Больной Ублюдок: Ни хрена не волнует. Трилогия. - Эш Эрикмор

Потом она остановилась.

И начала смеяться.

Ах. Игра в унижение. Ну и ладно. Алекс улыбнулся ей.

- Спасибо, - сказал он.

Не зная, какое волшебное слово заставит ее закончить с ним. Она подошла к конверту с деньгами, взяла его, свернула и сунула в верхнюю часть своей сумочки-клатча.

- Нет, - ответила она. - Тебе спасибо.

Она наклонилась. Подняла трусики и начала надевать их.

Алекс презрительно ухмыльнулся. Конечно, все это было частью игры.

Затем она надела лифчик. Затем платье.

Алекс слегка поник.

- Ты собираешься... - oн кивнул на свой дрожащий член.

Она улыбнулась, схватила его и снова погладила, чтобы он стал твердым. Затем остановилась... снова. Все это было очень раздражающим. Она подошла к стулу в углу. Во всех номерах "Трэвел Инн" в углу стоит стул. По определенным причинам. Она подняла его пальто. Затем взяла коробку.

- Ты не против? Это мое, - сказал Алекс. - И я заплатил за услугу.

- Разве не все?

Она бросила его пальто обратно, а Алекс перевернулся на кровати и сумел сесть на ее край. Голый. В наручниках. Черт. Когда Дарла шагнула вперед, к двери, Алекс встал. Он встал между ней и дверью. Огляделся в панике.

- Слушай, - сказала она. - Если ты меня отпустишь, я оставлю тебе ключи.

Алекс дернул наручники.

- Сука, - пробормотал он. - На кого ты работаешь?

- На тебя, конечно.

Она подошла к нему ближе. Его член отреагировал. Задергался, когда она снова прикоснулась к нему. Эта игра. Это было слишком. Он снова возбудился, не успев опомниться. Затем боль пронзила его тело, когда она сжала его яйца в кулаке и скрутила.

Алекс издал звук, похожий на:

- Aааргагагх! - oн упал назад на кровать.

Дарла наклонилась и вытерла его губы своими мокрыми пальцами.

- Похоже, ты кончил.

Алекс поднял голову и посмотрел на свое тело. Блядь! Он кончил. Боже, она была хороша. Он даже не почувствовал этого. Он откинул голову назад, а огонь в животе метался из стороны в сторону. Его тошнило. Боже. Он услышал звук металла, стучащего по дереву.

Она оставила ключи.

А потом ушла.

С коробкой.

С сердцем.

Он опустил голову набок. С его сердцем. Она оставила открытой входную дверь комнаты. Он лежал там, глядя в дверь. В коридор. Мимо прошла молодая женщина. Она тащила за собой маленькую девочку. Девочка, лет шесть или семи, взглянула на Алекса, лежащего там, голого, покрытого спермой, в наручниках, и указала на него.

- Что этот мужчина делает? - громко и четко спросила она.

Мать девочки посмотрела на Алекса и закричала.

Затем его вырвало.

ГЛАВА 10

Алекс ударил по рулю машины.

- Блядь-блядь-блядь! Ублюдки! Грязные ублюдки! Блядь! - oн не только потерял сердце, но и был занесен в черный список отелей. Он опустил голову на руль. - Мудаки, - прошептал он.

Зазвонил телефон.

Он посмотрел на номер. Блядь. Дагмар. Он нажал на экран.

- Коул, - oн любил отвечать на звонки клиентов, называя только свою фамилию.

 Думал, что это делает его круче.

Но это не так.

- Мистер Коул. Вы получили товар? Мистер Гетц сказал, что вы его получили. Я думал, вы уже позвоните, чтобы договориться о доставке.

- Мне нужно было... сдать кое-что еще... пока я был здесь. Теперь все готово.

Он почесал пах. Когда его выгнали, ему не дали помыться. Он чесался. Кожа была в корках.

- Хорошо.

- Да, я позвоню, когда вернусь на юг. Долго не задержусь.

Он закончил разговор. Черт. Ему нужно было подумать. Он должен был либо вернуть сердце, либо заменить его. Он порылся в костюме и вытащил визитку этой суки. Только имя и номер. Никакой помощи. Что там сказал Гетц? Сердце тридцатилетнего девственника. От близнецов. Пара сердец, жаждущих друг друга? Что-то в этом роде. Это не имело смысла. Несчастные любовники. Вот оно. Они должны быть близнецами или любовниками? К черту. Кто вообще сможет отличить одно сердце от другого?

Сердце тридцатилетнего. Подрезанное. Без проблем. Алекс смотрел в окно машины. Надвигалась непогода. Он был голоден. Хотел чашку чая.

Сосредоточься.

Алекс включил зажигание. Выехал. Ехал. Смотрел на людей на улице. Если он собирался это сделать, то нужно было действовать быстро.

* * *

Хакни. Там же постоянно пропадают люди, да? Алекс недавно читал в газете про какого-то сумасшедшего, у которого в квартире было семнадцать голов, и ни одна из них не была заявлена в розыск. Их нашел парень из телекомпании, который приходил за лицензией. Все они были насажены на колья, как в чертовом дворе короля Артура - не цитируйте его, он не знает, были ли у короля Артура головы на кольях - в гостиной. Чувак даже не думал, что делает что-то плохое.

Хакни. Легкое место, чтобы скрыть тридцатилетнего парня. Гетц сказал, что это был парень. Алекс не знал, бывает ли у женщин сердце другого размера или что-то в этом роде, поэтому решил не рисковать. Замена сердца, то же самое. Он сидел в машине рядом с парком. Погода не была подходящей для прогулок. Людей было немного, но игровой зал еще был открыт. Он мог вытащить оттуда кого-нибудь. Лучше было бы сделать это ночью, но он не хотел ждать так долго.

Он посмотрел на сумку B&Q на сиденье рядом с ним. Он взял с собой необходимые инструменты. Ему нужен был слабак. Простак. Кто-то, кого можно было легко одурачить. Его взгляд упал на парня, управляющего аттракционами в парке. На улице было чертовски холодно. И все же аттракционы работали. Там даже был ребенок с матерью. Она была хорошенькая. Черт. Он все еще был возбужден. Дарла так хорошо проработала его простату, что он не смог кончить.

Может, поэтому ему так трудно сосредоточиться? Может, у него начинается деменция? Он выехал из парка и поехал вдоль главной улицы. Кто-то должен был быть.

Хер с ним. Он припарковался на небольшой площади возле здания муниципалитета и взял сумку. Он спустился в пешеходную зону и поднялся между двумя зданиями на крошечную парковку. Он посмотрел на общественные туалеты. Они находились в причудливом отдельно стоящем кирпичном здании на краю парковки. Он вошел.

Хреново воняет.

- Херня, блядь...

Алекс открыл первую кабинку и вошел, прижимая дверь