(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов - Мила Синичкина

— Вот, — оттягиваю высокий ворот платья, еще одна причина, по которой я его надела с высокой прической, — смотрите, что сделал ваш руководитель, — Сесил стремительно бледнеет. — Я полагаю, после такого поступка можно лично объясниться с девушкой, даже если это всего лишь один из ваших драконьих способов заключить договор!

Глава 21

Знала бы, сразу показала свою шею, потому что наконец — то дело сдвинулось с мертвой точки. Друг Александра явно не разделяет его мнения держать меня подальше и помогать по мере надобности и сил, а потом когда — нибудь, очевидно, ближе к концу года подстроить случайную встречу для жреца и общественности.

Про срок в год я тоже узнаю не от правителя, а от Сесила. Спасибо, хоть так.

Правда, на вопрос об укусе он не стал вдаваться в подробности, все норовил отвести взгляд. И такая реакция вызывает во мне нехорошие подозрения. Сдается мне, это не какой — то особый древний способ заключить договор.

— Дворец, леди Мортимер, — с плохо скрываемой радостью оповещает Сесил.

Я утомила его расспросами, да и не очень приятно отдуваться за друга.

— Благодарю, — подаю руку дракону и с достоинством выхожу из кареты, ловя на себе удивленный взгляд.

Этот тоже считал, что я представляю собой кого — то вроде неотесанной деревенщины, никогда не бывавшей в обществе аристократов?

— Придется подождать немного, я должен найти Александра, — говорит Сесил, предлагая мне присесть в одной из просторных гостиных. Во дворцах ведь тоже гостиные? Или они здесь называются как — то по — другому? Вот чего я действительно не знаю, того не знаю. — Он в последнее время очень занят для всех, теперь — то я понимаю, почему.

— Без проблем, — киваю и беру с журнального столика кем — то оставленную книгу, — я могу почитать, не беспокойтесь.

— Конечно, можете. Вам принесут закуски, я распоряжусь.

— Лучше найдите Александра, я не голодна.

— Как скажете, леди, — кивает Сесил и наконец — то уходит.

А я остаюсь наедине с книгой.

— «История сотворения мира по версии Гидеона Первого», — читаю название и невольно усмехаюсь. — Что ж, и какова твоя версия, Гидеон?

Слог у автора оказывается легким и я, неожиданно для себя, увлекаюсь. Хотя написанное больше напоминает хорошо проработанную фантазию, утверждающую что существует множество несвязанных миров, и все они образуют Вселенную. А наш мир и жизнь на нем образовалась благодаря Солнцу, а не магии и богам.

Гидеон считал, что наша земля буквально соткана из частиц, захваченных Солнцем, владеющим в свою очередь ничем иным, как силой притяжения. Хм, должно быть, очень мощной силой притяжения, раз оно смогло заставить раз за разом двигаться вокруг себя, дабы эти частицы образовывались в скопления, соединялись и росли.

Но само собой все это произошло не за один год и даже не за одно десятилетие. Понадобилось огромное количество времени на этот процесс.

Что интересно, Солнце в теории Гидеона также выступает величиной непостоянной, а образованной, просто гораздо раньше в результате большого взрыва, а затем точно такого же притяжения и вращения.

Тогда возникает вопрос, а что было еще раньше? И что у нас с жизнью? И откуда пошла магия и боги? Тоже притянулись к нам откуда — то?

— Дорогая, здравствуйте, а вы новенькая, да?

К сожалению, меня отвлекают от книги, приходится оторваться и поднять взгляд на моложавую женщину. По такой никогда сразу не скажешь, сколько ей лет, ясно только что точно давно не восемнадцать, глаза и сеточка тоненьких морщинок вокруг них выдают прожитые годы.

— Здравствуйте, — вежливо киваю, не считая нужным подниматься ради приветствия. Понятия не имею, кто эта дама, но я и без статуса невесты Александра по праву рождения выше большинства. — Интересный у вас вопрос, но не совсем понятный. Новенькая для чего?

— Для придворной жизни, конечно, — отвечает женщина и присаживается рядом со мной. — Меня зовут Анна, я вдовствующая баронесса Дервиджа. Обычно я помогаю девочкам освоиться здесь. А где ваши родители? Вы сирота? Дебютанток предпочитают сначала представлять на балу, а потом уже оставлять жить в стенах дворца ради поиска выгодной партии. Вы, конечно, мечтаете о муже, да, дорогая?

Столько информации выливается на меня разом, я аж теряюсь на несколько секунд. Настораживает, что при всей кажущейся доброжелательности глаза баронессы остаются холодными, словно пытающимися просверлить дырку в моей голове, чтобы разобрать ее содержимое на части и выкинуть за ненадобностью.

Жутковатые ассоциации возникают в моем разуме, но после прочтения теории о том, что наша земля образовалась из кусочков, крутящихся вокруг Солнца, ничего удивительного.

— Эм, я сирота, это верно, — киваю. — Но я не дебютантка, и мне не нужно жить во дворце, у меня прекрасное поместье в городе, и там гораздо более уединенная и уютная атмосфера. Правда, книги не такие интересные, — прижимаю труд Гидеона Первого к груди. — Но я, пожалуй, попрошу Александра одолжить мне почитать.

— Александра? — Анна чуть ли не давится воздухом. — Дорогая, ты про нашего правителя?

— Полагаю, да. А во дворце много Александров? Я искренне считала, что это редкое имя.

— Агнесс?! Что ты, вы здесь делаете?! — восклицает как раз тот самый Александр, прерывая наш уютный диалог с баронессой.

— Приехала к своему жениху, ваше величество, — поднимаюсь на ноги и растягиваю губы в счастливой слегка придурковатой улыбке, которая должна быть у каждой юной дурочки при взгляде на повелителя драконов по мнению общественности. — Вы ведь одолжите книгу? Очень она мне понравилась!

Вытягиваю перед собой фолиант Гидеона и искренне наслаждаюсь шокированными лицами дракона и его гостьи.

Глава 22

— Конечно, Агнесс, — первым, ожидаемо, отмирает дракон, — в вашем распоряжении вся библиотека дворца. Пройдемте со мной, обсудим наедине наши, кхм, вопросы.

— Ваше величество, — меня опережает баронесса, — я могу сама заняться девушкой, не пристало вам тратить на нее время, — произносит она с придыханием и своим пышным плечом как бы невзначай оттесняет мою тщедушную фигуру назад.

— Я очень ценю ваше рвение, Анна, но я сам справлюсь, — Александр решительно шагает ко мне, минуя преграду в виде баронессы. — Идемте, Агнесс, — предлагает мне свой локоть, — обсудим ваши предпочтения в литературе.

— О, меня очень увлек этот труд, — киваю на книгу в руке, — сначала написанное показалось фантазией, а потом я стала сомневаться. Да и узнать, что там напечатано дальше, очень хочется.

— Этот бред читает мой друг Сесил, — кривится Александр, — он тоже отчего — то