Развод для попаданки, или Верните мне дракона! - Матильда Старр

Девушки вели меня по длинным коридорам, где-то вдали играла музыка, с каждым шагом становясь громче, – томные переливы арфы смешивались со сдержанным рокотом виолончелей, легкими вздохами флейты и трепетными аккордами клавесина.

Красиво… И очень знакомо.

Не так уж этот мир и отличается от нашего, если присмотреться.

Князь действительно ждал меня – у гигантских резных дверей из черного дерева, украшенных серебряными драконами. Все-таки драконы в этом мире играют важную роль – надо бы разобраться какую…

Мои девушки исчезли, оставив нас с супругом наедине.

В парадном мундире из черного бархата, расшитого серебряными нитями, он казался воплощением самой ночи – опасной и неотразимой. В темных глазах отражались огни факелов. Он был красив так, что больно смотреть.

За всю свою долгую прошлую жизнь я ни разу не влюблялась в плохих парней – и очень этим гордилась. Считала это своим личным достижением. Помню, даже говорила подругам: «Зачем влюбляться в плохих, если вокруг полно хороших?»

И что же теперь? Это наказание за самонадеянность? Так не вовремя настигшая карма?

Похоже, девушки не зря старались: мой новый образ произвел впечатление на князя. Он смотрел на меня так, будто видел впервые. Восхищенно, почти голодно. Я хорошо знала такие взгляды, не раз ловила на себе в молодости. Только вот внимание князя сейчас совсем не радовало… Какое лицемерие – смотреть так на женщину, которую собираешься лишить буквально всего!

– Ваша светлость, – проговорила я, заставляя губы растянуться в безупречно холодной улыбке.

Мне ведь велели улыбаться всем одинаково? Так почему супруг должен быть исключением?

– Моя княгиня, – ответил он, и в его низком голосе я уловила едва слышный хрип.– Вы выглядите… – он замолчал, не закончив.

– Прекрасно? – подсказала я.

– Опасно, – поправил он.

Я уже собиралась спросить, что он имеет в виду, но двери перед нами распахнулись, впуская волну теплого воздуха, пропитанного ароматами жасмина и дорогих духов.

Я сделала шаг вперед и застыла, ослепленная сиянием тысячи огней. Над головой раскинулось черное бархатное небо, усыпанное незнакомыми звездами, такими яркими, что казалось: кто-то проткнул темноту тысячами игл.

А под ногами… Под ногами тоже были звезды… черный мрамор с вкраплениями светящихся кристаллов – будто мы шли по ночному небу. Красиво, черт возьми! На мгновение я даже забыла обо всех бедах и трудностях, что свалились на мою белокурую голову, очарованная этой удивительной иллюзией. Но это длилось совсем недолго.

Гости обернулись к нам единым движением. Сотни глаз – оценивающих, любопытных, а то и откровенно враждебных. Интересно, те самые «дочери лучших домов» уже здесь? Присматриваются, готовятся занять мое место… Впрочем, сейчас я уже была готова уступить им это место без драм и сожалений. Вопрос лишь в том, куда после этого денусь я сама

– Великий драконий князь Айсгерд Нортвальд дер Эльдфалльхейм с супругой! – объявил глашатай.

Вот и познакомились! Только вот имя князя оказалось несколько… замысловатым. Я сразу же прониклась уважением к глашатаю, который произнес его без запинки. Вот уж не знаю, смогу ли я это когда-нибудь повторить. Да и будет ли такая необходимость?

Как только прозвучало имя князя, ночь вспыхнула тысячей огней. Теперь уже не было видно звезд – ни над головой, ни под ногами…

Зато я куда лучше смогла разглядеть столы. Не сдержала нервный смешок: расставлены буквой «П», прямо как у меня на юбилее. Места во главе центрального стола были свободны, а два здоровенных кресла, больше похожих на троны, недвусмысленно намекали: тут положено сидеть именно нам.

Так и вышло: мы заняли вакантные места, оказавшиеся весьма неудобными и твердыми. Я-то еще кое-как устроилась, пышные юбки компенсировали каменную твердость сидений, а вот завидовать князю не стала бы. Впрочем, и сочувствовать тоже. Нет мне никакого дела до его задницы!

Гигантские кресла – неплохая придумка. Таким образом между нами с князем было достаточное расстояние, чтобы не касаться друг друга, и все же мы сидели близко, чтобы все видели: да, мы все еще супруги.

Пиршество выглядело поистине по-царски. Тяжелые серебряные блюда с окороками, покрытыми румяной корочкой, целые осетры в винном соусе, пироги с затейливыми узорами из теста, заливные в форме замковых башен… В огромных мисках дымились похлебки, с ними соседствовали фаршированные щуки, устрицы на подушке из дробленого льда, омары с кораллово-красными панцирями, мидии в чесночном соусе. Тут и там возвышались фруктовые пирамиды… Слуги в ливреях с фамильным гербом словно тени сновали между столами и ставили все новые и новые блюда, хотя и имеющихся было более чем достаточно.

Да уж, теперь понятно, что значит «повар расстарался»…

Однако долго рассматривать кулинарное великолепие я не стала. Куда интереснее были почетные гости, которые сидели за нашим столом. Правитель южного княжества – массивный, как гора, – казалось, заполнил собой все пространство между резными подлокотниками своего кресла. По сравнению с ним даже мой князь выглядел вполне аристократично. Смуглая кожа, черная густая борода, горящий взгляд из-под темных же бровей… Встреть я такого на улице в своем мире – тут же постаралась бы перейти на другую сторону. Да и в этом мире столкнуться с южным князем на узкой дорожке не хотелось бы. Я даже с сомнением покосилась на своего все еще супруга: эй, а мы точно уверены, что с этим парнем можно дружить?

Впрочем, тут же отвела взгляд.

Какое мне, собственно, дело? Вряд ли после обряда и изгнания из замка мне будет до политики. Так что я перевела свой взгляд на спутницу южного князя, скорее всего жену. Темноволосая и бледная, как фарфор, на фоне своего внушительного супруга она казалась совсем тростинкой. Белые шелковые одежды были многослойными и смотрелись очень богато, хоть и совершенно не походили на платья, в которые рядились наши дамы, да и я сама тоже… На мгновение я даже почувствовала себя неловко: слишком уж откровенным выглядело на этом фоне мое алое платье с глубоким декольте.

Но тут же гордо выпрямилась.

Вот еще – смущаться! Уверена, настоящая княгиня сейчас бы подумала что-то вроде: «Если ей пришло в голову замотаться в простыню – это не моя проблема!»

Остальная делегация была не столь интересна, потому что явно состояла из военачальников – об этом свидетельствовали орденские ленты, обильно украшенные всякого рода медалями и знаками отличия.

Князь поднял кубок и провозгласил:

– За союз наших народов и мудрость правителей! Пусть наши внуки вспоминают этот день как начало долгого мира.

И тут же словно по команде все зазвенели кубками, а потом уже и столовыми приборами. Пир начался.