Странные камни - Эдвард Ли

Медленно он приблизился к дверям и потянулся к ручке, как будто она могла быть горячей на ощупь. Она была холодной, очень холодной, и не поддавалась. Дверь была заперта. Он почувствовал небольшое облегчение от этого.

Так близко к зданию он осознал его истинный размер, колоссальная, покрытая грязью громада, ее камни почти черные из-за более чем столетия ее возвышенного расположения здесь, среди города, источающего древесный и угольный дым. Когда он взглянул на самый высокий шпиль, он чуть не упал от головокружения.

"Массивные входные двери тоже были заперты в рассказе, не так ли?"

Но он был полон решимости попасть внутрь, несмотря ни на что, даже если это все галлюцинации, даже если он действительно сошел с ума.

"Подождите минутку... В рассказе, как главный герой, Блейк, наконец попал в церковь?"

Эверард напряг мозг, и тут его осенило.

"Окно подвала!"

Но теперь его недоверие стало окрашено каким-то таинственным волнением, и он пробрался в запутанные, болезненные заросли сорняков, едва не споткнувшись о скрытые надгробные знаки. Он даже заметил один участок, который недавно обрушился, открыв своего древнего, растрепанного обитателя или, по крайней мере, его часть. Внутри действительно лежал скелет, но скелет без головы. Эверард не хотел думать, с какой целью был украден череп.

Он продолжал хрустеть, обходя церковь, пока - конечно же - не нашел подвальное окно без стекла. Оно обеспечивало проем, достаточно большой, чтобы впустить взрослого человека. Он опустился на колени в траву, осознавая, что прохладная земля под ним была необычайно рыхлой и скользкой, и заглянул в зияющее отверстие.

Тот скудный свет, который проникал в подвал, показывал только паутину и мусор. Если бы его телефон не расплавился, он мог бы воспользоваться приложением-фонариком, но, к счастью, Эверард - ботаник чистой воды - всегда носил с собой фонарик, который он тут же включил и провел узким белым лучом по почти бездонному пространству подвала. Эверард не удивился, увидев старые бочки, гниющие картонные коробки и сломанную мебель под мрачным слоем пыли, не говоря уже о ржавой печи с горячим воздухом у дальней стены.

"Точно такие же вещи, как в подвале в рассказе. Что дальше?"

После некоторой ругани он проник внутрь, наступив на коробки для опоры. Когда он спустился на пол, одна коробка опрокинулась, и из нее вывалилась дюжина заплесневелых экземпляров Книги общих молитв. Сначала он был озадачен, зачем они здесь, но потом вспомнил, что эта церковь была осуждена в рассказе и вряд ли будет использовать христианские молитвенники. По мере того, как он углублялся, он видел больше доказательств того же самого: большие латунные распятия - несколько штук - лежали на полу под ковром пыли.

"Вот что я называю указанием Иисусу на дверь", - подумал Эверард.

Другая коробка была заполнена типичной одеждой, которую носят священники, дьяконы и хористы, все выброшенное и заплесневелое, как мусор.

Эверард спотыкался, внимательно следя за своими шагами.

"Могут ли в таком месте быть крысы? Змеи или, может быть, черные вдовы? К черту это!" - подумал он, разворачивая вниз рукава.

Что-то казалось тяжелым в темноте; что-то заставляло его чувствовать, что он носит утяжеленные ботинки. Это, конечно, и всеобщее чувство того, что за ним наблюдают, и он знал, что тот, кто мог наблюдать за ним, не был человеком. К этому времени он пересек половину огромного черного подвала, все больше и больше чувствуя себя в пределах некоего призрачного сознания. Эверард - эмпирик - не боялся таких бестелесных впечатлений, но он должен был признать, что именно тогда он был чертовски напуган. Все больше и больше эта мысль просачивалась в его сознание: он шел внутри прочных каменных стен сооружения, которого на самом деле не существовало.

"Если мне это не нравится, - напомнил он себе, - я могу уйти".

Теперь его память обострилась; он вспоминал больше из истории Лавкрафта.

"Это была его последняя история, не так ли? - он был в этом уверен. - Перед тем, как бедняга умер от рака?"

Теперь, из истории, он вспомнил, как главный герой нашел черную каменную арку, которая вела в коридор на первом этаже и, в конце концов, в неф церкви. И после еще одного шага вперед, вот они: арка и лестница. Эверард почувствовал поразительный трепет и рванулся вперед, но арка, казалось, висела в паутинной темноте.

"Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочу туда подняться?"

Потребовалась целая минута размышлений, чтобы придумать ответ. Дело было не в том, хотел ли он туда подняться. Он просто должен был это сделать.

"Не будь слабаком", - сказал он себе, поднимаясь по ступенькам.

Каждый шаг громко раздавался по всему подвалу и вверх по лестнице, так что если бы кто-то был там, они бы знали, что он идет. Затем, наверху, появилась запертая дверь, которая открывалась внутрь, а за ней - едва освещенный коридор, выложенный панелями, заполненными червоточинами.

"Думай, думай! - приказал он себе. - Что Блейк сделал дальше в этом чертовом рассказе?"

Ряд дверей выстроился в коридоре, и, заглянув в несколько, он пришел к выводу, как и персонаж, что комнаты не представляют особого интереса. Но затем он оказался в слишком большом нефе с его рядами и рядами скамеек.

Он полез в один из них и вытащил молитвенник, пролистал его страницы и побледнел. Если это были молитвы, они были на языке, который Эверард не мог распознать, больше похожие на искаженные и безумные иероглифы, и печать была алыми чернилами, а не черными. На форзацах была изображена какая-то форма жизни, совершенно не соответствующая планете Земля, студенистое существо, стоящее вертикально на трех бессуставных ногах и обладающее щупальцеобразными конечностями. Его тело, казалось, состояло из деформированных шаров или узлов медузы какого-то рода, и внутри каждого шара висели частицы света и отвратительные червеобразные нити. Собственная генетическая природа существа оставила ему половинчатую голову, в расщелине которой горели еще более червеобразные нити, напоминающие антенны. Не было ни лица, ни глаз, ни рта, но между треножником ног висело что-то, что могло быть только половым органом, пухлым и длиной в фут, соединенным в какой-то небольшой "пах", вокруг которого висели яички размером с грейпфрут.

Эверард предположил, что это чудовище было чем-то вроде Шоггота.

Он отбросил книгу, испытывая тошноту. Взглянув вверх, он увидел сводчатый потолок, чья изысканная красота была запятнана гирляндами толстой, как веревка, паутины. Он собирался пройти дальше к алтарю, но затем вспомнил из