Строптивая в Академии. Практика истинной любви - Ольга Грибова

— Чье имя было в конверте, который ты забрал у Эрей? — спросила я. — Ведь не мое. Не могли меня избрать принцессой.

— Какая разница? — пожал Вэйд плечами.

— Это обман! — возмутилась я.

— Принц имеет право выбрать принцессу. По-моему, все справедливо.

С ним невозможно спорить! На все у него есть ответ и, разумеется, последнее слово должно остаться за мажором.

— Ты невыносим, Даморри! — вынесла я вердикт.

— У меня есть имя.

— Хочешь, чтобы я называла тебя Вэйд? — мои брови приподнялись от удивления.

Но имя прозвучало. Даже сказанное шепотом, оно произвело эффект взорвавшейся шутихи. Мы оба вздрогнули.

— Повтори, — судорожно сглотнул парень.

И я, впервые повинуясь его желанию, произнесла:

— Вэйд.

Кто бы подумал, что простое имя, произнесенное вслух, способно буквально закоротить реальность. Словно это не имя вовсе, а какое-то заклинание. Неосторожно сказанное, оно перебросило нас в другую вселенную, где были только мы.

Нет, краем сознания я понимала, что мы все еще в бальном зале. Вокруг полно людей. Мы танцуем вместе с парами принцев и принцесс, и просто с другими студентами. Но все это отдалилось и стало неважно.

Мы остановились. Время остановилось. Вэйд смотрел на меня. Я — на него. И точно знала, что он собирается сделать. Поцеловать меня. При всех! Но, черт возьми, я не планировала этому помешать. Не в тот момент.

Вэйд наклонился ближе. Еще немного — и… музыка стихла, мелодия закончилась, и в этой внезапной тишине раздался треск рвущейся ткани.

Удивительно, до чего громким может быть звук. Особенно в зале с хорошей акустикой. Все тут же отреагировали, повернувшись на шум. Нас с Вэйдом это спасло от роковой ошибки. Мы тоже непроизвольно оглянулись, а дальше застыли с открытыми ртами. Собственно, как и все в зале.

Грэйс все-таки стала звездой вечера. Не совсем так, как планировала, но это уже нюансы. Треск исходил от ее платья. Несчастное все-таки не выдержало и разошлось по шву прямо на девушке, как раз когда Грэйс прогнулась назад в объятиях Адэйра, пригласившего ее на танец. Это движение должно было эффектно завершить танец. Что ж, эффект превзошел все ожидания.

В итоге танец вылился в позор. Если в гостиной все сдержали смешки при появлении располневшей Грэйс, то сейчас не смогли. Это было выше их сил.

Зал наполнился смехом. Студенты хохотали, указывая пальцем на Грэйс. Одна я даже не улыбнулась. Я хотела отомстить и вот, моя месть свершилась. Но почему на душе так паршиво? Может, потому что мне отлично известно, каково это — быть на месте Грэйс.

Затравленный взгляд «сестры» пробежался по залу. Она искала путь отступления, но нашла меня. Я единственная не смеялась. И это помогло ей сделать очевидный вывод о том, кто виноват в ее позоре.

Забыв о порванном платье, Грэйс устремилась ко мне.

Студенты отскакивали с пути Грэйс, ведь она шла напролом. Не отойдешь — растопчет. Дураков связываться с разъяренной фурией не нашлось. Кроме одного.

Грэйс уже была на подходе, буквально в нескольких шагах от меня, когда Вэйд заслонил меня собой. Просто взял и шагнул вперед, встав между мной и угрозой. Мы с Грэйс обе удивленно моргнули. Ни я, ни она не ожидали такого от Даморри. Мы в принципе не привыкли, что кто-то вмешивается в наш конфликт.

Увы, тот факт, что Вэйд принял мою сторону, лишь сильнее разозлил «сестру». Она не стала тратить время на выяснения отношений. Приблизившись, сразу замахнулась для удара:

— Гадина!

Но попытка обогнуть Вэйда потерпела неудачу. Он отбил ее руку еще до того, как та достигла цели — моей щеки. Всегда говорила — надо бить кулаком. Хороший хук не факт, что остановишь, а пощечину — легко.

Не дожидаясь следующего замаха, я прямо из-за плеча Вэйда оттолкнула Грэйс подальше. Чтобы не упасть, ей пришлось попятиться назад. Теперь, когда дистанция между нами увеличилась, я уже не сомневалась — если будет рукопашная, моя возьмет. И даже Вэйд в качестве поддержки не потребуется.

Не добившись успеха физически, Грэйс перешла на словесную перепалку:

— Ты заняла мое место! — выкрикнула она. — Ненавижу тебя!

Очевидно, речь шла о принцессе бала, но не только. Я давно замечала, как отчаянно она ревнует отца ко мне. Ведь мне он уделял время, а ее как будто не существовало. Я стала гранту Арклею больше дочерью, чем она. Меня бы такое тоже бесило.

Но грант Арклей не единственный, кого ревновала Грэйс.

— Не смей танцевать с моим спутником. Вэйд пришел на бал со мной! Это я — королева, — не унималась она.

— Вообще-то выбирали принцессу, — напомнила я.

— Успокойтесь обе, — вмешался Вэйд.

Но мы с Грэйс одновременно рявкнули:

— Помолчи!

Когда девушки ругаются, парню лучше не встревать. Ему же хуже будет.

Тем временем вокруг нас образовалось свободное пространство. Студенты встали кругом, оставляя нам место. Кажется, все надеялись на драку. Отличное окончание бала, зрелищное.

— Не знаю, как ты этого добилась, но потолстела я из-за тебя, — обвинила Грэйс.

— А ты наслала на меня заклятие холода, использовав мою вещь, — не осталась я в долгу. — Я всего лишь ответила любезностью на любезность.

— Чего? — вытаращилась она. — Совсем с ума сошла? Не стала бы я об тебя руки марать.

— Я нашла свою вещь у тебя!

— Ты влезла в мою комнату?

Грэйс аж красными пятнами пошла от злости. Я смотрела на нее и понимала — не врет. За три года я неплохо узнала «сестру». Она своими пакостями гордилась и никогда их не скрывала. Получись у нее крупно насолить мне, она бы не стала отрицать.

Но бюст был в ее комнате! А еще там был шип Криса, который он якобы дал Грэйс по ее просьбе. А если не давал? Если он принес шип сам, когда Грэйс не было, и сотворил заклинание тоже без ее участия?

То, что бюст висел в шкафу, странно. Прятать что-то в собственной комнате даже для Грэйс нелогично. Мою вещь как будто скрыли, в том числе от хозяйки комнаты. Она могла и не знать, что прибито к задней стене ее шкафа.

К тому же у Грэйс была возможность взять любую мою вещь перед тем, как выкинуть мой саквояж на помойку. Зачем было корячиться и снимать бюст с люстры? Все эти детали не сходились.

Я скользнула взглядом по толпе. Крис вернулся из сада и теперь стоял у дальней стены, сложив руки на груди. Поймав мой взгляд, он невесело усмехнулся, как будто говоря: «Догадалась…»

Я как будто прозрела. Золотокрылые не дружат. Они не