за упрямица, — вздыхаю я, пригубив вина. — Я ведь просто хочу сделать как лучше.
— Вы правда не понимаете, почему она отказывается? — спрашивает меня Юля.
Я немного напрягаюсь. Она что-то знает? Мы некоторое время смотрим друг на друга напряжённо. Потом она поворачивается к Егору и говорит ему что-то быстро и неразборчиво.
— Дядь, мы пойдём ко мне в комнату, в видеоигры поиграем, — произносит Егор с беспечной улыбкой. Я же ощущаю, словно разрушил всю атмосферу вечера.
Не то чтобы я совсем не понимал Валентину. Я вижу, что интересен ей. И для неё это не просто интерес. Должно быть, было трудно преодолеть все внутренние барьеры и противоречия. Меня и самого влечёт к ней. Однако я не знаю, как относиться к этому влечению. Вероятно, я бы предпочёл остаться просто её другом. Тогда мне бы не пришлось чувствовать вину перед Леной.
Валентина возвращается минут через пять, и я с тревогой всматриваюсь в её лицо. Глаза кажутся красными. С длинной чёлки, которую она обычно зачёсывает назад, стекают капли воды. Выдыхаю, понимая, что она просто умывалась. Если подумать, то сегодня она выглядит иначе. Кажется, даже сделала макияж. Мне становится ещё более неловко.
— Я прошу прощения, что вспылила, — произносит она своим обычным деловым тоном.
— Да ну, бросьте. Вам совершенно не за что извиняться, — качаю головой я.
— Мне приятно, что вы заботитесь о нас с Юлей, — продолжает она. — Но у каждого личные границы. Надеюсь, вы понимаете…
— Конечно. Простите меня за настойчивость.
После взаимных извинений мы возвращаемся к еде. Напряжение больше не висит в воздухе, однако я чувствую, что дистанция между нами увеличилась.
— А ребята где? — спрашивает она, нервно оглядываясь по сторонам.
— Ушли в комнату к Егору. Позвать их назад? — я тянусь к телефону. Мне и самому хочется, чтобы кто-нибудь уже ворвался в наш картонный диалог с какой-нибудь живой историей.
— Всё нормально, — останавливает меня Валентина. — Они ведь взрослые. Раз захотели уйти, то незачем возвращать их.
— Вы правы, наверное, — я смиренно вздыхаю, осознавая, что после знакомства с Валентиной и Юлей стал мягче в отношении Егора.
И, как ни странно, после того как я ослабил свою бульдожью хватку, мой племянник не пустился во все тяжкие, а, напротив, стал принимать более осознанные и взрослые решения. Быть может, дело в том, что у него появилась ответственность за омегу, которую он любит. А может быть, дело действительно в свободе, как и говорил мне наш семейный врач.
— Я очень благодарен вам за всё, — неловко говорю я, глядя куда-то в сторону. — За то, что вы делаете для компании и за то, что присматриваете за Егором. И если я вдруг чем-то вас обидел, мне очень жаль.
Мне хочется снова стать к ней ближе, преодолеть черту, что она провела между нами. Не знаю, возможно ли это.
— Вы не сделали ничего дурного, — Валентина прикрывает глаза и вздыхает. — Просто я в вас…
Кажется, сердце пропускает удар. Но за секунду до чего-то судьбоносного у Валентины Сергеевны звонит телефон. Она бросает взгляд на экран, зачем-то прикрывая его от меня ладонью, и хмурится.
— Это Артур? Хотите я поговорю с ним? — тут же подключаюсь я. Она качает головой и поднимается.
— Ничего такого. Но нужно ответить, чтобы решить некоторые организационные моменты.
Она выходит в гостиную. Я провожаю её взглядом. Кажется, только что она собиралась сказать мне что-то важное. Хочется узнать, правда ли этот звонок не опасен. Но я не знаю, будет ли правильным вмешиваться.
Глава 29
— Спасибо, что встретили в аэропорту, Георгий Александрович, — представитель наших китайских партнёров протягивает руку для рукопожатия. — С нетерпением буду ждать завтрашних переговоров.
Я улыбаюсь в ответ и киваю. На самом деле, лично в аэропорт я поехал, потому что найденный нами переводчик отказался в последний момент из-за дурного самочувствия. И, как выяснилось, у нас в компании никто кроме меня больше не владеет китайским. Но этот альфа неплохо говорит по-русски, так что мне не стоило так сильно беспокоиться.
Мы прощаемся в лобби отеля и расходимся. Смотрю на часы и раздумываю, стоит ли возвращаться в офис. Рабочий день почти закончился, но остались кое-какие дела. Вдруг замечаю знакомый силуэт на выходе. Валентина Сергеевна спешно покидает отель. Я хочу окликнуть её, чтобы поздороваться. Однако вижу, что Артур следует за ней.
В голове возникает много вопросов. Почему они здесь вдвоём? Почему Валентина ничего мне не сказала? Что-то неприятное сворачивается внутри — не то обида, не то ревность. Нет, я не претендую на место альфы Валентины. Но я убеждён, что она не должна быть с Артуром.
Быстрым шагом иду на парковку. Беспокойство за мою горе-помощницу только нарастает. У авто Валентины между ней и Артуром завязывается спор. Он угрожает и грубит, не желая просто так сдаваться. Меня охватывает злость. Какая-то первобытная и дикая. Словно бы кто-то покусился
