Огни из Ада - Макс Огрей
– Ну вот, Максик. Я вернула почти всю свою силу. Все прошло хорошо.
– Поздравляю тебя, – невесело ответил Макс. – А обязательно нужно было убивать Бухова, да еще так мучительно?
– По-другому никак. Теперь он не имеет значения. Он сам выбрал свою судьбу, когда захотел служить Демону. – Огнива вздохнула. – За все нужно платить. Ну ладно, хватит о нем. Он сыграл свою роль и помог мне воссоединиться со своей силой. Так что давай продолжим наше приключение.
Макс еще раз посмотрел на тело бывшего начальника и произнес:
– Хоть он был и нехорошим человеком, мне все равно его жаль.
– Вот поэтому я тебя и выбрала, Макс, что у тебя большая, широкая душа. Даже в безнадежно плохом ты пытаешься разглядеть хорошее.
– Возможно, я этого как-то не замечал, – Макс пожал плечами. – А что теперь? Что дальше? Ты сказала, что продолжаем наше приключение.
– Да, скоро все увидишь.
– И конечно, я не могу не спросить, а что же за силу ты вновь приобрела только что? Мне казалось, ты и до этого была всесильна. Не существовало того, чего ты не могла бы сделать.
– Ох ты, Максик! Умеешь говорить девушкам комплименты, – Огнива опустила глаза, демонстрируя легкое смущение.
– Я даже представить не могу, что теперь ты можешь, какой еще обладаешь силой.
По потолку подвала пробежала волна огня и остановилась, освещая все помещение. Множество мелких язычков пламени покрыли кирпичный потолок и плыли по нему легкой рябью. Огонь этот не сжигал кислород и вообще не доставлял присутствующим никакого неудобства, просто освещал помещение.
Вслед за тем, как он загорелся, двое полицейских, удерживаемых неведомой силой в подвале, увидели, как возле молодого человека появилась красивая девушка с рожками и с хвостом. Она подошла к Синякову, лежавшему на полу в стеклянном саркофаге, и провела рукой по крышке, к которой крепились иглы и трубки для дыхания. Рука девушки надавила на стекло, раздался легкий скрип. На лице Петра Синякова выступил пот, глаза стали огромными. Но стекло не лопнуло, а рука девушки прошла сквозь него и прикоснулась к окровавленным иглам. Она провела по крайнему ряду стеклянных шипов острым ногтем, и они откликнулись переливчатым звоном, отдаленно напоминающим звуки арфы. Лицо Синякова перекосилось.
– Я ничего не делаю. Если будешь себя хорошо вести, я тебя отпущу, – успокаивающе произнесла Огнива и вынула руку из стеклянного гроба.
Потом грациозной походкой подошла к капитану Баранову, который все время не сводил с нее взгляда.
– Что, солдафон, смотришь?
– Да кто ты такая? – прохрипел он.
– Кого только в полицию не набирают, – тяжело вздохнула Огнива. – Ты сам-то как думаешь?
– Ты зло во плоти. Ты Дьявол, – ответил Баранов.
– Ну почти. Меня зовут Огнива, и я дочь Дьявола, – с гордостью ответила она, дотронувшись кончиком указательного пальца до нескольких иголок, торчавших из груди Баранова. – Тебя я тоже отпущу, может быть. Хотя тебя следовало бы разорвать этими милыми иголочками. Но скажи спасибо Максику, это он за вас заступился.
Огнива повернулась к молодому человеку и сказала:
– Видишь, теперь я снова могу быть физически в вашем мире, не теряя своих безграничных способностей.
– Так, значит, я тебе больше не нужен? – с робкой радостью спросил Макс. Но, к своему удивлению, почувствовал некоторую грусть оттого, что придется расстаться с этой очаровательной разрушительницей и жестокой убийцей. Максу даже стало как-то не по себе. Неужели одержимость Демоном превратилась в человеческую привязанность?
– Ах, Максик, я тоже буду скучать, – ответила Огнива его мыслям. – Я же тоже к тебе привязалась. Мы стали с тобой одним целым. – Она затянулась сигаретой и продолжила: – Но не все так просто. Мне нужен одержимый человек, он мой проводник в этот мир. Так что нам рано еще прощаться. – Огнива улыбнулась, подошла к Максиму и совершенно неожиданно поцеловала его в губы.
На Макса этот поцелуй произвел необычное впечатление. Сначала он почувствовал ее жаркое дыхание, затем легкое прикосновение пухлых горячих губ. Глаза непроизвольно закрылись, и он… нет, не полетел, а начал падать вниз. Он падал сквозь огромные огненные взрывы, оглушительные раскаты грома, сквозь молнии, бьющие снизу вверх и прожигающие тело. Макс увидел бескрайний океан огня, находящийся в постоянном движении. Когда он прикоснулся к огненной поверхности, то почувствовал согревающее тепло во всем теле. Ему понравилось это состояние. Он был одним целым с огнем, с океаном огня. А огонь – это Огнива. Волны огня били его по плечам, касались его лица, обволакивали теплом и безмятежностью. Он хотел утонуть в ней, он жаждал подчиниться ей, отдаться ей без остатка, чтобы его тело навеки было объято этой неудержимой стихией, подвластной только Огниве.
Огни отстранилась, видение мгновенно исчезло, и Макс открыл глаза, немного покачиваясь.
– Вот это да, Огнива, ты и есть этот океан? – спросил он с восхищением и вытер рукой слезу, непонятно откуда взявшуюся.
– Это моя сущность. Я огонь, я океан огня, я вселенная из огня, – произнесла Огнива, проведя по губам кончиком алого язычка. И продолжила рассказывать, как будто только что между ними не было поцелуя: – Как видишь, теперь я снова могу ненадолго перебираться в твой физический мир, но все равно я из другого мира. Поэтому мне всегда нужен проводник. Мы с тобой еще повоюем, Макс. И еще кое-что… – Огнива лукаво посмотрела на него и подмигнула. – Смотри не влюбись.
Раздался хлопок, и на месте, где только что стояла Огнива, остался легкий дымок и запах серы. Макс снова увидел Огни у себя на левом плече, она безмятежно сидела, куря сигарету и поигрывая хвостом.
Внимание Макса привлек шум у стены, рядом с которой был вход в подземелье. Это близнецы по очереди спрыгнули вниз. С поверхности земли до пола подвала было не меньше пяти метров, но для братьев такая высота не составляла проблемы – они будто спрыгнули с табуретки.
Макс удивленно посмотрел на близнецов, повернулся к Огниве и спросил:
– Зачем они спустились к нам? Разве мы не собираемся наверх?
– Не-а! – Огнива встала на плече у Макса, затянулась сигаретой и выдохнула ему в ухо.
– Я думал, что мы закончили здесь. Отпускаем бедных полицейских и поднимаемся наверх.
– Нет, Максимка, наш путь лежит в другом направлении. Хотя тебе не видно, но здесь есть подземный ход, – Огнива показала в сторону, противоположную от стены с трещиной. – Он замурован, но он там есть. Вот по нему мы сейчас и пойдем.
Макс посмотрел на ровную кирпичную кладку и с сомнением произнес:
– А с виду не скажешь, что там что-то есть.
Огнива не стала отвечать, а просто изогнула тоненькую бровь. Это движение стало приказом для близнецов. Они направились к стене, остановились в паре метров и одновременно с разбегу врезались в нее плечами. Стена не поддалась, но на стыках между кирпичами появились трещины. Братья снова отошли… Новый удар могучих плеч – и стена не выдержала, кирпичи улетели внутрь и с грохотом посыпались на землю, создавая глубокое эхо. Близнецы сделали шаг назад и завершили нехитрое дело синхронным ударом с правой ноги. Кладка кусками падала на землю, открывая потайной ход. В помещение ворвался поток прохладного воздуха вперемешку со значительным количеством пыли, который принес с собой затхлый запах плесени и гниения.
Огнива подняла брови, как бы говоря Максу: «Видишь? Я была права!»
– Я в тебе и не сомневался, Огнива, – улыбнувшись, ответил Макс. – Но стена действительно выглядела целой и монолитной. Похоже, что проход замуровали в тот же момент, когда строили эту часовню с подвалом. Интересно, насколько он длинный и куда ведет?
– Он идет до самого кладбища, – невозмутимо сообщила Огнива. – Пошли, сейчас сам посмотришь.
– На кладбище? Но зачем нам кладбище?
– Со временем все узнаешь, идем.
Максим неуверенно направился ко входу в тоннель, перешагивая через глыбы кирпича и цемента. Братья расступились, пропуская Макса вперед. Проход оказался узким – молодой человек плечами касался стен. Сделав всего пару шагов, Макс остановился, потому что ничего
