Будни (не) типичной адептки - Эми Эванс

До женского общежития мы неслись на невиданной скорости. Я даже не знала, что умею так быстро бегать.

— А за нами что, ректор гонится? — поинтересовалась я у министерского работника, который бежал впереди.

— Если бы гнался, уже бы догнал, — доверительно сообщили мне, даже не обернувшись.

— А тогда почему мы бежим? — опешила я.

— Как почему? — переспросил проверяющий, резко останавливаясь.

Да так, что я едва в него не врезалась. Чудом успела вовремя затормозить.

— Для создания нужной обстановки, — все же пояснили мне, — Все адепты же бежали. А от общего стада выбиваться нельзя. То есть, — тут же поспешил исправиться он, — Из общей массы выделяться нельзя.

М-да, странная у него логика какая-то.

— Ну что, побежали дальше? — обернувшись ко мне, поинтересовался Вейланд фон Соммер.

Понятно. Это не мне выделяться из общей массы нельзя. Это кто-то продолжает молодость свою вспоминать. Вон как глаза светятся озорным блеском.

— Вы бегите, — любезно разрешила я, — А я уже дошла. Вот же женский корпус общежития, — кивнула я за спину проверяющего.

Мужчина обернулся, чтобы удостовериться в моих словах. Удостоверился, потом кивнул каким-то своим мыслям и резко шагнул в мою сторону, сокращая между нами расстояние.

— А что это вы делаете? — протянула я с подозрением.

Странный он какой-то. Смываться надо отсюда, пока не поздно. И, как назло, вокруг ни души.

Пока я тревожно косилась по сторонам, Вейланд фон Соммер успел сделать еще один шаг ко мне. И резко схватил ничего не понимающую меня за подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом.

Надеюсь, он меня не прикопать в местном парке собрался?

Как оказалось, нет.

Меня легко чмокнули в губы и тут же отпустили, отступая на два шага.

И как это прикажете понимать?

Пока я стояла и растерянно хлопала глазами, беспомощно открывая и закрывая рот, сотрудник министерства по-мальчишечьи усмехнулся и заявил:

— А это, адептка Соррель для того, чтобы вам больше в голову не приходило намекать на мой престарелый возраст.

— Э-э-э…

— Глубокомысленное замечание, — хмыкнул он в ответ, — Идите в общежитие. Сегодня комендант пускает до полуночи. Еще немного, и вы опоздаете.

Едва услышав это, я тут же сорвалась с места и поспешила к входу в башню.

Кого вообще волнует первый в жизни поцелуй, когда на горизонте перспектива остаться ночевать на улице с возможностью нарваться на преподавателей?

Глава 17

Следующий день начался для моих новоиспеченных однокурсников не самым лучшим образом. И глядя на их страдальческие зеленые лица, я даже порадовалась, что огненную настойку попробовать не успела. Как оказалось, Закари Хант выражался отнюдь не фигурально, когда говорил, что это убойная вещь.

И пока я с довольным видом уплетала свой законный завтрак, четверка первокурсников смотрела на меня с крайне недовольными лицами.

— Всем привет, — синхронно произнесли двойняшки, приблизившись к нашему столу.

Однокурсники скривились от громкого звука, но возражать против увеличения нашей компании не стали.

— Ну как, вы ходили вчера на вечеринку? — шепотом поинтересовался Марк.

— Ходили. Но лучше бы не… — начал было делиться впечатлениями Дилан.

Но тут же оказался перебит Гвеном:

— То, что было на вечеринке, остается на вечеринке. Нужно было с нами идти. А теперь-то чего вопросы задавать?

— Вы какие-то недружелюбные, — протянул в ответ Марк.

— Они просто после вчерашней настойки отойти не могут, поэтому такие буки. Не обращайте внимания, — произнесла я, улыбнувшись двойняшкам.

А что? Новая академия, новая попытка наладить социальную жизнь и не остаться за бортом в гордом одиночестве.

А еще бы желательно попытаться не обращать внимания на четыре недовольно сверлящих меня взгляда.

И мой план, видимо, сработал. Потому как сестра-близнец Марка повернулась ко мне и с дружелюбной улыбкой на лице протянула руку, представляясь:

— Меня зовут Моника.

— Кассандра, — произнесла я в ответ, с довольным видом пожимая девичью ладонь.

А потом перешла к краткой сводке новостей о вчерашнем вечере.

— Мы там от силы полчаса пробыли. Кто-то успел продегустировать огненную настойку, — кивнула я в сторону сокурсников, — А потом всех разогнал ректор. Даже до церемонии посвящения в адепты добраться не успели. Так что, можно сказать, ничего интересного вы не пропустили.

— Ректор разогнал? — удивился Марк, — И сильно вам влетело?

— Да вообще не влетело, — отмахнулся Гвен, — Он никого поймать не успел, мы все раньше убежали. Правда, Кассандру и Беатрис где-то потеряли. Кстати, вы как до общежития добрались?

— Нормально добрались, без приключений, — буркнула непривычно притихшая соседка по комнате, цвет лица которой все больше напоминал кактус.

Кстати, о том, каким образом юную леди фон Маейр транспортировали к общежитию, соседка даже мне утром не призналась. Стыдно стало, наверное. Зато и мне вопросов лишних не задавала, чему я малодушно порадовалась. Потому что о своих приключениях рассказывать я тоже была не готова.

Тут перед нашим столиком внезапно оказался Закари Хант.

— Что, малышня, плохо себя чувствуете? — насмешливо поинтересовался адепт.

И получил в ответ три насупленных и недовольных рожицы. А вот четвертая потребительница студенческого пойла неожиданно сменила цвет лица с зеленого на красный и устремила свой взгляд в тарелку, к которой она даже не притронулась.

Так-так-так, очень интересно.

— Ладно, я сегодня добрый, — хмыкнул адепт Хант в ответ на хмурые взгляды первогодок и выудил из сумки несколько звенящих склянок, — Анти-похмельная настойка. Пейте и помните мою доброту, — пояснил он, опустив склянки на стол.

Сокурсников просить дважды было не нужно, и стоило Закари Ханту покинуть нашу скромную компанию, как они тут же разобрали склянки и залпом осушили их.

— Какое блаженство, — выдохнул Гвен.

— Я, наконец, чувствую хоть что-то помимо головной боли, — отозвалась довольно Пелагея.

— А еще нам, кажется, уже пора идти. Скоро начнется вступительная речь ректора, и все покидают столовую, — заметил Марк.

Медлить действительно не стали. И пока остальные отскребали себя со своих мест, я наспех дожевала булку и бодро подскочила, устремляясь к выходу.

Сегодня нас ждет учеба. Наконец-то!

Сейчас только немного ректора послушаем, и сразу отправимся грызть гранит науки.

Собрали всех адептов в большом зале, где и должен был выступать демон со своей речью. Именно его выступлением и открывался официально новый учебный год.

Ждать нам пришлось недолго, и вскоре ректор появился на постаменте. Поприветствовал всех и перешел непосредственно к делу.

Речь, к слову, была самая банальная. Примерно такая же, какую толкал наш ректор в моей родной академии каждый год. Вот и сейчас демон уповал на наше здравомыслие, говорил, что мы гордость и надежда нации, должны быть прилежными, не ударить в грязь лицом. И