Тысяча и одна тайна парижских ночей - Арсен Гуссе

Действительно, Мари Леблан сохранила невинное выражение лица. Она стала обмахиваться раскрытой книгой, как веером.

– Признаюсь, мне было бы трудно исповедоваться, я знаю за собой только один грех – свой приезд сюда.

– Теперь для контраста я представляю вам Цветок Зла.

Герцог велел пригласить Цветок Зла.

Красота Мари Леблан привела Жанну в восхищение.

«Невероятно, – думала она, – чтобы женщина, находившаяся здесь в четыре часа утра, сохранила во всей чистоте выражение высокого целомудрия. Свет – маскарад. Но кто же эта женщина?»

Госпожа Флерио была тем же прелестным с виду и внутренне отвратительным созданием, каким мы ее видели в начале нашего рассказа. Ничто не изменилось в ней – ни сердце, ни лицо: это была измена, возведенная в степень культа. Вечно беззаботная, она постоянно улыбалась всему, лишь бы ее платье было хорошо сшито или переделано.

Разумеется, она не оплакивала мужа, убитого горем, и в весьма короткое время промотала небольшое наследство. Остатки от имущества матери едва покрыли расходы на траур, который, впрочем, отличался изящностью. Мари похоронила мужа в пятом разряде и откупила могилу на пять лет. На вопрос, почему она выбрала кладбище Монпарнас, вдова наивно отвечала: «По той простой причине, что я никогда не бываю на левом берегу». Со времени смерти мужа она жила чем Бог пошлет и обманывала любовников, как прежде мужа, ссылаясь на то, что все прекрасное в мире – солнце, лес, опера, цветы – принадлежит всем. Она была эпикурейка, сама не зная того; широкая натура без пылкости.

Мари еще не составила себе состояния, впрочем, была еще очень молода, не старше двадцати четырех лет, а в Париже, как известно, женщины тогда только богатеют, когда достигнут зрелости.

Глава 5. Цветок Зла

Вошла девушка с этим странным прозванием. Смертные грехи не следовали за ней по пятам, а наложили свою печать на ее лицо. Была и красота, но наводившая ужас: упрямые волосы, выпуклый лоб, острый взгляд, мраморные щеки, страстные ноздри, толстые губы, белые, но неровные зубы, заостренный подбородок, великолепные плечи, грудь, непринужденность и все признаки своеобразной красоты.

И, однако, если бы нужно было присудить розовый венок одной из двух женщин, ожидавших в этот вечер герцога Обаноса, то, конечно, выбор пал бы на Цветок Зла.

Природа нередко играет подобным образом, надевая маски, чем обманывает философов и ставит в тупик моралистов. Правда, Цветок Зла вполне заслужила свое прозвание, но в этом навозе было еще много жемчужин или, правильнее сказать, росло много дивных цветов.

Жанна сперва не знала, как держать себя в этом новом для нее обществе; вскоре, однако, приняла такой вид, как будто была на спектакле. Она хранила молчание в полном убеждении, что герцог разыгрывает перед ней комедию, болтая пошлости с этими двумя женщинами. Правда, испанский гранд употреблял все усилия завести какой-то разговор, но Цветок Зла и Земной Ангел отвечали ему односложными словами. Жанна оледенила общество, не говоря уже о том, что обе женщины были очень недовольны своей встречей: Цветок Зла из-за чувства ревности, а Земной Ангел из-за самолюбия. Поэтому все отказались от поданного чая.

Не зная, как выпутаться из затруднительного положения, герцог Обанос, увидев папиросу в руках Цветка Зла, сказал:

– Я хочу рассказать вам историю одной модной особы, страстной охотницы курить табак. Я умолчу о ее настоящем имени и в своем рассказе буду называть просто Цветочком.

Цветок Зла пристально посмотрела на герцога, как будто он кинул камень в ее огород: но испанский гранд хладнокровно продолжал свой рассказ:

– Цветочек рождена для счастья людей, а между тем молва обвиняет ее в том, что она приносит лишь горе. Одни говорят, что у нее дурной глаз, я же нахожу ее глаза прекрасными. Правда, взоры ее не выражают невинности, но не все же могут играть здесь роль ангелов.

Герцог взглянул на Мари Леблан с насмешливостью, которая смягчалась улыбкой; потом продолжал:

– Цветочек прославилась в Париже и в Монако; я даже думаю, что она переплыла Ла-Манш с одним князем и вернулась с другим. Впрочем, она так же внимательна и к буржуа; обладая туго набитым кошельком, можно плыть с ней куда угодно. Желудок Цветочка удивительный; он, точно жернов, перемалывает состояния и ужины.

Рассказ герцога был прерван Цветком Зла.

– Я не так глупа, любезный герцог, как кажусь на первый взгляд. Вы хотите рассказать об одном из моих похождений, потому что Цветочек не кто иной, как я.

– Да, – отвечал герцог, – позвольте же мне продолжать рассказ, который не повредит вам во мнении слушателей.

– О, можете рассказывать. Чего только не говорили обо мне? Но я не сделалась от того ни хуже, ни лучше.

Герцог продолжал:

– Вас нисколько не удивит, если я скажу, что Цветок Зла обманывает своих поклонников, дабы они не ревновали. Обманывает же намеренно или невзначай – такова уж ее природа. Когда ее нет дома, никто из этих господ не сомневается в том, что она производит где-нибудь опустошение. Но удивительно другое обстоятельство, именно – ее исчезновение каждый день после завтрака, однако не с целью обмануть кого-нибудь.

Если вы очень любопытны, то я открою вам эту тайну. В скромной одежде, точно отправляясь в церковь, она уходит из дома, идет направо, поворачивает налево, на улицу, заселенную рабочими; тут она, переводя дух, взбирается на четвертый этаж, тогда как у себя дома отдыхает на каждой площадке, и говорит: «Господи, как высоко!». Поднявшись на четвертый этаж, она звонит. Отпирается дверь. Первыми словами ее бывают: «Он здоров?» – «Да», иногда отвечают: «Нет».

Она врывается и бежит к нему. Дом стар, почернел, перекосился, но, кажется, в нем живется хорошо; окна выходят в сад.

Между тем Цветок Зла успела уже поцеловать его несколько раз. И какие поцелуи! Они сыплются на его голову, глаза, руки. Это какое-то безумие. А он, вне себя от радости, позволяет целовать, посматривая с любопытством.

– О, мой Рене! Как скучала я без тебя!

– И я также! – отвечает Рене, всегда ожидающий свидания.

Он, в свою очередь, протягивает руки и обнимает ее.

Этот Рене любимый поклонник? Сердечная привязанность, которую скрывает от всех Цветок Зла? Истинная любовь, ее прибежище и утешение среди бурных приключений?

Нет, Рене – двухлетний мальчик, ее сын.

У него нет отца. Но что до этого за дело, если она ему мать и любит за двоих, четверых? Рене красив, у него беленькое личико и розовые щечки, как у всех детей, но лукавый взгляд и непринужденность в манерах –