Бывшие. Папа для пуговки - Рина Фиори
– Тимур Александрович, простите мне мою навязчивость, можно, я кое-что спрошу? – делает виноватый вид.
– Хорошо, – цежу сквозь зубы.
– Тут неподалёку кафе видела, кажется, работает до полуночи. Вы его рекомендуете? Мне просто надо где-то провести вечер, – лепечет еле слышно.
– А почему бы вам, Виолетта Романовна, не пойти вечером домой? До полуночи сидеть в кафе не лучшая идея, когда с утра надо на работу. К тому же, это кафе я не рекомендую, обыкновенная забегаловка.
– Жаль, – опускает плечи. – Придётся переждать на улице, тут, кажется, сквер был неподалёку.
– Почему, собственно? – спрашиваю вроде из праздного любопытства, но как-то чересчур раздражённо.
– Видите ли, я живу с мамой и отчимом, и по вечерам он как раз дома, а ночью уходит на смену. Он выпивает и… – замолкает на полуслове. – Простите, что гружу вас своими проблемами. Я собираюсь в скором времени снять квартиру, как только заработаю, а пока приходится терпеть, – проговаривает жалостливо.
Мне крайне не нравится эта ситуация, и я нутром чую подвох, но позволить девушке сидеть до полуночи возле моего двора тоже не могу, поэтому неохотно говорю:
– Ладно. У меня есть идея получше, – набираю номер водителя и прошу его немедленно вернуться.
Надеюсь на этом распрощаться, но не тут-то было.
Едва я разворачиваюсь, как девушка снова окликает меня.
– Тимур Александрович, – опять тихо смеётся, привлекая внимание, – я тут для вашей дочурки… – лезет за чем-то в сумочку, – вот.
На ладони девушки лежит какая-то странная коробочка.
– Возьмите для Евы, это тактильные карточки, игра с ними хорошо развивает мелкую моторику и расширяет кругозор.
– Это лишнее, – пытаюсь обозначит границы для забывчивой помощницы.
– Что вы, я от чистого сердца, – сникает, вынуждая почувствовать меня укол совести.
Что я и в самом деле так грубо себя веду?
– Ладно, спасибо, – протягиваю руку, чтобы забрать карточки у Виолетты, и в этот момент открывается входная дверь…
Глава 17
– Ух ты, папа плиехал?! – радостно восклицает Ева и пулей бежит открывать входную дверь.
Этого только не хватало.
Скорее спешу следом за дочкой, но догоняю её уже во дворе.
– Добрый вечер, – выдавливаю из себя еле слышно, потому что наше громкое появление не осталось незамеченным.
Гляжу на застывшую с протянутой рукой Виолетту, на Тимура, который, как ни в чём не бывало, смотрит мне в глаза, и даже не знаю, что думать.
Что эта девица здесь забыла, спрашивается? Ещё и смотрит так нагло, будто хозяйкой себя чувствует.
– Папочка, а мы с мамой ужин плиготовили! – сквозняком мимо меня проносится дочь и словно гроздь винограда, повисает на шее у отца.
– Привет, крошка, смотри, что я тебе принёс, – мужчина сразу переключает своё внимание на ребёнка, вынимает из портфеля маленького плюшевого медвежонка.
У нас таких зверят целая коллекция: и пчёлка, и котёнок, и зайчик, а теперь вот ещё и медведь.
– Спасибо, папуля, – малышка обнимает отца и звонко чмокает его в небритую щёку.
– Кхм, Тимур Александрович, вы забыли, – тёплую семейную атмосферу разрушает голос помощницы. Виолетта прокручивает в руках какую-то коробочку и протягивает её Еве. – Малыш, смотри, что я тебе принесла, – губы девушки расплываются в неестественной улыбке.
И как я сразу не заметила в ней фальш, сама же мужу посоветовала нанять девушку, дура!
– Мне мама не лазлешает блать у чужих подалки, – насупившись, выдаёт крошка.
Моя школа, так держать!
– Ааа, эм, Виолетта, я совсем забыл, – говорит Тимур, нахмурившись. Между глаз на лбу пролегает глубокая складка. – Вы подождите буквально пару минут, я уже позвонил водителю. Он отвезёт вас в ближайшую гостиницу, чтобы вы могли там переждать какое-то время, а после вернётесь домой.
Я слушаю внимательно каждое слово, которое произносит мужчина, и пытаюсь соотнести его с тем, что уже успела нафантазировать у себя в голове.
Ничего не сходится. Я определённо не понимаю происходящее, но очень надеюсь получить от Тимура какие-нибудь внятные объяснения.
Конечно, передо мной он отчитываться не обязан, но сам ведь когда-то рассказал дочери о том, что папа с мамой и спать в одной кровати вместе должны, и ни с кем другим не обниматься.
А теперь что? На порог нашего дома эту деваху притащил и даже не подумал, как отреагирует ребёнок? Ещё и за ручку её держал.
– В гостиницу? – недовольно вздыхает помощница.
– Да-да, всё верно, Сергей приедет с минуты на минуту, – улыбается мужчина из вежливости.
Ну, просто отлично, а нам что делать? Стоять и ждать, пока вернётся водитель? Или мне забрать дочку и оставить мужа наедине с этой фифой?
– Можете подождать в доме, – предлагаю, как гостеприимная хозяйка. – Мы как раз собирались ужинать, – добавляю тише.
Еда остынет, чего уже, всё равно не получится провести вечер так, как я планировала.
Конечно, есть надежда, что Виолетта вернётся в амплуа скромницы и откажется от моего предложения, но этого не происходит. Наоборот, глаза помощницы вспыхивают, а губ касается лёгкая ухмылка.
– Спасибо за предложение, я так проголодалась, пока занималась поручением Тимура Александровича, что уже и желудок не чувствую.
– Проходите, – киваю на дверь и пропускаю Виолетту вперёд.
Ева, обгоняя всех, пулей забегает в дом, мы с Тимуром проходим в последнюю очередь.
– Милая, – пользуясь тем, что я не стану спорить при посторонних, Тимур обнимает меня за талию. – Сергей сейчас приедет, какой ужин? – шепчет, непозволительно приблизив ко мне лицо.
– А что делать надо было? Ты её зачем вообще домой притащил? – вспыхиваю, словно спичка, но не даю волю эмоциям.
Приходится мне держать себя в руках следующие полчаса до самого приезда водителя, который умудрился задержаться невесть где. Ещё и Виолетта раздражает, льстит, нахваливает блюда.
Возможно, я придираюсь, но мне эта девушка кажется какой-то ненастоящей.
После ужина помощница уезжает, и я, наконец, начинаю дышать полной грудью. Забираю из гостиной Еву, чтобы искупать её перед сном, а после сразу же иду укладывать дочурку спать, потому что она слишком утомилась за минувший день.
Но стоит малышке заснуть, я вновь спускаюсь вниз.
– И что это было? – спрашиваю ревниво.
Ненавижу себя за это, но и молчать не могу. Боюсь, новый Тимур может меня до бесконечности изводить неизвестностью, с него станется.
– Ты о чём? – удивлённо вскидывает одну бровь.
– О том, что ты обжимался с помощницей прямо во дворе нашего дома, и Ева видела вас в окно, – выдыхаю с упрёком.
– Обжимался? – мужчина откровенно насмехается. – Чушь какая.
– Я видела, как ты держал её за руку.
– Она пыталась мне те карточки всучить, вот и всё, – отмахивается от меня, как от надоедливой мухи. – И вообще
