Постучи в мою дверь, любовь - Лина Коваль

– Здесь даже поставить их не во что, – сокрушается, после того как я отпускаю.

– Блин, забыл, – хитро улыбаюсь, оперативно скидывая ветровку и подцепляя футболку со спины.

– Что?

– Еще ведь открытка есть.

– Открытка? Где? – повернувшись к букету, проходится пальцами по белоснежным астрам и пытается отыскать. – Я не заметила… Может, забыли?.. Или выпала…

Скинув брюки, трусы и носки, откидываю одеяло и тоже без официоза устраиваюсь сверху.

– Вот моя открытка, – снова целую, заводя хрупкие ладони ей за голову. – Люблю тебя, Астра Авдеева.

– Ты хитрый, Кир, – она озорно смеется между поцелуями. – А что, если проснется?..

– Ладно, – ворчу, прикрывая свой голый зад одеялом. – Мы вполсилы.

– Вполсилы?.. Это как?..

– Сейчас увидишь.

Спускаюсь ниже и осыпаю поцелуями тонкую шею и плечи, покрытые милыми веснушками. Сдвигаю сорочку и ласкаю сводящие с ума своей остротой соски. Тороплюсь. Задираю подол и оглаживаю живот, бедра и ноги.

Жена тоже включается.

Астра не из тех девушек, которые отличаются показной сексуальностью. Огонь в ней определенно есть, но он только мой. В нужный момент всегда вспыхивает как надо.

– Кирилл, – она требовательно хрипит, пальцами проверяя на прочность мои волосы.

Отведя тонкую полоску шелковых трусов, впиваюсь в податливую влажность ртом. Алгоритм моих действий давно отработан. Язык гуляет по клитору в определенном, заданном темпе, ладонями развожу стройные ножки пошире.

Когда стоны моей дрожащей супруги, становятся все выразительнее, накрываю ее приоткрытый рот ладонью.

– Вполсилы, Ась, – поднимаю на нее глаза из-под одеяла.

Она кивает и зажмуривается, прикусывая нижнюю губу. Красивая и отзывчивая. Откинувшись на подушку, мощно выгибается, кончая долго и сладко. Я с каким-то маниакальным удовольствием выпиваю ее оргазм и быстро подтягиваюсь, заменяя пальцы членом.

Цветы с грохотом валятся на пол.

– Это вполсилы, Авдеев? – слабо выдыхает Ася.

– Да-а, так планировалось, – хриплю, пытаясь сконцентрироваться на собственных ощущениях для быстрой разрядки.

Яйца вот-вот лопнут, члену так тесно и горячо, что я уже даже не против прямо сейчас. Когда жена красавица, скорострелом быть не стыдно. Прижав все еще дрожащие ноги к мягкому животу, вминаюсь в соблазнительное тело, совершаю контрольный выстрел. Смотрю вниз… туда, где порочно сдвинут шелк, и издаю природный, животный рык, чувствуя ошеломительный взрыв внутри.

Наполняю жену своим семенем.

Одеяло почти слетает, но Ася все контролирует.

– Хорошая открытка, – улыбается.

Как только перекатываюсь на матрас, не успеваю даже отдышаться – дверь, ведущая во вторую спальню, распахивается, а комната заполняется солнечным светом.

– Мама, папа, уже утро наступило! – орет Марго. – Ого, а этот ведь мне?.. – видимо, замечает цветы.

– Твою мать, – блаженно откидываюсь на подушки. – Вот это самооценка, дочь, – тихо изрекаю.

Астра поправляет сорочку и привстает.

– Это папа мне подарил, – звонко произносит.

Возбуждение еще роится в ее глазах, а кожа на груди покрыта красными пятнами.

– А я? – Маргаритка забирается к нам на постель.

– Сегодня у нас с мамой праздник, – объясняю ей, прикрываясь одеялом. – Десять лет, как мы поженились. У тебя скоро день рождения, будет тебе букет. Обещаю.

– А когда?

– В мае.

– А сейчас?

– Апрель, – вздыхаю умиротворенно, кровь в ушах наконец-то перестает циркулировать с треском.

С интересом наблюдаю, как Ася поднимает с пола сначала мою одежду. Бережно складывает ее стопкой, а ветровку размещает в шкафу. Затем, установив руки на талии, смотрит на мой букет.

– Я его даже не подниму, Авдеев.

– Я подниму.

Ася счастливо улыбается.

– Тебе деньги некуда девать?

– Почему некуда? – подмигиваю пятилетней дочке и накрываю мелкую рыжую макушку ладонью. – У меня же есть вы…

Бонус. Астра

Мы вместе с Андреевыми оказались в Сочи в десятую годовщину нашего бракосочетания не просто так. Сегодня наша «Родина» последний раз играет в юношеской хоккейной лиге.

Впереди у ребят несколько лет молодежки…

Для нас всех, прошедших долгий спортивный путь с регулярными выездами и сборами, это тоже праздник. Обычно после игровых серий, мы встречаемся с такими же родителями. Все уже давно подружились домами. Шутим, что хоккей – это наш общий спорт, а команда начинается с Загса и правильного партнера для жизни.

Дети – наше отражение. Они тоже каждый день делают выбор. Спорт, дисциплина, учеба, дружба. Любовь, в конце концов. Дети – наше продолжение.

Арена заполнена до отказа.

Даже лед под коньками наших пятнадцати-шестнадцатилетних юношей сегодня горит. Сносит этой бешеной энергией.

Как всегда, крепко вцепившись в локоть мужа, позорно отвожу глаза, когда в Мишу со всей дури прилетает защитник «Барсов». В такие моменты по-матерински волнуюсь и проклинаю этот жестокий, высокоскоростной спорт.

Потом все забывается.

Радуюсь победам…

Горжусь! «Родиной», сыном, его прекрасным примером-отцом… Нашей семьей. Эти чувства ни с чем не сравнимы, а слова для меня неотделимы.

В финале не сдерживаюсь – плачу под гул взрывающихся аплодисментов и треск клюшек об лед. Кирилл обнимает, успокаивает, по-мужски снисходительно смеется.

Наши отношения не сказка. Мы десять лет подстраиваемся друг под друга, в чем-то уступаем, где-то не получается. Я пытаюсь найти себя в творчестве – он поддерживает. Единственное, в чем проявилась моя непреклонность – их дружеское общение с его Аней. После того, как она умело проехалась по моему женскому самолюбию в тот вечер, желания давать второй шанс больше не было. Со временем девушка вышла замуж, и все как-то забылось.

Мы всем составом спускаемся с трибун и поздравляем Станислава Николаевича – нашего бессменного, опытного тренера. Он отмахивается, дает ребятам десять – пятнадцать минут на фотографирование и ждет всех в раздевалке. Будет разбор полетов. Болотов недовольный.

– Ми-ша, – активно машет Рита старшему брату.

Он тепло нам улыбается и, подлетев на коньках, забирает у отца сестру. Крепко держа ее на руках, совершает победный круг. Маргоша визжит от страха и радостного восторга. Я снова реву. Авдеев смотрит на меня странно, давно догадывается.

Осенью нас ждет пополнение, но, чтобы Кирилл не переживал за перелет, пришлось сохранить это в тайне.

Матвей с Викой тоже с нами, всегда рядом. И в бизнесе, и в жизни. Только сегодня без Марка. Он давно учится в Москве, домой приезжает редко. В последний раз был с девушкой.

– Прокатить? – спрашивает Миха у Ани, аккуратно передавая сестру обратно папе.

– Вот еще, – по подростковому фыркает маленькая Андреева и визжит, когда оказывается у него на плече. – Отпусти, Авдеев.

– Арктика, – кричит его лучший друг Ярик.

– Погоди…

Миша еще раз делает круг почета, вцепившись в Аню. Когда опускает ее у бортика, она разъяренно пихает его в плечо и поправляет длинные, светлые волосы. Задирает нос.

Наши мужья загорелись идеей породниться, а я вот сомневаюсь.

Аня