Подарок судьбы - Мартиша Риш
За спиной шорох и брань. Я ступила на линии пола, словно расчерченные острым ножом. Как тут красиво, как хорошо. В само тело пробирается теплом ласковый свет, и тут я увидела впереди источник всего. Словно то самое сердце, ту огромную теплую душу, которая меня создала. Ярким пятном по центру сияет колодец. И манит, манит, манит меня как мотылька на свой желанный ласковый свет. Скинула домашние туфли и снова побежала по шершавому полу, по пути скинув платье. Так и должно быть, я обязана в него прыгнуть нагой. Такой, какой я пришла в этот мир.
Остановилась лишь на секунду у самого края и опрометью бросилась вниз, в этот старый как мир колодец. Растворилась в нем, обретя единство с великой силой, забыла даже как дышать. Нет больше моего усталого тела, не ноет ушибленный локоть, расслабилась шея. Я лечу куда-то, я плыву, я порхаю. За спиной прекрасными лепестками что-то будто бы распустилось. Совсем как цветок огня. Перед внутренним взором замелькали чужие лица. Все, как одно, похожие на меня. Девушки, девочки, взрослые женщины. У каждой своя судьба, все они разбросаны по разным мирам, все черпают силу из этого колодца. Кто толстым канатом, а кто шелковой нитью. А он так скучал, так мечтал, чтоб хоть одна из нас поскорей его навестила, окунулась, слилась. Так скучал, что даже заболел немного, хотел перейти в какой-нибудь другой мир, где, таких как я, много. Да только рассеяны мы так далеко друг от друга, что у него ничего не вышло. А ниточки эти совсем как почта. Связь, конечно, есть. Но ему так невыносимо, до боли хотелось кого-то из нас покачать в своих объятьях, попугать своей властью, пошалить, поиграть. Не по связи, а вот так, лично.
Смена картинок, и я вижу прекрасных драконих. Их уже нет, это все в прошлом. Я такая же, как они. Золотая, сильная, яркая. Могу оборачиваться туда, а потом обратно. И так великое множество раз, бесконечность. А змеи на стенах будут служить мне навечно. Хранители рода, хранители моей семьи.
Новые образы. Мужчины тоже могут иметь оборот. Вот только он у них выходит бескрылый и совсем не такой красивый. И глаза у них горят просто желтым, а не таким васильково-синим как у меня.
— Пора, девочка, пора, — раздалось у меня в голове на грани сознания, — приходи еще, но не слишком часто. Я буду скучать. Я буду ждать тебя и тех мужчин, которых ты привела сюда за собой сегодняшней ночью. Царапни им руки, пусть капнут в колодец свою кровь, я должен как следует запомнить ее вкус, чтоб не навредить потом ненароком, если они придут сюда без тебя.
Неведомая сила толкнула меня куда-то наверх, совсем как младенца толкает к первым шагам его мать. Вынырнула и сделала острый глоток сумасшедше сладкого, пряного воздуха этой пещеры. Змеи скользят, причудливо переплетаясь, встают порой в замысловатые стойки, всматриваясь в меня и в мужчин. Золотом полыхают символы пола. С каким невообразимым счастьем я распахнула свои великолепные крылья и пронеслась прямо под потолком, рождая воздушные вихри, причудливо щекочущие мою чешую. Виктор выглядит осунувшимся и усталым. В источник ему нельзя, я сама могу только чуть напоить его огнем магии.
Спикировала на каменный край колодца, маню обоих золотыми когтями. Отшатнулись, испугались, идти не хотят. Притянула их золотистым лассо из огненной силы, которая так красиво искрится и сияет на их черных мантиях. Упираются как бычки на веревках. Еле-еле отняла от тела руку прекрасного незнакомца, поцарапала самую малость коготком и окропила источник. Виктор протянул руку сам, его кровь пролилась туда же.
Теперь можно идти на поверхность, прочь из этого места, отдыхать. Свой долг я исполнила, как подобает. И как я только раньше могла даже не знать о нем? Тело теряет восхитительный облик, растворяются мои чудесные крылья, кожа теряет свою чешую, хвост перестал уравновешивать тело, исчез, растворился.
— Отнесите меня в замок, — большего сказать не могу, засыпаю. Но, точно, уверена, что мою просьбу исполнят. И я попаду в ту просторную спальню на самой вершине одной из башен моего замка.
Глава 14
Виктор
Милена потрясающе легко вырвалась из моих рук и побежала на свет, словно только он и может ее спасти. Мы поспешили следом. На редкость неудобная обувь и длинный подол мешают бежать, и ведь туфли не скинешь — слишком много острых камней.
Погоня закончилась в зале, полном огромных змей. Каждая держит свой факел в кольцах. Тут я понял окончательно, что нервная система мне изменила, и начался или бред, или галлюцинации. Замер, чтобы не натворить дел, пока разум ко мне не вернулся, и постарался бесстрастно наблюдать. Вот девушка с разбегу нырнула в колодец, полный огня, вот змеи нас окружили. Это всего лишь бред, просто нужно оставаться на месте, замереть. Может, на самом деле я уже, вообще, нахожусь в больнице под присмотром санитаров. Из колодца под потолок вылетел ослепительно прекрасный золотой дракон и, словно птица, ищущая свободы, заметался под потолком. А красивые у меня глюки, прямо гордость берет. Дракон тем временем опустился на пол и начал подзывать коготком меня и парня в балахоне к краю колодца. Бред не бред, а подходить отчаянно страшно. Тут не то, что интуиция вопит не лезть, тут угасающий разум не дает сделать шаг. Я с парашютом в первый раз и то прыгал охотней. Плечи сжало веревкой и меня потащило вперед. Значит, все же дурдом и смирительная рубашка, допрыгался. Когда когтем дракониха располосовала запястье парню, я лишь утвердился в своей догадке. Точно, больница, делают забор крови, а значит, сопротивляться не надо, надо стараться вести себя спокойно и подчиняться требованиям персонала, какой бы облик он сейчас ни принимал в моих бредовых видениях. Если мне очень повезет, то это всего-навсего действие какого-нибудь препарата, и оно довольно быстро пройдет. Надо только потерпеть и переждать. Вот уже и Милена приобрела человеческий облик. Отлично, значит, дело пошло на лад. Интересно, с какого момента я перестал адекватно воспринимать реальность и что в действительности успел натворить.
— Отнесите меня в замок.
Угу, значит, звуковые галлюцинации так и не исчезли, только со зрением стало получше. Ну уже что-то.
Девушка начала оседать на пол, я неловко ее подхватил. Кто знает, что происходит на самом деле.
— Держи ее платье.
— Помоги натянуть, мне самому никак, она уснула, похоже.
С огромным трудом нам удалось вдвоем
