Храм Великой Матери - Александр Шуравин

— Может, ты уже перестанешь⁈ — зло прошипела одна из сестер, больно ткнув его в бок локтем.

— Что перестану?

— Не держи нас за дурочек. Думаешь, мы ничего не чувствуем?

Звягинцев промолчал, но попытки прочесть их мысли прекратил.

За окном мелькали уже знакомые пейзажи: поля, леса, редкие деревушки. Но на этот раз Сергей смотрел на них другими глазами. Он видел не просто землю и деревья, а какой-то скрытый, невидимый мир, населенный неведомыми существами. Он словно чувствовал присутствие чего-то древнего и могущественного, спящего под покровом обыденности.

Внезапно кибитка остановилась. Сестры встрепенулись и выскочили наружу. Сергей последовал за ними.

Они стояли на краю глубокого оврага. Через овраг был перекинут ветхий деревянный мост, внушавший мало доверия. На другой стороне оврага виднелся небольшой поселок, окруженный густым лесом.

— Здесь мы тебя оставим. Через три дня, утром, перед восходом солнца, будем ждать тебя здесь же. Не опаздывай.

— Три дня? Всего три дня? Что я могу сделать за три дня?

— Не знаю. Твои проблемы. На, вот, держи, — сестра протянула ему небольшой холщевый мешок.

Потом они вернулись в кибитку, и она, развернувшись, покатила обратно по дороге. Сергей остался один на краю оврага, глядя на ветхий мост и темный лес, и ощущал себя так, словно его бросили на произвол судьбы в самом сердце неизвестности.

Звягинцев долго стоял, не решаясь сделать шаг. Страх сковывал его движения. Но надо было действовать.

Сергей сделал первый шаг. Затем второй. И вот он уже на другом конце моста, перед тропинкой, ведущей в поселение. Это была какая-то маленькая деревня, и она почему-то даже не было окружена защитной стеной, пусть даже и деревянной.

Звягинцев продолжал всматриваться вдаль. Несколько невзрачных, полуразвалившихся хижин, возле которых копошатся фигурки людей, что-то собирающих на коричневых полях. Картошку?

Один из крестьян разогнулся и посмотрел вперед. «Кажется, меня заметили», — подумал Звягинцев и быстро спрятался в лесу. Он посмотрел содержимое мешка, который дали сестры. Там было несколько кусков сушеного мяса и хлебные лепешки. «Хватит не надолго», — таков был его вердикт.

Сергей вспомнил, что последний раз ел только утром. Голод уже начал давать о себе знать, и Звягинцев решил пообедать. Но соленое мясо вызвало сильную жажду, которую тот утолил возле ближайшего родника. И тут услышал сзади чей-то голос:

— Ты кто такой⁈

Сергей обернулся. Он увидел двух воинов в кожаных доспехах, их руки угрожающе тянулись к висящему на поясе оружию. Звягинцев явно чувствовал исходящую от них агрессию и открытую неприязнь к чужакам.

— Ты кто такой⁈ — повторил свой вопрос воин.

Звягинцев от страха потерял дар речи. Воин обнажил клинок.

— Что ты церемонишься с ним, горло порезал и делов-то, — проговорил по-клезонски его напарник.

— Подожди. Надо допросить сначала шпиона. Вдруг он что-то знает…

И тут Сергей инстинктивно применил магию. Он сам не понял, как метнул черную молнию. Тот, что достал клинок, схватился за грудь, что-то прохрипел и начал оседать на землю.

— Ах ты гнида! — гневно воскликнул его напарник, хватаясь за оружие, но ничего сделать не успел: Сергей убил его таким же способом.

Звягинцев склонился над трупами, ужасаясь от содеянного. Его трясло. В глазах плясали цветные мошки. Сергей, чтобы успокоиться, снова напился воды из родника. Присел на корточки, съел хлебную лепешку. Убитые им воины продолжали лежать на сырой земле.

«Мне нужен план, — подумал Сергей, инстинктивно ловя рассеянные по пространству частицы маны, и чувствуя, как к нему возвращается ясность мыслей, — нужно за три дня успеть дестабилизировать ситуацию и вернуться к этому мосту. Но как это сделать, если я даже не знаю, где я и как отреагируют крестьяне на мое появление в деревне. Эти бедолаги, — Сергей посмотрел на трупы, — были явно мне не рады. А что если и крестьяне проявят ко мне агрессию. Тоже убить их? Но они ни в чем не виноваты. Как и эти двое, впрочем, они же просто приняли меня за шпиона. Да. Задача. А может быть, просто сбежать куда-нибудь подальше? Ну да, у сестер остался мой компьютер. Но у меня теперь есть магия».

В тот самый момент, когда у Звягинцева возникла идея бежать, в его голове зашевелился черный сгусток, прорастая своими щупальцами прямо в нервную ткань и причиняя боль.

— Черт! — пробормотал Сергей, — я совсем забыл, меня же заколдовали. Побег, значит, отменяется.

Звягинцев продолжал размышлять: «Я должен за три дня дестабилизировать ситуацию. А как дестабилизировать? Войной? Бунтом? Саботажем? Нужно больше информации. Жаль, мне не дали время подумать и подготовиться. Просто привезли и бросили. И я должен найти выход. Деревня… Мне в любом случае придется туда идти. Пойти в деревню под видом путешественника, торговца… или лекаря? Лекарь! Хорошая идея. Лекарь никому не причинит вреда. А знания… знания можно выудить исподволь, задавая наводящие вопросы. Информация. Вот что самое главное. Собрать информацию, и тогда, может быть, будет понятно, как действовать»

Он осмотрел тела воинов. Нужно их спрятать. Небрежно стащив тела в овраг, замаскировав их ветками и листвой, Сергей направился к деревне. Но затем вернулся. Обыскал трупы, забрав с собой несколько серебряный монет, клинок и зачем-то нацепил на себя их кожаный доспех, чтобы сойти за своего.

Глава 11

Приблизившись к деревне, Сергей поймал на себе недоверчивые взгляды местных жителей.

— Ты кто? — спросил крестьянин в мешковатой рубахе.

— Я Артём, странствующий лекарь, могу оказать помощь.

— Артём? Весьма странное имя… Лекарь, говоришь. А почему на тебе кожаные доспехи?

— Купил у торговцев. Сейчас опасно странствовать, разбойники кругом.

Сергей попытался прочесть его мысли. Крестьянин испытывал страх и недоверие, его воображения рисовало образ какого-то колдуна из соседней деревни.

Подошел другой крестьянин, угрожающе выставив перед собой острые вилы.

— У нас есть свой коновал, — сказал он.

— Я знаю, — ответил Сергей. — Но я обладаю знаниями, которые могут быть полезны. Я могу помочь тем, кому ваш коновал не в силах помочь.

Звягинцев ясно ощутил, как собеседник насторожился, а затем в его мыслях появился образ женщины с лихорадкой.

— И я знаю, как снять жар, — сказал Звягинцев, хотя не представлял, как сбить температуру в условиях средневековья, но надеялся что-нибудь придумать.

— Снять жар? А не врешь? — скептически оглядывая Сергея спросил крестьянин с вилами.

— Не вру! — уверенно заявил Звягинцев.

— Ладно, — неохотно пробурчал мужик с вилами, — Пойдем. Покажешь, какой ты лекарь. Но если обманешь…

Сергей, стараясь не выдать волнения, последовал за крестьянином.