Постучи в мою дверь, любовь - Лина Коваль

– Только не бойся меня, – замечает мою неоднозначную реакцию.

– Я не боюсь, – хриплю.

Его глаза понимающе блестят.

– А чего дрожишь?

Не вижу смысла врать.

– А ты догадайся, блин!.. – от злости закатываю глаза и встряхиваю волосами.

Кирилл смеется, заводит мои налипшие на лицо пряди за уши и снова тянется к губам.

– Ты красивая, Астра!..

На этот раз целует медленнее, будто дегустирует изысканное блюдо. Одновременно прижимает к себе и напряженно дышит. Его тело такое большое и упругое, что хочется его трогать.

Я тоже пытаюсь совладать с бушующими в груди эмоциями. Намереваюсь возложить всю ответственность на вино, но быстро вспоминаю, что не успела и глотка сделать.

А еще вспоминаю разговор с Викой. Я не просила ее рассказывать про Кирилла, она сама… Я даже не смотрела в его сторону весь день. Вела себя достойно, если не считать последних десяти минут.

– Кирилл, – шепчу, отстраняясь.

В мое бедро помимо каменного паха что-то упирается. То, что сейчас начинает вибрировать.

– Кирилл. Кажется, тебе звонят.

Приподнимаюсь, помогая ему извлечь телефон из кармана брюк.

– Да, – его лицо сразу же становится обеспокоенным. – Когда?.. Куда?.. Как он?..

Я перестаю дышать, понимая, что…

– Что случилось? – испуганно спрашиваю.

Авдеев быстро ставит меня на ноги.

– Миша случайно разбил стакан и сильно порезался. Матвей везет его в больницу.

Глава 15. Астра

– Как это случилось? – спрашиваю, вытирая пальцами горячие слезы с лица.

Последние полчаса, пока мы сначала, как оголтелые, выскочили из ночного клуба и сумели остановить такси, а теперь едем по горящим яркими огнями улицам Казани, только и делаю, что навзрыд плачу.

Мой мальчик! Совсем один там, в больнице!..

– Я толком не понял, что произошло, – тихо отвечает Кирилл, крепко обнимая меня за плечи. – Вика вся перепуганная… Анечка плачет.

Еще и Андреевы переполошились. Вот так отпуск у ребят…

– Во всем я виновата! – снова себя накручиваю.

– Ну вот еще, – вздыхает Кирилл. – Что за новости, Астра? При чем здесь ты? Думаю, со всеми детьми такое случается. Не занимайся самоуничижением.

Мотаю головой.

У меня всегда было повышенное чувство ответственности.

Мама – успешная, талантливая балерина. Лиля – яркая звездочка, которой танцы давались чуть легче. Сестра, безусловно, была красивее меня, но, помимо этого, она была смелой!.. Даже слишком. Самоуверенной и всегда добивающейся своих целей.

А я?

Обычная…

Чтобы заслужить место под солнцем, мне надо приложить больше усилий и ответственности. Только тогда что-то получится.

Как же так?..

Симпатия к Кириллу заставила забыть обо всем. Я ведь, по сути, оставила ребенка с незнакомыми людьми.

О чем ты думала, Астра?..

– Забрала Мишу из дома и отвезла к тебе в Рождество. Я теперь за все отвечаю перед мамой. Что сейчас будет?.. Травмпункт обязан сообщить о происшествии в полицию. Они точно свяжутся с Виталиком. Мне конец. Нам конец…

– Лишь бы с Мишей все было хорошо, – успокаивает Кирилл. –  С остальным как-нибудь справимся. И с мамой вашей я сам поговорю. Она показалась мне вполне адекватной. Ты делаешь из мухи слона. Это ваше женское…

Отстраняюсь.

– А ты все время такой спокойный? – неожиданно злюсь.

Его равнодушие раздражает.

– Если ты так считаешь, то совсем меня не знаешь, – отвечает он тихо. – Я тоже волнуюсь. Только если буду сейчас верещать, кому станет легче? Мне всегда казалось, что мужчина не должен быть хлюпиком…

– Прости, Кирилл, – смущаюсь. – Мне точно будет хуже, если ты тоже начнешь эмоционировать.

– Тогда перестань себя винить и дождись нашего приезда на место. Может быть, там не все так страшно.

Я утыкаюсь в твердую грудь и продолжаю всхлипывать.

Все свои проблемы я как-то привыкла решать сама. Чтобы вот так, кто-то успокаивал или выгораживал меня, – редкость.

Травмпункт, к которому нас привозят, выглядит стандартно. Много светящихся, несмотря на поздний час, окон, высокое крыльцо с фонарем и приоткрытая дверь.

Мы выбегаем с Кириллом из такси, крепко взявшись за руки.

Первое, что замечаю внутри, – мой заплаканный мальчик, сидящий рядом с Матвеем. Увидев меня, Миша меняется в лице: нижняя губа карикатурно оттягивается вниз, а глаза становятся стеклянными из-за слез.

Бросаюсь к нему, стуча каблуками.

– Ш-ш-ш, – шепчу, присаживаясь рядом и крепко обнимая. – Мой хорошенький… Больно?

Задерживаю дыхание, глядя на перемотанный салфеткой палец.

– Мы ждем, когда освободится процедурный кабинет, – сообщает Матвей. – Спасибо, что оперативно отправили копии документов. Без них отказывались принимать, да еще и с чужим человеком.

– Ты как? – Кирилл ворошит и без того растрепанные волосы на макушке у сына.

Миша ничего не отвечает, но не отодвигается. Принимает сухую отеческую ласку.

– Держишься, Мих?..

Хмурится, посматривая на окровавленную детскую руку.

– Угу.

– Держись. Надо потерпеть.

Присев рядом, заглядывает в глаза:

– Боишься?

– Вот еще, – всхлипывает горько. Из последних сил терпит!

– А я вот… – Кирилл хитро посматривает на Матвея, потом на меня. – Астра, будь так добра, прикрой уши. У нас здесь мужской разговор намечается.

Я шутливо закатываю глаза, но включаюсь в эту игру. Хоть как-то повеселее становится.

– Так вот, – слышу Авдеева, словно сквозь толщу воды. – Скажу по секрету, я крови с детства боюсь. Мои родители, Миш, хирурги. Сколько себя помню, они хотели, чтобы я тоже стал врачом. Только вот незадача: как кровь увижу, сразу в полуобморочном состоянии. Такая реакция организма.

– Да-да, – подтверждает Матвей. – Мы же с детства дружим. Как кровь видит – сразу падает.

Мишу эта откровенность почему-то крайне веселит.

– Я, в отличие от тебя, крови не боюсь, – признается он. – Мне просто… страшно, что будет больно. Пашке из нашего двора голову летом зашивали, так он сказал: «Там вот такая игла», – показывает, разводя руки в стороны и как будто собираясь снова заплакать.

– Это он приврал!.. Видел я такую иглу. Обычная.

– Да?.. Ты уверен?

– Конечно, Миш, – серьезно говорит Кирилл. – Верь мне. Зачем я буду обманывать?

Он вдруг с подозрением смотрит на меня. Да так, что я не успеваю отвести взгляд.

– Ты подслушиваешь, что ли? – грозно спрашивает.

Я морщусь и отворачиваюсь. Улыбаюсь украдкой.

– Давай будем работать над страхами, – продолжает Авдеев. – Я пойду с тобой в кабинет, Миш. Ты боишься боли, я – крови. Все будет честно.

– А Ася?..

– Асю здесь оставим. Она девушка, чего ей там делать. И так переживает. По-мужски разберемся… Только вдвоем!..

– Ладно! – храбро говорит Миша.

– А я домой, – поднимается Матвей. – Вика пишет, Аня без меня не укладывается. Поеду своих успокаивать. Все перенервничали… Астра, – зовет меня.

– А-а? – поспешно убираю ладони.

– Прости еще раз. Мы не нарочно. Недоглядели…

– Со всеми случается, Матвей, – тоже поднимаюсь. – Извините и вы нас. Дети бывают неуклюжими. И почему в